Реплика. Выдохнем от политики/милитаризма, поговорим о небывалом лихе, пришедшем на землю Русскую. В облике бабушек Божиих одуванчиков. Начавших в массовом порядке колпачить ответственных приобретателей жилой недвижимости на вторичном рынке. Через любопытную судебную коллизию нашего любимого государства. Оспаривание сделки в свою пользу, ибо «продажа квартиры состоялась под влиянием/давлением мошенников». Последний скандальный эпизод зафиксирован в Хабаровске.
Там оформленная по всем правилам сделка на три миллиона рублей была признана действительной в моменте заключения, покупатель не являлся мошенником, «истца-пенсионерку» признали на редкость вменяемой и обязали вернуть полученные деньги. И спокойно жить на своих квадратных метрах, если она считает, что «действовала под давлением». Увы, денег у несчастной старушки не оказалось, за два года тяжбы улетучились. Потому ответственный приобретатель жилья может идти лесом без денег и квартиры, жаловаться в «Спортлото» или Лигу сексуальных меньшинств.
Тему решил потыкать палкой по причине личной осведомлённости о существовании подобной схемы, дочь предводителя нашей разбойно-волонтёрской ватаги едва не лишилась год назад приобретённого жилья. Фигурировала «пожилая пара» (бойкая старушка с инвалидом-мужем в облике сопревшего овоща), отказавшиеся выезжать из проданной квартиры.
Более того, через неделю после сделки баушка-одуванчик подала настолько грамотно составленный иск «о продаже квартиры под давлением мошенников и временной недееспособности», что бывалые крючкотворцы заколотились в состоянии юридического оргазма. Сразу сообщив: работает банда.
Вопрос разрешился почти мгновенно, каким образом – докладывать не буду, но совсем непростой папа, тащ подполковник в отставке катастрофическую ситуацию любимой дочери «разрулил» где-то в сумеречной зоне Закона, буквально на грани доброго слова и статей УК РФ. Подробностями не делился, но ключевым элементом аферы выступал некий молодой хлыщ из адвокатской среды. Дальний родственник старушки. Стоявший за мошенничеством, исподволь руководивший действиями «обманутой пенсионерки».
Схема проста до изумительного безобразия. В расчёте на странное судейское поветрие последних пяти-шести лет, «социальное гуманистическое самосознание» Их Честей в мантиях. Начавших поголовно верить «старушкам», что своё жильё они продали под влиянием аферистов, деньги передали неизвестно кому, а теперь им негде жить. Спасите-помогите.
Суд безоговорочно становится на сторону жертв, почти всегда признавая сделку полностью законной, следов мошенников (конечно же) не обнаруживая. Но ... запрещая выселять старушек, а покупателей оставляя без денег и квартиры. Рекомендуя обращаться по инстанции о возмещении ущерба. К риелторам, которые проводили сделку. Нотариусам, её утверждавшим. Врачам, выдававшим справки о вменяемости продавцов (ржали всей «буханкой» об этой фишке в сделках с недвижимостью). Одним словом, появилась новая социально-правовая коллизия. Под названием «обманутые старушки».
Хотя всю жизнь был уверен: Закон оперирует понятиями «дееспособен или недееспособен», достиг возраста юридической ответственности или ещё слишком юн. После 18-летия Гражданина без ограничений по психическому здоровью Суд рассматривает до самого погоста без возрастных границ, принадлежности к социальной, этнической, конфессиональной страте.
Если судейские взяли моду насмерть стоять за «баушек-пенсионерок» по социальным соображениям гуманности и жалости к прожитым годам субъекта права, то может быть ... на Кромке трудовой жизни и пенсионной нужно провести некий юридический обряд очищения? Либо посвящения.
В беззаботное сословие «пожилых людей». С перечнем разрешённых правовых действий, за которые ответственность не наступает из уважения к сединам. По кредитам не платить (пенсия-то вон какая, ой-ой-ой), в магазине продукты бесплатно брать в вольном горизонте месячной потребности, в судах отменять сделки. Не возвращать покупки, не платить за них деньги. За буйки опять-таки заплывать и на красный свет ходить. Но тут тогда парадокс юридический, что главенствует в подобной модели существования человека и государства. Паспорт Гражданина или пенсионная корочка?
Потому как читать газетные заголовки «Пенсионерка лишила многодетную семью (семью военнослужащего) проданной квартиры!» и прочее становится, вообще-то, неловко. Пусть даже на сегодняшний день в судах любимой Родины находится двести с хвостиком исков «обманутых пожилых продавцов недвижимости», – дело в безнадёжности для покупателя отстоять свои законные права. То есть, вернуть деньги или получить законно приобретённое. Особо доставляют случаи, когда новые владельцы делают капитальный ремонт и через три года узнают: старушка была под мороком и «давлением».
Историй наслушался и прочитал немало о коварстве «божиих одуванчиков», что не удивительно. Гвардия. Железная. Прошедшая в активном и сознательном возрасте крым-рым 1990-х, выжившая там, где волки гадить боялись. А социальный бонус в облике «несчастного пенсионера» эксплуатируется порой настолько виртуозно, что досточтимый виртуоз Остап-Сулейман-Берта-Мария-Бендер-бей рыдает на обочине ВГД. А когда к стариковскому сутяжничеству подключаются образованные юристы, тут вообще можно состояния сколачивать. Если клиент хоть каплю артистичен.
А Система государственная дырявая. И сидит на том рынке вторичной недвижимости несколько стай стервятников. О «заговоре застройщиков», намеренных полностью дискредитировать заключение сделок «на вторичке» через раскручиваемую информационную кампанию с баушками-разбойницами не берусь рассуждать, пусть любители масонов теории строят.
Но по документальным материалам, гуляющих в интернете, можно кое-чего понять. Риелторы за долю немалую не являются «гарантами» для покупателя, прецеденты с расторжением сделки в пользу «старушек» имеются. Даже после двух-трёх заказанных экспертиз о чистоте сделки. Справки о вменяемом психическом состоянии судом тоже не рассматриваются, как и заключения наркологов, геронтологов и прочего сословия врачебного.
Страховые кампании – безбожно врут, требуя занести им полтора-два процента суммы за гарантию «титула», а потом с удовольствием судятся, блестяще доказывая, что внезапно прозревшая через три года «баушка» не страховой случай. Направляя несчастных приобретателей в полицию, пусть люди в погонах «ищут мошенников». А тем временем профессиональные люди вводят термин «токсичное жильё» на рынок недвижимости, рассказывая тревожным пенсионерам: понимаете, вам 65+, покупатели не рискуют заключать сделки из-за опасений Ваших исков по возврату жилплощади.
Но! Если существенно снизите цену – мы постараемся найти и уговорить. А потом тот же «риелтор» через специальных людей предлагает пенсионерке хорошенько нагреться. Подать иск в суд. Ну кто, если не «мошенники» убедили несчастную Аглаю Никифоровну сбросить «трёшку» за два миллиона, если подобное сокровище на квартале торгуется за четыре минимум. Заявление в правоохранительные органы о коварных мошенниках с технологиями НЛП, выверенный до запятой иск о «недействительности сделки» и вуаля.
Трёхкомнатная (часто уже со свежайшим ремонтом) платформа под новые финансовые махинации очищена. Можно повторить. Трудно из-за встречных судебных тяжб, но умудряются же сбыть одну квартиру несколько раз пытливые умом и замазанные в коррупции специалисты.
Ключевой вопрос наших широт – что делать? Во-первых, перестать уважаемых (без сарказма) пожилых людей изначально считать стопроцентными и добросовестными продавцами вторичного жилья. Либо наделяя ровно такими же правами добросовестных покупателей перед бесстрастной Фемидой. А присутствие в товарно-денежных отношениях невменяемых или криминально ориентированных персонажей необходимо рассматривать не по статьям индивидуального мошенничества, а социально опасного деяния.
Прецедент немного впавшей в звёздность прекрасной когда-то певицы Долиной перевернул судебную практику нашей любимой Родины. Народную артистку никто не обманывал в момент стомиллионной сделки по элитной квартире, она получила деньги до копейки со всеми юридическими ритуалами купли-продажи. Куда потом престарелая прима выбросила эти деньги, каким мошенникам перевела – не забота ответственного приобретателя.
Деньги она взяла, а потом тут же заявила о «эмоциональной нестабильности и давлении мошенников». Суд встал на сторону Долиной, покупательница осталась без денег и квартиры. Не сумев обосновать злой умысел, суд упрямо стоял на позиции бабушки Ларисы. А после пошла буквально лавина подобных исков, создавая уродливую и оскорбляющую практику презумпции невиновности и недееспособности пожилых людей.
Коих не так трудно надоумить пополнить свой бюджет необременительными судебными тяжбами на фоне действительно существующего национального бедствия. Мошенников из колл-центров «братского народа», вытягивающих сотни миллиардов денег из небывало доверчивого (до клинической психиатрии) доброго русского человека. Кстати, необычайно богатого, если смотреть на суммы «переведённых злоумышленникам средств».
Разрушающего до фундаментов тягостный образ опрятной бедности российского пенсионера. Действительно такой, неспособной прожить на 30-40 тысяч пенсии (а некоторые умудряются и на меньшее существовать) без помощи детей, говорю предметно на личном опыте поддержки любимой одинокой матушки. Деятельно-активной, обладающей толстенной медицинской картой, гаражом, автомобилем и дачными угодьями для летнего витаминного пиршества любимых внуков, моих племянников. Дичающих в мегаполисе до полного изумления без практического физического труда.
Подобным «социальным портретом» обладает подавляющее большинство наших пенсионеров, они ворчат и не особо громко ропщут, выживая в сотканной социальной материи капиталистического уклада Родины. Но лихо пришло в другую среду, одиноких городских затворников, ныне имеющих возможность эксплуатировать «социальную роль государства».
Не допускающего и мысли, чтобы оставить без единственного жилья седовласого труженика, честно горбатившегося на государство полвека +. На деле (при злом умысле) формируя новый класс. Злокозненных стариков-мошенников. И тут вопрос резонный вызревает из общего контекста нашего социального существования. Что с божьим старческим одуванчиком сделает суд, если «пожилой несчастный человек» набрал десятки банковских кредитов, заложил у тех кровопийцев недвижимость, а после заперся на своих квадратных метрах с фигой. Размером на всё парадное.
Правильный ответ: будет долгая бомбардировка титульными письмами, потом придут судебные приставы, возьмут деликатно за шиворот «несчастную старушку» и вышвырнут вон. Снабдив папкой с квитанциями о продаже долгов, конвертиком с денежным остатком аукциона и судебных решений. Милостиво разрешив забрать кошку-собачку. И судебным окончательным решением – к своей бывшей недвижимости можешь подступиться только через Верховный Арбитраж ООН. Ибо это банк ... понимать надо, у-уу-ууу!
А физическое лицо можно колпачить как угодно, главное соблюсти процедуру. Правильно составить иск, вид иметь убогий и придурковатый, не порочить милосердную судью модными шмотками на процессе и сухими глазами. Ибо после противоположных «социальных решений» могут возникнуть прецеденты. Законные претензии ответственного покупателя к чему угодно. Или продавца. До абсурда доведя товарно-денежные отношения. Под прикрытием «давления злоумышленников». С индульгенцией пенсионного удостоверения.
Выводы
Пока любимая Родина не придёт в себя, не прекратит опасный судейский эксперимент о разделении Граждан на «несчастных пенсионеров» и весь прочий бесправный плебс – проблема наберёт обороты. Станет прибыльным бизнесом для всякого паскудного ворья, умеющего создавать в наших широтах легионы рыдающих «обманутых вкладчиков» и прочую безмозглую социальную прослойку, умеющую профессионально пустить слезу.
Неспособную нести личную ответственность за совершаемые правовые действия. С занесением или принятием денежных знаков. В мире дикого капитализма подобной проблемы не существует, там любая риэлтерская или страховая компания мехом внутрь вывернутся сами (и трижды сделают подобное с участниками сделки), дабы обезопасить репутацию и финансовое благополучие конторы. Поскольку за «ненадлежащее оформление сделки с последующими рисками расторжения» заплатят кратно. Многократно.
Видеофиксация проводимых сделок с имуществом «пожилых людей», что может быть проще? В МФЦ, банке, у нотариуса. По единому подробному опроснику на тему «вы продаёте квартиру по доброй воле или под деструктивным влиянием?» А потом пусть судья преет мантией в собственной сердобольности, придумывая социальную ответственность государства. Сделавшего советского человека ответственным хищником товарно-денежных отношений свободного рынка. С его плюсами-минусами.
Ответственность за происходящее дикое беззаконие с обманутыми и разорёнными приобретателями вторичного жилья у старушек-разбойниц обязано нести государство. Начиная с Росреестра и официальных окошек выдачи всяких «разрешительных справок», заканчивая нотариусами, банками, страховыми компаниями. Дабы соблюсти баланс. Чтобы уважаемый пожилой человек-пенсионер был «законным субъектом права» в качестве продавца. Как и покупатель. Ни на букву или запятую Закона они не отличались.
Тем более по возрастным показаниям, что вообще дикая дикость для Фемиды, как на личный дилетантский вкус. Как немного касавшийся в прошлом механизмов «рискованных сделок», уяснил несколько хрестоматийных правил уважительного отношения к ведению столь опасного бизнеса. Во-первых, бесконтрольный оборот наличности всегда порождает дикие коррупционные схемы с участием многих государственных людей, греховная природа человеческая неискоренима. Выход простой – запретить.
По вторичному жилью так вообще. Ибо у продавцов могут ползать по извилинам гигантские тараканы или юные хлыщи с юридическим образованием и тягой к противозаконным приключениям. В мире дикого капитлизма давно придуман инструмент «эскроу-счёта», специального банковского депозита на период заключаемой сделки. И деньги покупателя не поступят продавцу, пока все обязательства не будут исполнены по заключённому Договору.
Накопил наличности несколько трёхлитровых банок в подвале? Не проблема. Неси в банк, открывай краткосрочный спецсчет через кассу, совершай сделку. Затребовав от продавца весь список «доверенных лиц», способных повлиять на её ход. Сразу. Или лет через сто. А как получил полный список возможных обременений – думай по способности. Но, получив внятное утверждение об отсутствии препятствий – будь ласков заплатить.
При свидетелях. Даже безмозглых. В системе государственного цифрового документооборота. Гарантирующих расставание с денежными средствами. С временной задержкой их получения для «обманутого и находящегося под давлением пожилого человека». Пусть свои требования «всё и сейчас» обоснует. Под видеозапись в банке. По нехитрой методике короткого и крайне уважительного к сединам опроса. Простая ведь технология.
Но кому-то она мешает дела вести. Обороты оборачивать. Без тени ответственности. Статью оставлю без стука судейского молотка по церемониальной деревянной наковальне, поскольку верного решения не знаю. Но на основе поступающей информации склонен считать «старушек» определённой социальной группой риска. Поскольку за их невольные или вольные действия дискриминации товарно-денежных отношений впрягается всей могучей выей Закон и Государство.
Ежели так дело пойдёт дальше ... приберегу силы и мечты о баснословном благосостоянии до пенсии. А как получу заветную корочку-индульгенцию, тут не обессудьте. Разорю до исподнего любого трудоспособного и дееспособного лоботряса, по своей сути – оказывающего давление мошенника. Так?