Он снова в бою. Председатель Верховного суда Игорь Краснов, бывший генеральный прокурор, чьё имя стало синонимом беспощадной борьбы с коррупцией, не убрал меч в ножны и пока решил обойтись без весов. Его первый громкий вердикт подтвердил опасения правоведов: прокурорский стиль никуда не делся.
Может ли одежда изменить угол зрения?
Назначение Игоря Краснова председателем Верховного суда РФ изначально выглядело как логичное продолжение его миссии. Пять лет во главе Генпрокуратуры он провёл в крестовом походе против мздоимства, вернув в казну сотни миллиардов рублей и посадив в клетку сотни высокопоставленных чиновников. Его прокуратура была не столько «оком государевым», сколько карающим мечом. Его миссия - очищение. Возможно, именно с этой задачей он и был внедрён в судебную систему.
Показательно, что первой новостью после назначения на должность Краснова, которое состоялось 24 сентября, стала отставка председателя Совета судей России Виктора Момотова, усиленная иском Генпрокуратуры об изъятии у последнего имущества на сумму 9 миллиардов рублей.
Смена прокурорского мундира на судебную мантию – это больше, чем смена униформы. Прокурор изобличает виновных и требует наказания. Судья – взвешивает доказательства сторон, устанавливает обстоятельства дела и выясняет истину, а не помогает обвинению или защите.
Первый же резонансный процесс под председательством Краснова – дело местного депутата Анастасии Захаровой из города Миасса Челябинской области, – показал, что новый глава Верховного суда выбрал путь жёсткой, почти пуританской линии, не оставляющей места для сомнений и разных позиций судей.
Дело Захаровой как триггер
История миасского депутата, лишённой мандата за недонесение о своей связи с сыном будущего "Почётного гражданина города", – это больше чем частный случай. Это – манифест. Президиум Верховного суда под началом Краснова усмотрел нарушение публичных интересов и установил железное правило: неважно, получил депутат прямую выгоду или нет. Сам факт участия в решении вопроса, затрагивающего близкого человека, – уже коррупционное правонарушение.
Поводом для разбирательства стало голосование за присвоение статуса почётного гражданина Миасса главному конструктору завода «СпецАгрегат» Владимиру Субачеву. Анастасия Захарова не уведомила о конфликте интересов. Как установила прокуратура, она является гражданской женой его сына Евгения Субачева, депутата Законодательного собрания Челябинской области. Надзорным ведомством также были выявлены нарушения со стороны местных депутатов Юрия Ефименко и Ивана Шматкова, которые голосовали за присвоение статуса почётных граждан работникам своих предприятий. Прокуратура выступала за лишение мандатов всех троих, но горсобрание отклонило это предложение. После отказа прокуратура обратилась в городской суд, который принял решение лишить мандата только Анастасию Захарову.
Это – прокурорский подход, доведённый до абсолюта. Прямая логика, не оставляющая места для нюансов. Был ли в действиях Захаровой злой умысел? Была ли её роль решающей? Тем не менее, 29 октября Краснов признал действия Анастасии Захаровой коррупционными и не оставил ей шансов вернуть доброе имя и полномочия депутата, послав сигнал всей системе: «мелочей» в коррупции больше нет.
Интересно, что 30 июля, то есть когда Краснов ещё возглавлял прокуратуру, это дело уже рассматривалось в Верховном суде. И тогда было принято решение в пользу Захаровой. Судья пришёл к выводу о том, что в нижестоящих инстанциях допустили ошибки. Во-первых, не учли, что Анастасия Захарова не была инициатором присвоения Владимиру Субачеву звания почётного гражданина (хотя и доказано, что она готовила документы для представления его кандидатуры для голосования). Во-вторых, нет сведений, что её мнение при тайном голосовании было решающим. В третьих, главный конструктор «СпецАгрегата», по мнению суда, достоин почётного звания. Об этом написала газета "Коммерсант".
«Судья должен помнить о принесенной им присяге, а не ориентироваться на губернаторов, полномочных представителей и федеральных инспекторов. Ни они, ни госкорпорации, ни представители судебного департамента и органов судейского сообщества не должны оказывать влияние на судей», – заявил Краснов на совещании с судьями 21 октября. Эта фраза – ключ к пониманию его стиля. Он пришёл не просто вершить правосудие. Он напомнил, что является самостоятельной ветвью власти, которая законом наделена правом карать по своему усмотрению.
Где грань между обеспечением порядка и репрессиями?
Игорь Краснов, безусловно, не Андрей Вышинский (главный обвинитель в эпоху Сталина - прим. ред.). Он действует в рамках современного закона. Но его ригоризм рождает много параллелей и вопросов. Где та грань, за которой чистка рядов превращается в зачистку от людей?
Если гражданский брак Анастасии Захаровой становится достаточным основанием для лишения полномочий народного представителя, то кого следующего мы будем «чистить»? Родственников депутатов, которые оформлены помощниками, секретарями и другими служками в тех же органах? Друзей детства, которые получили назначения на крупные должности? Сватов, которые исполняют государственные контракты?
Строгость нужна, но важна и соразмерность проступка и кары за него. Закон суров, но он не может обойтись без оценочных категорий: характеристики личности обвиняемого, степени его общественной опасности, тяжести проступка и многих других. Символом правосудия являются не только повязка на глазах и меч, но и весы. Нюансы имеют значение.
Всё будет хорошо, если ...
Каковы же перспективы? Игорь Краснов ясно дал понять: его цель – укрепление единства судебной практики. Не должно быть такого, что в разных регионах федеральные законы толкуют кто как хочет.
С одной стороны, правовая определённость и равные для всех правила – основа справедливости. С другой, есть риск, что под единством будет пониматься не выработка общей правовой позиции, а жёсткая директива «сверху» - действовать определённым образом.
Игорь Краснов начал свою судейскую карьеру так, как всегда поступал до этого – с бескомпромиссной атаки. Его энергия и воля к порядку не подлежат сомнению. Но правосудие – это не только порядок. Это ещё и милосердие, и мудрость, и понимание того, что жизнь сложнее любой, даже самой правильной инструкции. Сможет ли прокурор в мантии судьи стать судьёй? От ответа на этот вопрос зависят ближайшее будущее судебной системы России и судьбы миллионов людей.
Илья Фёдоров / РФ
Опубликовано в электронной газете "Полянин.РФ"