Также, будучи серьезной женщиной, она не могла не задаваться вопросом: что вообще хорошего эти молодые люди могут сделать без раннего подъема. Как часто говорил сэр Освальд репортерам и остальным: “Я полностью приписываю свой успех привычке к раннему подъему, скупой жизни и систематическим упражнениям”.
Леди Кут была крупной, красивой женщиной в модном трагическом стиле. У нее были огромные темные угрюмые глаза и глубокий голос. Художник, что искал модель для “Рахиль, оплакивающей детей”, с радостью нанял бы леди Кут. Она бы хорошо сыграла в мелодраме: блуждающая сквозь падающий снег, глубоко оскорбленная супруга злодея.
Она выглядела так, будто в ее жизни было ужасающее тайное горе, но, по правде сказать, у леди Кут не было никаких проблем, кроме ослепительно быстрого расцвета популярности сэра Освальда. Будучи молодой девушкой, она была веселым и ярким существом, безумно влюбленным в сэра Освальда Кута, вдохновляющего юношу из велосипедного магазина рядом с хозяйственной лавкой ее отца. Они жили очень счастливо, вначале в паре комнат, затем в крошечном доме, после в доме побольше, а потом в особняках, последовательно увеличивающихся в размерах, но всегда с логичной отдаленностью от “Рабочего класса”, до сего момента, кода сэр Освальд достиг такой величины, что он и “Рабочий класс” не имели ничего общего. Это было настоящее удовольствие - арендовать самый большой и самый великолепный особняк, из доступных во всей Англии. Чимни был историческим местом, и заключая договор с Маркизом Катерхамом на два года, сэр Освальд чувствовал, что достиг вершины своих амбиций.
Леди Кут и близко не была так этому рада. Она была одинокой женщиной. Главным отдохновением ее замужней жизни были разговоры с “Девушкой” - и даже когда “Девушка” умножилась на три, разговоры с домашней прислугой были главным отвлечением от ее дня “леди Кут”. Сейчас, с горсткой служанок, дворецким, похожим на архиепископа, несколькими лакеями невероятных пропорций, cтайкой кухонных и посудомоечных работниц, ужасающим иностранным шеф-поваром с “темпераментом” и домработницей необъятных размеров, что попеременно скрипела и шуршала, когда двигалась, леди Кут была словно одиночкой на необитаемом острове.