Здравствуйте, уважаемые читатели! В мире современного искусства есть феномен, который вызывает, пожалуй, самые ожесточенные споры. Это творчество американского художника Марка Ротко. Его знаменитые картины, состоящие из нескольких больших цветных прямоугольников, продаются на аукционах за десятки и даже сотни миллионов долларов. При этом неподготовленный зритель часто реагирует на них с недоумением или даже возмущением: "За что такие деньги? Это же просто цветные поля! Я тоже так могу". Но стоит отбросить скепсис и попытаться понять замысел художника, как открывается удивительный и глубокий мир. Мир, в котором живопись перестает быть изображением и становится чистым переживанием.
Путь к "простоте": от мифов к прямоугольникам
Марк Ротко (имя при рождении — Маркус Роткович) родился в 1903 году в Российской империи, в городе Двинске (ныне Даугавпилс, Латвия), в еврейской семье. В 1913 году семья эмигрировала в США, спасаясь от антисемитских настроений. Этот опыт изгнания и поиска идентичности наложил глубокий отпечаток на все его творчество.
Ротко не сразу пришел к своим знаменитым абстракциям. Его ранние работы были вполне фигуративными. Затем, в 1940-х, увлекшись трудами Фрейда и Юнга, он, как и многие художники того времени, обратился к мифологии и сюрреализму. Он пытался создавать "мифоморфные" образы, гибриды людей и растений, чтобы выразить трагизм человеческого существования, особенно остро ощущаемый во время Второй мировой войны.
Но со временем он понял, что любой узнаваемый образ, любая фигура или сюжет становятся преградой между зрителем и чистой эмоцией. Он искал универсальный язык, способный напрямую говорить с душой человека, минуя интеллект. И в конце 1940-х он его нашел. Он отказался от всего "лишнего": от названий, от сюжетов, от фигур. На его холстах остались только они — вибрирующие, парящие в пространстве цветные прямоугольники.
Как "работают" картины Ротко?
Называть Ротко просто "колористом" или "дизайнером" — значит совершенно не понимать его цели. Он сам яростно протестовал против этого. "Если вас трогают только цветовые отношения, — говорил он, — вы упускаете суть". Он считал себя не абстракционистом, а "драматургом", а его картины — пьесами. Что же делает эти "пьесы" такими действенными?
- Эффект погружения. Ротко настаивал на том, чтобы его картины экспонировались в небольших помещениях с приглушенным светом и висели низко. Он создавал свои полотна огромными не для того, чтобы произвести впечатление, а для того, чтобы зритель оказался буквально поглощенным ими. Вы не смотрите на картину как на объект в окне. Вы оказываетесь внутри цветового поля, которое окружает вас и стирает границы между вами и произведением искусства.
- Вибрация и глубина цвета. Секрет "живого" цвета Ротко — в его уникальной технике. Он наносил на холст множество (иногда до 20-30) тончайших, полупрозрачных слоев краски, смешивая масло, пигменты и растворители. Из-за этого цвет приобретает невероятную глубину и сложность. Границы прямоугольников намеренно размыты, они "трепещут" и пульсируют, создавая ощущение движения, дыхания. Цвета не лежат на поверхности, а словно светятся изнутри.
- Прямое эмоциональное воздействие. Отказавшись от сюжета, Ротко убрал "посредника" — интеллект. Когда мы смотрим на пейзаж или портрет, наш мозг начинает анализировать: "Это дерево, это лицо, похоже или не похоже". Перед картиной Ротко анализировать нечего. Зритель остается один на один с мощным цветовым полем, и это провоцирует прямое, невербальное, эмоциональное переживание. В зависимости от сочетания цветов и личного состояния зрителя, эти переживания могут быть самыми разными: от ощущения гармонии и покоя (в его более светлых работах) до глубокой тоски, трагизма и даже ужаса (в его поздних, темных сериях).
"Часовня Ротко": вершина замысла
Вершиной и духовным завещанием художника стала "Часовня Ротко" в Хьюстоне, штат Техас. Это восьмиугольное здание, спроектированное при его участии, стены которого покрыты четырнадцатью монументальными, почти черными полотнами. Это не религиозное, а универсальное духовное пространство. Попадая внутрь, человек оказывается в тишине, окруженный этой пульсирующей, бархатной тьмой. Это место для медитации, для встречи с самим собой, со своими самыми глубокими страхами и надеждами. Это современный аналог священной пещеры или готического собора, где общение с высшим происходит без слов, через чистое созерцание.
Сам Ротко говорил: "Я интересуюсь только выражением основных человеческих эмоций: трагедии, экстаза, отчаяния... И тот факт, что многие люди ломаются и плачут перед моими картинами, показывает, что я могу общаться с этими основными человеческими чувствами".
В 1970 году, страдая от тяжелой депрессии, Марк Ротко покончил с собой в своей мастерской. Он ушел, но оставил после себя не просто дорогие картины, а уникальные инструменты для самопознания. Он создал зеркала, в которых каждый из нас может увидеть не свое отражение, а отражение своей души. И в этом — его истинная гениальность.