- Но ведь этот труд может быть напрасным, если потерять голос?
И это правда. Человеческий голос - инструмент хрупкий, тонкой настройки, а мы живем в традициях русско-советской вокальной школы, которая полна крайностей. Народные певцы у нас традиционно пели (и до сих пор кое-где поют) таким плоским, расплющенным, как бы визгливым голосом, а классические басы, например, занимались тем, что еще наш знаменитый бас Александр Ведерников называл чревовещанием, когда звук как будто извлекается из самой утробы певца. Но это дикое напряжение, которое не проходит даром. А при правильно поставленной вокальной технике можно петь долго…
- До скольки?
Тот же Ведерников выходил на сцену с новой партией в опере Мусоргского «Сорочинская ярмарка» в 80 лет, и его голос звучал! Если беречь голос, петь можно до глубокой старости. Но наша беда в том, что в ХХ веке Россия выпала из мирового вокального мира, развивалась по своим внутренним законам. Только при Хрущеве, в 1964-ом году случились обменные гастроли и наш Большой театр поехал в Милан, а «Ла Скала» приехала в Москву. Мы там поразили итальянцев балетом, а здесь в Москве счастливчики услышали золотой состав знаменитого театра: дирижировал Герберт фон Караян, пел Лучано Паваротти, болгарин Николай Гяуров, Мирелла Френи. Мы увидели и услышали совершенно другую, филигранную технику пения, когда не надо кричать, чтобы твой голос достигал высот. Кричат только плохие певцы. И политики.
- Ну услышали и услышали. Мы, например, в России 30 лет назад увидели лучшие в мире автомобили, а повторить-то пока не можем.
- Это - другое. Это технологии, дело разума и рук человеческих. А голоса Господь Бог распределял всем без исключения. Поэтому тогдашний министр культуры СССР Екатерина Фурцева во времена оттепели поступила по-другому. Пять итальянских балерин стажировались в Большом театре в Москве, а пять наших певцов поехали учиться пению в «Ла Скала». Среди них был Муслим Магомаев, Владимир Атлантов, Анатолий Соловьяненко… Никто их них в «Ла Скала» не задержался, но они привезли в Советский Союз новое понимание вокальной техники.
Павел Лисициан, величайший наш баритон, просто ходил по репетиционным залам и кабинетам в «Ла Скала» и записывал всю репетиционную практику итальянцев, которая позволяет сохранить естественность гласной. А наша фонетика русского языка, она предполагает такое более густое, глубокое звучание: чем громче, тем лучше. Ансамбль Александрова, например, берет как раз такой вокальной мощью. А итальянская фонетика, наоборот, подразумевает яркие, светлые гласные при пении. Поэтому советские певцы, при всей их замечательной органике, тогда за рубежом не котировались.
- А есть вообще не поющие народы, страны?
- Поют вообще все, в любой стране мира! Музыка - это универсальный язык, боюсь, что он старше самого древнего языка на земле, поскольку может выражать чувства, эмоции без всяких слов. Но при этом есть, безусловно, страны с неразвитой классической музыкальной культурой. Раньше говорили, что в Китае нет оперных певцов. А они есть, у них могучая органика, просто они раньше никогда не исполняли классический репертуар. Но если поработать с фонетикой китайских певцов, они превращаются в исполнителей экстракласса.
Скандинавию, страны европейского Севера, кажется, бог обошел певческими талантами. Но посмотрите какие великолепные, тембристые, богатые басы воспитываются в Финляндии! Они огромные, с могучим резонаторным механизмом. Баритоны есть везде, ну а лучшие теноры всегда были в Италии. Отлично поёт Франция, Германия, Испания, Австрия, Венгрия – там есть сеть прекрасных музыкальных школ, таких же, как в России. Это наследство Советского Союза и хорошо, что оно не пропало и развивается.
