Максим ненавидел воскресенья. В этот день все вокруг притворялись счастливыми: гуляли семьями, ходили в кафе, постили в соцсетях фотографии с подписями "лучший день недели". А для Максима воскресенье было просто днем, когда некуда спешить и нечем забить пустоту в квартире.
После развода прошло полгода. Квартиру он оставил бывшей жене Свете вместе с дочкой Машей. Сам снял однушку на окраине, купил диван и холодильник. Больше ничего не нужно было - он же тут только ночевал.
В то воскресенье Максим проснулся в десять, полчаса пялился в потолок, потом встал и пошел на кухню. Холодильник был пуст, если не считать пачки масла и трех яиц. Он вздохнул и оделся - придется идти в магазин.
Во дворе его окликнула соседка тетя Галя, которая жила в квартире напротив.
"Максим, ты случайно электрика не знаешь хорошего? У меня розетка искрит, боюсь".
"Могу сам посмотреть, если хотите", - предложил он.
"Ой, правда? Заходи тогда, я пирожков напекла, заодно угощу".
Максим зашел. Квартира тети Гали была полной противоположностью его берлоге: везде цветы, вязаные салфетки, фотографии в рамках. Пахло выпечкой и корицей.
"Вот тут вот", - показала тетя Галя на розетку возле телевизора.
Максим открутил крышку, посмотрел.
"Просто контакты ослабли, сейчас подтяну".
Пока он возился с отверткой, тетя Галя накрыла на стол.
"Слушай, а ты чего один-то все время? Молодой парень, а как монах живешь. Я вот видела, девушка одна на третьем этаже..."
"Тетя Галь, ну зачем", - Максим скривился.
"Ладно, ладно, не буду. Но ты хоть ешь нормально? А то худой какой-то стал".
"Ем", - соврал Максим.
Он починил розетку, выпил чаю с пирожками и пошел дальше. Магазин был в двух кварталах. Максим брел, глядя под ноги, и чуть не столкнулся с девушкой, которая выходила из подъезда с огромной коробкой.
"Извините", - пробормотал он.
"Да ничего", - девушка поправила сползающую коробку. "Вы случайно не знаете, где тут ближайший пункт выдачи? Мне сказали на этой улице, а я никак не найду".
"За углом, вон там", - Максим показал рукой. "Помочь донести?"
"Не откажусь, она тяжелая".
Максим взял коробку. Действительно тяжелая.
"Вы что, кирпичи заказали?"
"Вафельницу", - рассмеялась девушка. "Профессиональную, с Германии. Я вафли делаю на заказ".
"Серьезно?"
"Ага. Хобби у меня такое. Ну, раньше хобби было, а теперь вроде как работа получается".
Они дошли до пункта выдачи. Максим отдал коробку.
"Спасибо большое. Я Настя, кстати".
"Максим".
"Слушай, Максим, может, хочешь первым попробовать вафли из новой вафельницы? Я все равно тестировать буду, а то вдруг брак какой".
Максим хотел отказаться, но вдруг подумал, что идти-то ему все равно некуда.
"Давайте".
Квартира Насти оказалась на первом этаже их же дома. Она была маленькая, но уютная. На кухне стоял стол, заваленный формочками, пакетами с мукой и сахаром.
"Извините за бардак, я тут готовлюсь к большому заказу", - Настя убрала со стола коробки, освободила стул. "Садись. Сейчас будем колдовать".
Она достала из коробки вафельницу - здоровенную, блестящую, с кучей кнопок.
"Вау, это же целый комбайн какой-то", - присвистнул Максим.
"Красавица, да? Я полгода на нее копила".
Настя начала замешивать тесто. Двигалась быстро, ловко, явно делала это тысячу раз.
"А ты давно вафлями занимаешься?" - спросил Максим.
"Года три. Сначала просто так пекла, друзьям угощала. Потом одна попросила на день рождения сделать, потом еще кто-то. Слово за слово - пошли заказы. Я даже с работы ушла полгода назад, решила попробовать только этим заниматься".
"Смелая ты".
"Или дурная", - засмеялась Настя. "Но мне нравится. Знаешь, когда делаешь то, что любишь, это совсем по-другому ощущается".
Максим молчал. Он не помнил, когда последний раз делал то, что любил. Вся жизнь - сплошная обязаловка: работа, чтобы платить за кредиты, кредиты, чтобы купить то, что якобы нужно. А нужно ли на самом деле - непонятно.
"Готово!" - Настя открыла вафельницу, и по кухне поплыл сладкий запах. "Пробуй".
Максим откусил. Вафля была хрустящей снаружи и мягкой внутри, таяла во рту.
"Офигеть как вкусно", - выдохнул он.
"Правда?" - Настя аж подпрыгнула от радости. "Значит, вафельница рабочая! Ура!"
Она села напротив, откусила кусочек своей вафли.
"Знаешь, у меня есть традиция. Каждое воскресенье я пеку вафли просто для себя. Не на заказ, а так, для души. Можешь приходить, если хочешь. Вдвоем веселее".
Максим посмотрел на Настю. У нее были веселые глаза и мука на щеке.
"Приду", - сказал он.
С тех пор Максим приходил к Насте каждое воскресенье. Они пекли вафли, пили кофе, болтали обо всем подряд. Настя рассказывала про заказы, про капризных клиентов, про то, как хочет открыть свою маленькую вафельную. Максим рассказывал про работу, про дочку, которую видел раз в неделю.
"А почему развелись?" - спросила как-то Настя.
"Да как-то само собой получилось", - Максим пожал плечами. "Мы со Светкой еще в институте познакомились. Поженились быстро, Машка родилась. А потом будто проснулись и поняли, что мы вообще разные люди. Она хотела одного, я другого. Началась ругань. Потом просто молчали. Развелись - даже легче стало".
"А по Маше скучаешь?"
"Каждый день. Но я же понимаю, ей с матерью лучше. Я работаю допоздна, мне некогда с ней заниматься нормально".
"А ты пробовал время найти?"
Максим промолчал. Настя права - он даже не пробовал. Просто решил, что так правильнее, и успокоился.
Через месяц Настя предложила:
"Слушай, может, позовешь Машу в следующее воскресенье? Вместе вафли напечем. Дети это обожают".
"Не знаю, Светка может не разрешить..."
"А ты спроси".
Максим позвонил бывшей жене. Удивительно, но та согласилась сразу.
"Даже хорошо, я как раз хотела с подругой съездить на шопинг. Забирай в десять".
В воскресенье Максим приехал за Машей. Девочке было восемь, и она смотрела на отца настороженно - как на человека, которого знаешь, но не очень близко.
"Пап, а мы куда поедем?" - спросила она в машине.
"К одной знакомой. Она вафли печет, очень вкусные. Ты ведь вафли любишь?"
"Люблю".
Настя встретила их на пороге. Она заранее приготовила все: формочки, присыпки, шоколадную стружку, взбитые сливки.
"Привет, Маша! Я Настя. Сегодня ты будешь главным шеф-поваром, договорились?"
Маша сначала смущалась, но потом расслабилась. Настя умела с детьми - она шутила, давала Маше все делать самой, только иногда подсказывала.
"А можно я звездочки сделаю?" - спросила Маша, показывая на формочки.
"Конечно! Давай звездочки".
Они напекли целую тарелку звездочек, посыпали их сахарной пудрой, полили шоколадом. Маша сияла.
"Пап, смотри, какая красота! Можно я маме отвезу?"
"Конечно, зайка".
Когда Маша отвлеклась на телефон, Настя тихо сказала Максиму:
"Она классная у тебя. Веселая".
"Да. Просто я не умею с ней", - Максим вздохнул. "Вот ты - за полчаса нашла подход, а я за восемь лет так и не понял, как".
"Макс, да ты просто боишься. Боишься сделать что-то не так, вот и держишь дистанцию. А дети это чувствуют".
"Может, ты и права".
В тот вечер Максим отвозил Машу домой, и она всю дорогу болтала без умолку: про вафли, про Настю, про то, как хочет еще прийти.
"Пап, а мы еще придем?"
"Конечно придем".
"А Настя - это твоя подруга?"
Максим задумался. Подруга? Или уже что-то большее?
"Да, подруга", - ответил он.
Воскресные встречи стали традицией. Максим приезжал с Машей, они втроем пекли вафли, гуляли, ходили в парк. Маша привязалась к Насте, а Настя к Маше.
Однажды вечером, когда Маша уже уехала домой, Настя сказала:
"Знаешь, Макс, я вот что подумала... Может, мы попробуем?"
"Что попробуем?"
"Ну, быть вместе. Не как друзья, а по-настоящему".
Максим замер. Он думал об этом каждый день, но боялся признаться даже себе.
"А ты уверена? Я ведь с багажом. С дочкой, с бывшей женой, которая будет названивать".
"Макс, у всех багаж. У меня тоже, если что. Просто ты его не видишь, потому что я не говорю".
"А у тебя какой?"
"Да такой же. Был парень, пять лет встречались. Хотели пожениться, а потом он сказал, что я трачу время на ерунду с этими вафлями, что надо работать нормально. Мы разошлись".
"Дурак он".
"Вот и я так подумала", - засмеялась Настя. "Так что, попробуем?"
Максим посмотрел на нее - на эту девушку с мукой в волосах и улыбкой до ушей. И впервые за долгое время почувствовал, что хочет попробовать. Хочет жить, а не просто существовать.
"Давай попробуем", - сказал он и обнял ее.
Прошел год. Настя открыла свою маленькую вафельную - крошечную точку в торговом центре, но свою. Максим помогал ей по выходным: таскал коробки, встречал клиентов, мыл посуду. Маша приезжала каждое воскресенье, надевала фартук и помогала печь вафли.
Однажды Света позвонила Максиму.
"Слушай, я вот что хотела сказать... Спасибо тебе".
"За что?"
"За то, что стал нормальным отцом. Машка светится, когда к тебе едет. Я рада, что у тебя есть Настя. Она хорошая".
Максим повесил трубку и усмехнулся. Вот не думал, что Светка такое скажет.
В то воскресенье, когда они все вместе сидели на кухне у Насти, ели вафли и болтали, Маша вдруг спросила:
"Пап, а когда ты на Насте женишься?"
Максим поперхнулся кофе. Настя покраснела.
"Маш, ну ты что!" - засмеялся он.
"А что? Вы же вместе, вы любите друг друга. Надо жениться".
Настя посмотрела на Максима. Тот посмотрел на нее.
"Ну, может, и надо", - тихо сказал он.
"Может, и надо", - согласилась Настя.
А Маша захлопала в ладоши и закричала:
"Ура! Значит, я буду жить в вафельной!"
И все засмеялись, а за окном шел снег, и было воскресенье - самый лучший день недели.