Глава 6. В пасти зверя Ночь была черной и безлунной. Старый санаторий «Сосновая Роща» стоял как гигантская гнилая гробница, его выщербленные стены и пустые глазницы окон нависали над заросшим парком. Ветер гулял в разбитых стеклах, издавая звук, похожий на предсмертный хрип. Илья и Романыч подошли к ограде с тыльной стороны. Колючая проволока давно проржавела и местами провисла. «Тепловой контур стабилен», — тихо доложил Романыч, глядя на экран портативного тепловизора, подключенного к его ноутбуку. — «Основная активность — подвал центрального корпуса. Энергопотребление зашкаливает. Он там». Илья кивнул. В руках он сжимал «Громовержец». Оберег казался теплым, почти живым, будто чувствовал близость чужеродного зла. «Остаешься здесь. Держи связь. Если что...» «Беги, я знаю», — резко оборвал его Романыч. Он ненавидел эту часть. Быть ушами и глазами, пока брат рисковал жизнью. Но его агорафобия и отсутствие боевых навыков не оставляли выбора. Он устроился в тени полуразрушенной котельной, развернув антенны для поддержания устойчивой связи. Илья бесшумно перелез через ограду и исчез в мраке, растворяясь в тенях зарослей. --- Путь к центральному корпусу был устлан битым кирпичом и хрустящим под ногами стеклом. Илья двигался как тень, используя каждую впадину, каждый выступ стены. Воздух здесь был другим — не просто запах заброшенности, а тяжелый, сладковато-металлический, тот самый, что он почувствовал в лесополосе, но в разы сильнее. Его дар снова зашевелился, посылая по спине ледяные мурашки. Здесь творили что-то ужасное. Неоднократно. «Романыч, я у входа. Никакой охраны», — прошептал он в микрофон. «Слишком самоуверен», — прозвучал в наушнике голос брата. — «Он не ждет гостей. Или... ждет. Будь осторожен». Массивная дубовая дверь главного входа была заперта, но Илья нашел боковой лаз — разбитое окно в крыле. Внутри царила гнетущая тишина, нарушаемая лишь скрипом половиц под ногами и шорохом крыс. Пыль висела в воздухе густым слоем. Илья двигался на ощупь, ориентируясь на слабый, едва уловимый гул, исходящий из глубин здания. «Спускаюсь в подвал», — сообщил он. Лестница в подвал была современной, металлической, явно не родной для этого здания. Она идеально чистая, без пыли. Гул становился громче, превращаясь в низкочастотное гудение, от которого вибрировали кости. В воздухе запахло озоном и полынью — тем самым маслянистым веществом, что было нарисовано на стене их квартиры. «Илья, будь готов. Я фиксирую скачок энергопотребления. Он активирует что-то прямо сейчас! — голос Романыча прозвучал тревожно. Илья ускорился. В конце коридора виднелась щель под массивной стальной дверью, откуда лился неестественный, мертвенно-синий свет. Он подошел вплотную, прислушался. Из-за двери доносился монотонный, напевный голос. Он узнал его — тот самый, что слышал в цифровых записях, голос Аристарха. Колдун читал заклинание. Выбора не было. Илья отступил на шаг, собрался с силами и с размаху ударил «Громовержцем» в район замка. Раздался оглушительный грохот, сталь вспыхнула ослепительной искрой, и дверь с треском отлетела внутрь. Илья ворвался в помещение. Он замер на пороге, сцена перед ним была одновременно величественной и кошмарной. Это была просторная лаборатория, освещенная голубоватым светом от странных кристаллов, растущих из стен. В центре, на каменном алтаре, лежало тело Елены Коршуновой. Над ним, в клубах черного дыма, извивался бесформенный сгусток тьмы, от которого исходили волны немыслимой ненависти и лживого обаяния. Душа Теда Банди. Аристарх, в длинном темном халате, стоял спиной к двери. Он не обернулся на грохот. Он лишь закончил произносить последние слова ритуала. «...и да обретет дух плоть, а плоть — новую волю! Сгусток тьмы с воем ринулся вниз, в тело Елены. Оно выгнулось в неестественной судороге, грудь вздымалась, из горла вырывался нечеловеческий, скрипучий вопль. Глаза распахнулись. Они были не ее глазами. В них горел холодный, расчетливый, самоуверенный огонь. Аристарх медленно повернулся. На его лице не было ни удивления, ни гнева. Лишь легкая, почти профессорская заинтересованность. «Ах, — произнес он спокойно. — Братья-ловцы. Как вовремя. Вы стали свидетелями рождения нового витка эволюции. Разве это не прекрасно? Илья стоял, сжимая «Громовержец», лицом к лицу с создателем кошмара и его новым, еще не окрепшим творением. Позади него был только темный коридор. Впереди — двое монстров. Он был в ловушке.