Несмотря на все санкционные риторики, подавляющее большинство итальянских компаний с собственным производством в России — около 95% — продолжили работу. Об этом заявил президент Ассоциации итальянских предпринимателей в РФ Витторио Торрембини.
Почему производство осталось, а торговля сократилась?
Эксперты видят здесь четкую закономерность:
· Производственные активы практически все сохранили свое присутствие, за исключением единичных случаев вроде Enel.
· Чисто коммерческие структуры уходили активнее, но даже из них осталось работать более половины.
«Это раскрывает простую экономическую логику, — комментирует отраслевой аналитик. — Закрыть магазин или остановить поставки — это одно. А бросить построенные заводы, налаженные цепочки и долю на рынке — совсем другое. Инвестиции в "реальные" активы оказались слишком велики, чтобы от них просто так отказаться».
На что надеется бизнес и чем рискует Италия?
По словам Торрембини, бизнес уже чувствует некоторое смягчение риторики Запада и надеется на постепенную нормализацию отношений. Однако новые санкции несут и прямые убытки.
Например, 19-й пакет санкций может стоить Италии до €250 млн, причем главный удар приходится на неожиданную категорию — сантехнику. Италия является ключевым поставщиком этой продукции для России, и запрет на ее экспорт может обойтись почти в €140 млн.
Получается парадокс: политики вводят ограничения, а бизнес, особенно промышленный, предпочитает держаться за свои российские активы. Вопрос в том, кто в конечном итоге окажется прав — политическая воля или экономическая целесообразность?