Двое сидят на скрипучем диване в подслеповатой гостиничной комнате. Павел Иванович Чичиков, одетый в добротный, но немодный костюм, с галантной улыбкой разливает чай по стаканам. Напротив него, развалившись, сидит Остап Бендер в слегка помятом пиджаке и шарфе.
Остап: Ну, Павел Иванович, читал я вашу поэму про этого… Шабутдинова. Мёртвые души в аду цифрового капитализма. Прямо как наш с вами бизнес, только по лбу сапогом. Без изящества.
Чичиков: Позвольте, почтеннейший Остап Ибрагимович, какое сравнение? Мы с вами действовали в рамках юридических тонкостей, опираясь на крепостную бюрократию, как на скалу. А этот юноша… он просто продавал воздух. Доверчивым людям. Записочки писал в ихнюю… электрическую книгу.
Остап: Воздух? Дорогой мой классик! Он продавал им точку зрения с холма! Вы сто лет на возу тащились, чтобы поговорить с каким-нибудь Собакевичем о жмурах, а он за 500 рублей входного билета 17 тысяч душ одновременно поставил перед экранами.
Это вам не ревизские сказки, это SMM, охват, конверсия! Его мать. Его Армия ... то вам, не нашу Шахерезаду втирать, целый двухмесячный курс по развороту жизни на 180 градусов. Правда, разворачивал он её преимущественно в сторону своего кармана.
Чичиков: (Вздыхает) Но баня-то… была... И дом без пола… Это трогает сердце. Классическая история восхождения. Из грязи, буквально, да в графья. Я бы и сам растрогался, если бы не знал, что в Ижевске у семьи стояла вполне себе квартирка. Это как если бы я, собирая души, прикидывался сиротой казанским.
Остап: Ну, а как же? Пацан сказал - пацан сделал. Сначала пола не было, потом стал директором завода по лимонаду. И долги папины, между прочим, вернул. Правда, не уточнил, чем именно возвращал - дипломатическим талантом или авторитетными лесорубами Удмуртской Республики. У нас, помнится, тоже были лесоруб один - Киса Воробьянинов. Но мы хоть стулья искали, а не инфопродукт.
Чичиков: А хостелы его… Like Hostels. Четыре комнаты, многоярусные кровати. Сто тысяч рублей. По-моему, я на одну тройку столько тратил. И пошло-поехало: франшиза за 50 001 рубль. Заметьте, не за пятьдесят, а за пятьдесят и один. Это чтобы подчеркнуть уникальность предложения? Прямо как моя бричка, которая ездила и не ездила одновременно.
Остап: А дальше, больше. Кофе, Павел Иванович, кофе! Coffee Like. Продал долю за 151 лям. А потом осенило: зачем продавать кофе, который нужно молоть, варить, разливать? Гораздо проще продавать идею кофе. Идею успеха.
Его Like Центр не ваш Манилов с его философией. Это технологическая образовательная компания. Двухгодовой курс за 300 тысяч целковых. А курс МсА! Полтора миллиона! Это вам не мёртвые души по копейкам скупать. Это живым душам за их же надежды впаривать билет в никуда. Гениально! Я бы снял шляпу, если бы она у меня была.
Чичиков: Но чем же он их брал? У меня, к примеру, были законные бумаги, ревизские сказки…
Остап: Агрессивный маркетинг, Павел Иванович! Картинка! Он же фотографировался на "гелике" - 600 голштинских рысаков под пальмами! Это вам не ваши две клячи . Это символ. Люди смотрели и думали: Вот он, успех. Он знает путь. А путь-то был прост, как мычание: "Я не умею вообще ничего. Я просто искал человека, который уже делал это до меня". Понимаете?
Гениальная бизнес-модель: найти лоха, который заплатит за то, чтобы ему рассказали, как найти другого лоха. Цинизм чистой воды. Я плакал.
Чичиков: (Качает головой, пьёт чай) Печально. И ведь вернулся в Москву… Как вы сказали, на эфир? А его там уже ждали. Не поклонники, а сотрудники. И выяснилось, что его образовательные программы были, цитирую - заведомо ложными сведениями. Как мои мёртвые души, только с вебинарами.
Остап: Ну, семь лет Like Зоны не семь миллиардов выручки. Штраф пять миллионов. И пять лет запрета на образовательную деятельность в интернете. Теперь его карма, которую он так усердно очищал возмещением ущерба, прошла семь кругов чистилища за одно судебное заседание.
В последнем слове, правда, раскаялся. Мол, жил в мире, где деньги на первом месте. Прозрел, бедняга. Как будто есть какой-то другой мир.
Чичиков: И что же в итоге, Остап Ибрагимович? Мораль?
Остап: А-ааа, да её нет, Павел Иванович. Одни продавали мёртвые души живым, другие живым продавали такие же бездыханные мечты. Но мы то с вами Классики, мы хоть в историю вошли. А он… он просто симптом болезни под названием - Всё можно купить, даже точку зрения с того самого пресловутого холма.
Смех да и только. И знаете что? Мне кажется, его Университет бизнеса в колонии будет куда полезнее. Там подкорректируют, сублимируют... Без фантиков...
Чичиков, глядя далеко за горизонт событий, задумчиво помешивал ложечкой в стакане. На ум ему приходили странные слова: - динамо, динамо машина, динамитчик, к чему бы всё это... до динамита еще лет 30, до его косвенно одноименных потомков 150 ...