Жизнь Луизы была окрашена вечной серостью финансовой нужды. По крайней мере, так она любила представлять ее своим знакомым. Стоило встретить ее на улице, как тут же начиналась привычная песня: "Ох, дорогая, даже не знаю, как до зарплаты дотянуть. Цены такие, что хоть голодай". Или: "Вот, купила себе самую простую гречку, на большее денег не хватило". Все это сопровождалось охами и вздохами. Глаза она театрально закатывала, голос был полон скорби, словно Луиза несла на своих плечах бремя всех мировых долгов.
Когда приходило время праздников, Луиза всегда была в центре внимания, но не из-за своей щедрости. На дни рождения подруг или семейные торжества она появлялась с неизменной улыбкой и «щедрыми» дарами. Внутри пакета, как правило, находились вещи, которые Луиза уже давно не использовала. Это могли быть старые нечитанные книги с выцветшими обложками, "книга ведь лучший подарок, а это очень ценное и редкое издание, сейчас такое не печатают", или старая, но "очень модная" кофта, которая давно пропахла пылью. Она преподносила их с такой искренностью, будто дарила настоящее сокровище, а получательница, чувствуя неловкость, должна была благодарить за "такой заботливый подарок".
Однако, когда дело касалось подарков для себя, Луиза преображалась. Ее глаза загорались предвкушением, а в голове уже рисовались картины дорогих украшений, модной одежды или изысканных парфюмов. Она умела намекать так тонко, что даже самый невнимательный человек понимал, чего от него ждут. А если подарок не соответствовал ее ожиданиям, если это было что-то "дешевое" или "недостаточно ценное", Луиза не стеснялась выражать свое возмущение.
"Ну, это как-то не очень", – могла она сказать, с легким презрением разглядывая подаренную бижутерию. Или: "Я думала, ты знаешь мой вкус лучше. Это совсем не то, что я хотела". Ее тон становился холодным, а улыбка исчезала, сменяясь выражением обиды. Знакомые, которые знали о ее постоянных жалобах на нехватку денег, недоумевали. Как может человек, который едва сводит концы с концами, ожидать таких дорогих подарков?
Однажды, на юбилей своей давней подруги, Луиза принесла в качестве подарка старую фарфоровую статуэтку, которую, по ее словам, "купила на аукционе". Статуэтка балерины была с желтым пятном и с отколотым носиком. Подруга, конечно, поблагодарила, но в ее глазах читалось разочарование. Сама Луиза была в новом элегантном шелковом шарфе. Когда ей сделали комплимент, она расцвела. "Да! Этот шарф идеальный! Ты же знаешь, как я люблю стоящие вещи!" – воскликнула женщина, не забыв при этом упомянуть, как ей пришлось "экономить на всем", чтобы купить этот шарф.
Со временем, многие из знакомых Луизы начали понимать ее игру. Они видели, как она с удовольствием носит новую одежду, купленную, как она утверждала, "по большой скидке", и как ее "бедность" каким-то чудесным образом исчезает, когда речь заходит о ее собственных желаниях. Но, несмотря на это, они продолжали приглашать ее на праздники, продолжали дарить ей подарки. Возможно, потому что в глубине души им было жаль эту женщину, которая так отчаянно пыталась казаться несчастной, или, возможно, потому что в ее притворстве было что-то такое, что делало ее жизнь, пусть и нечестную, но более яркой. А Луиза, довольная собой, продолжала жить в своем мире, где она была вечно нуждающейся, но всегда получающей то, что хотела.