В парке, где деревья росли в строгом порядке, стоял стеклянный павильон. Его прозрачные стены позволяли видеть, как ветер кружит опавшие листья — но внутри, вопреки законам природы, они не опускались на пол, а продолжали танец в невидимом потоке воздуха. На полу — мягкие коврики и корзины с бумагой и чернилами. В углу — чайник и чашки, будто приглашающие задержаться.
Сюда пришла Анна, учительница, переживавшая выгорание. Последние месяцы она чувствовала себя машиной: уроки, проверки, родительские собрания. Даже любимые книги не приносили радости. Она села на коврик, наблюдая за танцем листьев, и вдруг заметила, что один — с рваным краем и бурыми пятнами — опустился прямо перед ней.
Она подняла его, провела пальцем по жилкам. В голове всплыли слова: «Я устала». Она записала их на листе, затем добавила: «Но всё ещё люблю свой класс». Лист полетел в общий вихрь, смешался с другими.
Анна осталась на весь день. Она:
- собирала листья с особыми отметинами (трещины, пятна, необычные формы);
- писала на каждом короткую фразу — признание, вопрос, благодарность;
- отпускала их в воздушный поток, наблюдая, как они кружатся, прежде чем опуститься.
К вечеру она собрала все листы, сложила в стопку. Наверху оказался лист с надписью: «Я — не только работа». Она прижала его к груди и заплакала — впервые за год по‑настоящему, без сдерживания.
На следующий день она принесла в павильон альбом. На первой странице — коллаж из листьев и её записей. Постепенно альбом заполнялся:
- зарисовки деревьев, которые она видела из окна класса;
- цитаты учеников, которые её тронули;
- планы на «непедагогические» увлечения (гончарное дело, походы, чтение фантастики).
Хранитель павильона, женщина с венком из кленовых листьев, молча наблюдала. Когда Анна собралась уходить, она протянула ей засушенный лист с золотой каймой:
— Это ваш. Храните, пока не почувствуете, что больше не нуждаетесь.
Анна носила лист в кармане. Иногда доставала, рассматривала, вспоминала ощущение покоя в павильоне. Через три месяца она принесла его обратно.
— Я больше не чувствую пустоты, — сказала она. — Теперь я знаю, где искать тишину.
Женщина улыбнулась, положила лист в корзину и ответила:
— Он всегда будет здесь. Для тех, кому понадобится.
Через полгода на двери павильона появилась табличка:
«Листья падают, чтобы дать рост новому. Так и мы».
Внутри павильона теперь часто можно было увидеть людей: кто‑то писал, кто‑то просто сидел, наблюдая за листьями. А иногда — смеялся, потому что один из вихрей вдруг складывался в форму сердца или звезды.
