Глава 3.
Сквозь сон Лиза услышала как настойчиво звонит телефон. Нащупав его рукой, она поднесла его к лицу: звонила мама.
Она подождала, когда та перестанет звонить - 4 пропущенных.
Лиза бросила взгляд на время: уже было почти двенадцать дня.
- Привет, мам, звонила?
- Да, милая, ты занята что ли? В пятницу обещала перезвонить и не перезвонила...
- Мам, я занята была.
- Ты заедешь ко мне сегодня? Нам срочно поговорить нужно.
Лиза закатила глаза. Голос матери был тревожным, наверное, что-то случилось.
Ей совсем не хотелось видеть свою мать, она опять начнёт свои бесконечные нравоучения и наставления.
- Через пару часов заеду.
- Хорошо, буду тебя ждать. Целую.
Собравшись, Лиза поехала к своей маме. Припарковав машину недалеко от подъезда, она не торопилась подниматься. Лиза окинула взглядом двор и у неё защемило сердце от воспоминаний: всё детство и юность она провела здесь.
Это место хранило память о разных моментах жизни. Но сейчас Лиза вспомнила только плохие моменты, напрочь забыв о хороших.
Как мать ругала её перед всем двором. Или как поссорившись с ней, она убегала из дома. Как плакала вон на той качели, расставшись со своей очередной любовью...
Фыркнув, Лиза поправила спадающую сумку с плеча и неторопливым шагом двинулась в сторону до боли знакомого подъезда.
- Ну, наконец-то, - Любовь Александровна суетилась вокруг дочери, помогая снять верхнюю одежду, - дай я тебя обниму, моя милая.
Лиза нехотя обняла свою мать.
- Пойдём на кухню, я чайник уже поставила, - продолжала щебетать мама Лизы.
- Мам, я не на долго. Ещё дела есть, а завтра на работу, - Лиза хотела поскорее избавиться от общества матери.
Она не любила эту квартиру, которая была ей как тюрьма, с вечными запретами и разными "нельзя" и "надо". В квартире царила чистота и пахло уютом.
"Как всегда, идеальная женщина", - усмехнулась про себя Лиза.
- Дочь, ты голодная? Я суп сварила. Будешь? - потрепав её за плечо, спросила Любовь Александровна.
- Нет, спасибо, не хочу. Давай чай попьём и я поеду, - отозвалась Лиза.
Любовь Александровна, поставив чай и пирог на стол, села напротив Лизы. Она была очень взволнована и как-будто не знала с чего начать.
Собравшись с духом, она заговорила:
- Дочь, мне с банка звонили, сказали что ты кредит не оплачиваешь... Лиз, зачем ты взяла деньги? Там же проценты бешеные, я могла бы тебе их дать, если уж срочно понадобились... У тебя какие-то проблемы с работой?
Лиза вспыхнула: она совсем забыла, что оставляла контакт мамы, когда брала кредит:
- Мам, не переживай. Были расходы, немного не рассчитала. Всё хорошо, я заплачу.
- Если у тебя сложности, давай я тебе помогу. У меня есть небольшие накопления.
- Нет, не надо. Я сама справлюсь.
- Доченька, если нужна будет помощь - ты только скажи.
Лиза подумала про себя: "Ну уж нет, ты мне потом всю плешь проешь. Сама справлюсь".
- Ну, хорошо. Как дела на работе?
- Нормально. Работа, как работа. Ничего особенного.
Разговор не клеился. Любовь Александровна теребила салфетку, не зная, что сказать. Она боялась сказать "лишнего", чтобы Лиза опять не вспылила, как было уже не раз. Её материнское сердце чувствовало, что с дочерью что-то не то, но как спросить аккуратно она не знала.
Через полчаса Лиза засобиралась домой. Небрежно чмокнув в щёку мать, она попрощалась и ушла.
Какое-то время она просто сидела в машине, куря в чуть приоткрытое окно. Лиза не знала, что ей делать: почти вся зарплата уходила на погашение огромного долга и она давно истратила всю заначку, которую откладывала на ремонт квартиры. Почти 2 года Лиза исправно платила за кредит, с которого ни рубля не потратила.
Её бывший, которого она до сих пор любила и одновременно ненавидела, смог её убедить взять на себя кредит. Они вместе строили планы на будущее, мечтая о собственном бизнесе. Как хотели начать с небольшого дела, развить его, чтобы потом уйти с работы и быть независимыми.
Он так смотрел на неё и всячески заботился, постоянно клялся в любви и даже сделал предложение, подарив симпатичное колечко. Вот только как деньги оказались у него - любовь сразу куда-то исчезла. Он перестал выходить на связь, а потом и вовсе с ней расстался, написав сообщение. А через пару недель Лиза его увидела уже с другой. Даже истерику ему не закатила... Тихо плакала на плече у Яны и платила кредит.
А когда запасы были исчерпаны, кредит совсем стало платить невмоготу. Лиза стала платить с опозданиями, еле-еле перекрывая пени. Ей было стыдно признаться подруге или маме в этом. Она стала чаще выпивать: алкоголь немного притуплял эту боль. Постоянное безденежье, невозможность свести концы с концами, апатия засасывали как болото... И нет выхода из всей этой ситуации, нет конца и края этим бесконечным платежам.
Вдруг Лиза почувствовала сильный приступ злости: "Почему она должна платить?! Пусть её бывший платит! Это же он потратил деньги! Он!".
Достав телефон, она набрала Максима, своего бывшего. Его номер она помнила наизусть.
Удивительно, но он взял трубку:
- Алло.
- Максим, это Лиза. Мне нужно с тобой поговорить.
- Как же ты достала... Что тебе нужно?
- Что мне нужно?! Деньги, Макс, деньги! Ты мне обещал, что вернёшь! Долго мне ещё ждать?!
- Какие деньги?
- В смысле какие деньги?! Которые ты у меня взял на бизнес.
- Лиза, у меня нет денег. Отстань уже от меня.
От злости Лиза стала красной и начала кричать:
- Верни мне мои деньги, сволочь! Почему я должна одна отдуваться?!
- Потому, что ты дура. Денег у меня нет и возвращать я тебе ничего не собираюсь.
- Я на тебя в суд подам!
- Ты ничего не докажешь. Ты же добровольно мне их дала. Подавай, куда хочешь.
Он положил трубку. Лиза пыталась ему перезвонить, но тщетно - она уже была в "блоке".
В приступе ярости она начала колотить руль. А потом от бессилия и несправедливости - заплакала, облокотившись на него.
Перестав плакать, Лиза откинула козырек и стала приводить себя в порядок, глядя в зеркало. Немного успокоившись, она поехала домой.
- Хрен вам, а не деньги. Не буду ничего платить. Пошли все в жопу, - ругалась она сама с собой, направляясь в сторону дома.
Зайдя в магазин у дома, она снова взяла самый дешёвый виски, колу и сигареты.
Сидя у себя на кухне, Лиза осознавала, что идёт ко дну. Но сейчас ей было всё равно. Нужно было унять эту боль...