"Он знает правду, но молчит": сына Усольцевой ввели в гипноз. Результат оказался неожиданным
Брак на грани развода
За несколько дней до своего загадочного исчезновения Ирина Усольцева отправила своей подруге, психологу Марии Шрайнер, неожиданное сообщение. Вместо запланированной духовной практики — тантры — они с мужем Сергеем решили отправиться в поход на Минскую петлю. Это письмо стало одним из последних сигналов, после которого семья Усольцевых перестала выходить на связь, оставив после себя лишь шквал вопросов и версий. Что же на самом деле произошло в сибирской тайге? История семьи Усольцевых обнажила скрытые трещины в, казалось бы, прочном фасаде семейных отношений.
Мария Шрайнер, давний наставник пары, рассказала, что Ирина и Сергей много лет были постоянными участниками её ретритов и психологических практик. Ирина активно погружалась в индивидуальную работу, в то время как Сергей чаще играл роль поддерживающего супруга. Именно из доверительных бесед с Ириной стало известно о непростом периоде в их отношениях. Она делилась мыслями о разводе, они пробовали жить раздельно, но в конечном счёте Ирина приняла осознанное решение сохранить семью. Этот выбор, сделанный накануне рокового похода, придаёт всей истории особый, почти мистический драматизм.
Психиатр Мирослава Чернышова, проанализировав последнее сообщение Ирины, пришла к неутешительному выводу: в отношениях пары давно назревали серьёзные проблемы. По её профессиональному мнению, участие в ретритах часто свидетельствует не об отсутствии трудностей, а отчаянный попытке с ними справиться. Она предполагает наличие длительного вялотекущего пограничного состояния, возможно, психологической травмы, тянущейся из первого брака Ирины. Напомним, что от первого союза у неё остался сын Данил Баталов, тогда как дочь Арина родилась уже в браке с Сергеем Усольцевым.
Картину семейного разлада дополняют и показания соседей. Оказывается, супруги уже давно не жили вместе под одной крышей. Сергей лишь наведывался пару раз в неделю, чтобы привезти продукты, пообщаться с дочерью и, выполнив формальные обязанности, спешил обратно в свой дом в другом городе. Эти факты заставляют задуматься: не стал ли тот злополучный поход в тайгу последней отчаянной попыткой спасти рассыпающиеся отношения? Или, напротив, кульминацией, приведшей к окончательному разрыву, но на этот раз — с привычной жизнью?
Сын под гипнозом
После нескольких недель мучительного молчания и интенсивных поисков внимание общественности и следователей закономерно переключилось на старшего сына Ирины, Данила Баталова. В социальных сетях и тематических группах, посвящённых поиску пропавшей семьи Усольцевых, стали раздаваться настойчивые голоса: «Он знает правду, но молчит». Подозрения подпитывались одним ключевым фактом: именно Данил заявил о пропаже, но сделал это с задержкой в два дня после последнего сеанса связи с родными. Эта пауза показалась многим подозрительной и привела к неожиданному развитию событий.
В поисках ответов программа «Пусть говорят» организовала сеанс гипноза с участием Данила. Проводивший процедуру психолог Николай Захарченко подчеркнул, что молодой человек добровольно и без принуждения согласился на неё. Сам специалист заявил, что это является косвенным признаком открытости, так как люди, скрывающие информацию, обычно избегают подобных методов. Однако результаты сеанса оказались для многих разочаровывающими и неоднозначными. Вместо громкого разоблачения Захарченко сообщил, что под гипнозом Данил подтвердил — он действительно ничего не знает о текущей судьбе своей пропавшей семьи.
Реакция скептиков была мгновенной и предсказуемой. Многие усомнились в профессионализме психолога, другие же указали на простой научный факт: гипноз действует далеко не на всех людей. В обсуждениях тут же появились личные истории: «Меня вот сколько ни пытались ввести, так ничего и не вышло. Может, сын Усольцевой тоже не поддается?» — писали пользователи. Таким образом, вместо того чтобы развеять туман, сеанс лишь породил новые вопросы о методах установления истины в столь запутанном деле.
При этом Николай Захарченко выразил осторожный оптимизм относительно судьбы пропавших. Он обратил внимание на то, что Сергей Усольцев — человек физически и психологически подготовленный, а это позволяет надеяться, что его действия в тайге были осознанными и продуманными. «Не думаю, что там произошла трагедия. Есть надежда, что люди живы», — заключил эксперт. Эту надежду, пусть и интуитивно, разделяет и сам Данил, который в конце передачи высказал главное, по его словам, пожелание: «Пусть они будут живы, пусть сбежали, но живы».
Подозрения профайлеров
Однако далеко не все специалисты разделили осторожный оптимизм Захарченко. Профайлер Александр Петров высказал точку зрения, диаметрально противоположную выводам гипнолога. Проанализировав поведение Данила Баталова, Петров пришёл к заключению, что его мимика и реакции могут свидетельствовать либо о скрытом знании истинных обстоятельств дела, либо о поразительном, почти неестественном безразличии к судьбе матери и сестры. Подобное чтение невербальных сигналов стало ещё одним камнем в огород молодого человека.
Не остался в стороне и коллега Петрова, профайлер Сергей Федоровский, который вступил в заочную полемику, подвергнув критике методы своего визави. Федоровский парировал, что интерпретация мимики — вещь крайне субъективная, и указал на иной аспект, который его настораживает. По мнению Сергея, именно общее поведение Данила во время первых программ, посвящённых исчезновению, не укладывается в классические рамки поведения человека, у которого пропали близкие родственники. Эта дисгармония между событием и реакцией и вызывает у профессионала наибольшие вопросы.
На все эти обвинения и намёки Данил Баталов находит своё объяснение. Он утверждает, что сознательно и жёстко контролирует свои эмоции, понимая всю меру ответственности, которая на него легла. «Если я дрогну, то дрогнут все», — такова его жизненная позиция в этой критической ситуации. Юноша ссылается на свой опыт занятий экстремальными видами спорта, который научил его сохранять хладнокровие даже в моменты высочайшего стресса. Кроме того, он боится за свою бабушку, с которой сейчас живёт, понимая, что любое проявление слабости с его стороны может пагубно сказаться на её и без того пошатнувшемся здоровье.
Деньги за информацию об Усольцевых
Пока эксперты ведут профессиональные споры, из разных регионов страны продолжают поступать многочисленные, но зачастую бесполезные сигналы от так называемых очевидцев. Одна из жительниц Новосибирска, например, уверяла, что видела пару, очень похожую на Усольцевых, которые в измождённом состоянии переходили дорогу, причём ребёнка с ними не было. Ведущий Дмитрий Борисов немедленно передал эту информацию Данилу, однако его реакция — вернее, её полное отсутствие — многим показалась, по меньшей мере, странной.
Скептицизм Данила Баталова в данном случае имеет под собой вполне логичное основание. Как объяснил сам молодой человек, он относится к подобным сообщениям с большим недоверием, поскольку за время поисков на него обрушился шквал писем от самых разных людей, в том числе и с нестабильной психикой. Доверять им без проверки он не может и не хочет. Его позицию полностью поддерживают профессиональные поисковики, которые ежедневно сталкиваются с подобным информационным шумом, лишь затрудняющим работу.
Глава красноярского поискового отряда «Поиск пропавших детей имени Оксаны Василишиной» Светлана Торгашина подтвердила, что ситуация с ложными и спекулятивными сигналами приобрела катастрофические масштабы. За время поисков семьи Усольцевых поступили сотни сообщений от ясновидящих, эзотериков и прочих «контактеров». Ни одно из их предсказаний, к сожалению, не нашло реального подтверждения. Апофеозом цинизма стали предложения продать «точную информацию» о местонахождении пропавших. Цена вопроса озвучивалась чётко: по сто тысяч рублей за каждого члена семьи, то есть триста тысяч за всех троих. На фоне такой откровенной наживы на горе хладнокровие Данила уже не кажется чем-то удивительным.
Что случилось с Усольцевыми?
Сергей, Ирина и маленькая Арина Усольцевы пропали 28 сентября 2025 года в глухих, труднодоступных уголках Кутурчинского Белогорья в Красноярском крае. Масштабные поисковые операции, в которых участвовали сотни добровольцев, были официально завершены 12 октября. С тех пор работу ведут только профессиональные спасатели и следователи, но за прошедший месяц не было обнаружено ни единой серьезной зацепки — ни обрывка одежды, ни намёка на стоянку, ни каких-либо других следов, указывающих на маршрут или судьбу семьи.
Следственный комитет Р ф и, не имея на руках прямых доказательств ни одной из версий, тем не менее возбудил уголовное дело по серьёзной статье — «Уби...ство». Несмотря на это, приоритетной официальной версией пока остаётся банальный и оттого не менее трагичный несча́стный случай в условиях дикой природы. Впрочем, следователи тщательно рассматривают и другие гипотезы:
- Внезапное и критическое ухудшение здоровья у одного из взрослых, что сделало остальных беспомощными.
- Роковая встреча с браконьерами или иными криминальными элементами в безлюдной местности.
- Нападение крупного дикого зверя, хотя следов такой атаки также обнаружено не было.
- И даже теория о добровольном пробеге из прежней жизни с организацией побега за границу.
Увы, ни одна из этих версий пока не получила хоть какого-то фактического подтверждения. История семьи Усольцевых так и остаётся леденящей душу загадкой сибирской тайги, которая, как это часто бывает, не спешит раскрывать свои мрачные секреты. Где же они, Усольцевы, и что скрывает от нас непроницаемая чаща Кутурчинского Белогорья? Ответа на этот вопрос нет до сих пор.