Подавляющее число россиян имеют самые обычные крестьянские родословные, лишь немногие оказываются потомками графьев, князей, императорской семьи. Хотя большинство людей, начиная поиски, утверждает, что их предки видные партийные деятели, градоначальники, богатые купцы, ну, или на худой конец, незаконнорожденные потомки дворян. Как правило, в погоне за париками из XVIII века, чаще всего находятся только вневременные лапти, например, как у меня. Все мои предки мастеровые, из крестьян, либо крестьяне различных сословий. Но все-таки уже вторая фамильная ветка выбилась в мещане – это Ворошиловы, родоначальником которых является тобольский пушкарь Ворошилка Власьев.
В 1600 году по наводке пелымского стрельца Васьки Осетра, нашедшего соляной рассол на речке Покчинке, в 10 верстах от Пелыма, для заведения соляного промысла тобольский воевода Сабуров послал туда пушкаря Ворошилку Власьева и велел: «…есте им в той речке соляные воды и ключа соляного сыскивать; да будет воду соляную найдут и варница будет поставить мочно…».
Соль в то время имела огромное государственное значение, так как ее приходилось везти в Сибирь из Европейской части.
«Да поехал Ворошилко из Тобольска на Пелым, а взял с собою детей, и вы б детем его велели дать пожить дворец, покаместа Ворошилко у варницы устроится».
По какой причине не стали на Покчинке разрабатывать соляной промысел история умалчивает, но только Ворошилка оказался на Негле (сейчас село Кошай).
Исследовав новое место, Ворошилка сообщил: «…что в той речке ключи соляные и росол добр и соли наварить мочно, а где варницам быть, и к тому де месту лесу много и близко, и дубровы де пашенные и луги есть, и людям де жить мочно…».
Здесь в 1602 году им выварено соли до 313 пудов и с тех пор Ворошилку в грамотах стали назвавать не пушкарем, а солеваром.
Но не все было у Ворошилки гладко, да сладко – «бизнес» подвергался нападкам местного рэкета: вогулы по царской грамоте хотя и были освобождены от работ на соляном промысле «чтоб их тем не ожесточить», но воинственные соседи все-таки иногда доставляли беспокойство обитателям Кошая. Так, осенью 1604 года сосьвинские вогулы Алпаутко и Тютрюм с товарищами намеривались сжечь промысел, а Ворошилку с «деловыми» людьми побить.
Но не только это беспокоило соловаров. В 1604 году «црен в варнице сгорел, и росол из него течет, и в том ставится…государеву соляному промыслу убыточно, и соли садится старого меньше. А поличного железа…на Верхотурье и на Негле нет, црена поделать нечем…». А через год, осенью 1605 года, верхотурским казакам и стрельцам было велено вывезти все с Кошая «и они де великими нужами с Верхотурья на Неглу по соль и по всякую цренную снасть ездили по двожды…».
Последний раз имя Ворошилки упоминается в документе за 1609 год «писал на Верхотурье с Кошая Ворошилко Власьев апреля в 1 день».
Если соляной промысел не получил большого развития, то уж семейное древо у Ворошилки удалось на славу.
Так, сын Ворошилки, Василий, 5 января 1603 года привез в Верхотурье царскую грамоту. Далее, согласно писцовой книге Верхотурского уезда М. Тюхина за 1624 год в городе Верхотурье числились дворы стрельца Тимошки Ворошилова и «посадцкие ж люди, а дворов у них на посаде нет, живут по деревням» – Васки Ворошилова. В той же переписи, но разделе «Пашни под городом и в Верхотурском уезде и на Тагиле деревни посадцких верхотурских людеи» читаем «На Кошае деревня Дорошки (скорее всего Ворошки):
Во дворе посадцкои человек Васка Григорев сын Ворошилов. Пашни паханые добрые земли двенатцат чети в поле, а в дву потому же, сена косит триста копен в деревни ямъщика Меншика Молодова».
Таким образом Ворошилку «по-настоящему» звали Гришкой, а стрелец Тимошка Ворошилов, наверняка, сын пушкаря и солевара Ворошилки Власьева. Так что со вторым поколением считаю, что разобрались.
Теперь перейдем к Писцовой книге 1666 года.
«Двор. А в нем живет посадцкой человек Ивашко Ворошилов. Детей у него: Якунка осминатцати лет, Гришка три(на)тцати лет, Ивашко осми лет. Да брат у него Ивашка Костька тритцати лет. У Костьки сын Иевко семи лет. Да дворовой человек у Коски Ивашко тритцати лет. У него детей Ганка осми лет, Федка шти лет.»
«Двор. А в нем живет стрелец Митка Ворошилов. Детей у него нет. А братьи у него: Климка дватцати пяти лет, Ивашко осми лет. Да племянников у него: Олешка десяти лет, Ивашко семи лет, Дейко шти лет. Да дворовой кабальной человек Кузка дватцати трех лет. А поверстан он Митка в стрелетцкую службу из стрелетцких же детей во 172-м году по приказу стольника и воеводы Ивана Камынина. А государева жалованья оклад ему учинен против верхотурских стрельцов выбылой оклад Верхотурского уезду Арамашевской слободы беломестного казака Офонки Зыряна денег четыре рубли с четью, два пуда с четью соли. А за хлебное жалованье с пашни.»
"А поверстан он Митка в стрелетцкую службу из стрелетцких же детей". А кто у нас стрелец? Правильно, Тимошка
В переписной книге Верхотурским посадским людям 1679 года числятся:
«Костька Ворошилов да племянник ево Викула (Якунка Иванов). А оброку платят рубль с полтиною. А у Костки сын Иевко дватцати лет, а у Викулка брат Ивашко восмнатцати лет. Да деревню пашут, а платят выделного хлеба пятои сноп. Да с мелницы оброку полтину. Да с озер и з бредника».
Далее «читаем» переписную книгу Верхотурского уезда 1680 года переписи Льва Мироновича Поскочина:
«Деревня Кошайская над речкою Неглою
Митька Максимов Ворошилов
сын его Мишка ½
брат Ивашко
За хлебное жалованье пашни пашет 7 десятин в поле, а в дву по тому ж. Сенных у него покосов в лугу подле Сосьвы реки на 400 копен. У него ж рыбная ловля плес. Оброку платит 7 алтын 2 деньги. И на ту рыбную ловлю прибавлено вновь денежного оброку 6 алтын 4 деньги. У него ж мельница на речке Негле. Оброку платит с дядею с Косткою да с братом Климкою Ворошиловыми рубль.
Климка Максимов Ворошилов
дети его: Алешка
Ивашко
Дейко
Кирилко 20
Никонко 19
Игнашка 5
За хлебное жалованье пашни пашет 5 десятин в поле, а в дву по тому ж. Сенных у него покосов в лугу и по дуброве на 400 копен. У него ж над ручьем мельница. Оброку платит 16 алтын 4 деньги. И на ту мельницу прибавлено вновь денежного оброку 3 алтына 2 деньги.
Деревня Ворошилова над речкою Неглою
Костка Ворошилов
сын его Иевко 20
племянники: Викулка
Ивашко 12
Викулки сын Кондрашка 2
Пашни пашет 5 десятин в поле, а в дву по тому ж. И с той пахоты платит выдельной хлеб пятой сноп. Сенных у него покосов в лугу по реке Сосьве на 400 копен. Да он же платит с 4 озерок да с бредника с рыбной ловли 21 алтын 4 деньги. И на те озера вновь прибавлено денежного оброку 6 алтын 4 деньги».
А ведь в деревне над рекою Лялею ещё есть:
«Федька Иванов Ворошилов
брат его Афонька 20
Сказал, родился де он в той же Лялинской деревне. Пашни пашет десятину с полудесятиною в поле, а в дву по тому ж. Сенных у него покосов по дуброве на 200 копен. А с той деревни Государева оброку 26 алтын 4 деньги.»
Если вернуться в перепись 1666 года данная семья показана как «Ивашко Нарымкин с сыновьями: Ваською, Мишкою, Федькою и Офонькою». Так что этих Ворошиловых Ворошиловыми не считаем.
Жаль, конечно, что в каждой переписи Костка указан без отчества, но если судить по записи 1666 года «брат у него Ивашка Костька» можно предположить, что он Константин Иванович, и скорее всего и он и его племянники все потомки Васьки или Тимошки Ворошиловых.
Далее, в 1710 году на Кошае в деревне казаки и казачьи дети живёт:
«Казачей же сын Кирило Ворошилов 50 лет.
Салдацкая жена Анна 30 лет. У нее сын Алексий 8 лет; дочери: Катерина 10 лет, Наталья 5 лет.
У нее живет новокрещеной Гаврило 25 лет».
Если, что там не только Кирилло, просто я уже выписала точно своих.
Учитывая изложенное, в моем случае выстраивается такая цепочка: пушкарь и солевар Ворошилка Власьев – посадский человек Васка Григорьев или стрелец Тимоша Ворошиловы – Иван Васильевич или Тимофеевич? – Максим Иванович? – казак Клементий Максимович, ок. 1641 г.р.– Кирилл Клементьевич ок.1660 г.р. – мещанин Илья Кириллович (по ревизии 1795 года уже проживали в Верхотурье, а не Кошае), ок. 1716 г.р. – рекрут Иван Ильич – Евсей Иванович, ок. 1750 г.р. – Федор Евсеевич, ок. 1780 г.р. и венчает эту цепочку Агафья Фёдоровна, ок. 1800 г.р.
Помимо найденных Ворошиловых удалось заглянуть и в часть женских линий, так в роду появились Поваренных (Плехановы) (самая, что ни есть «соленая» фамилия), Абушкины (по этому роду случилась редукция, общий предок девиц Абушкиных, которые были выданы в замужество за Дерябиных и Ворошиловых, родился около 1615 года), Тренихины, Кордюковы, Дерябины, ямщики Шумковы, Батраковы, казаки Посниковы, Коркуновы (Шестаковы), Моршинины, ямщики Переваловы. Все эти семье проживали на севере современной Свердловской области.
