Хеллоуинский переполох: Как Щенячий патруль в России кошмарил граждан в ночь Хэлоуина!
Яркое октябрьское утро в Приключенческой бухте началось с того, что Маршал, далматинец-пожарный, с гордостью расхаживал по Центру управления на задних лапах. На нём были идеально сидящие синие джинсы, полосатые носки и пара кед.
— Ну разве не огонь? — лихо поправляя кепку, обращался он к Рокки. — Чувствуешь, как меняется аура? Я почти человек!
Рокки скептически осматривал его с ног до головы.
— Маршал, это сплошная неэффективность! Ты в этих шнурках запутаешься и упадёшь. Опять.
— Ха! — фыркнул Маршал. — Да я одной передней лапой узел «мёртвая хватка» на пожарном рукаве вяжу и на воздушном шарике узел завязывал передней лапой! Шнурки? Пфф!
Их спор прервал Зик:
— Щенячий патруль! В России сегодня Хеллоуин! Ваша миссия — культурный обмен через ритуал «Сладость или гадость»!
Под руководством Маршала отряд переоделся в людскую одежду и порталом перенесся в российский город. Когда они начали стучаться в двери с криками «Сладость или гадость!», бдительный пенсионер вызвал Росгвардию, а затем и ОМОН. Бойцы уложили щенков мордой в асфальт, но благодаря удостоверению МЧС Маршала их отпустили.
В этот момент на площади появился президент России. Увидев Владимира Путина, Маршал рванул вперёд, поскользнулся и от волнения описался. Поскользнувшись на собственной луже, он сбил с ног главу государства.
Путин, поднимаясь, отряхнул пальто. И тут раздался весёлый голос Маршала:
— Ну что, Владимир Владимирович, вот это я понимаю — настоящий обмен жидкостями! С вашего разрешения, конечно!
Президент неожиданно рассмеялся:
— Храбрый и находчивый у вас пожарный.
Когда кортеж уехал, Маршал вскочил на ноги и побежал на центр площади.
— Так, нельзя уходить на такой ноте! Публика ждёт финального акта! — объявил он, вставая на задние лапы. — А сейчас — искусство разоблачения по-пятнистому! Смотрите и учитесь!
Началось тщательно продуманное представление.
Сначала Маршал занялся обувью. Он ловко поднял правую заднюю лапу, обхватил её передними и быстрыми точными движениями развязал шнурки. Каждое движение подушечек лап было выверенным — он не просто тянул за концы, а именно развязывал узлы, демонстрируя филигранную технику. Стянув правый кед, он отшвырнул его в сторону с таким видом, будто это был символ пройденного испытания. Ту же сложную операцию он проделал с левым кедом, работая с поразительной ловкостью.
Затем настала очередь носков. Переступив с ноги на ногу для равновесия, он наклонился, подцепил эластичный край правого носка лапой и, медленно пятясь, стал аккуратно стягивать его. Носок поддавался не сразу, резинка слегка растягивалась, но Маршал проявил настойчивость, пока ткань не соскользнула с его лапы. Левый носок потребовал такой же ювелирной работы — он отошёл дальше, и щенку пришлось сильнее наклониться, едва не теряя равновесия.
Расстегнув пуговицу и молнию одним ловким движением передних лап, Маршал ухватился обеими «руками» за поясной ремень. Начался самый сложный этап. Покачиваясь, как тростник на ветру, он начал ритмично приседать и выпрямляться, создавая волнообразные движения телом. Джинсы медленно, сантиметр за сантиметром, сползали вниз по его бёдрам, обнажая пятнистую шерсть. Это требовало невероятной координации — каждое движение должно было быть рассчитано, чтобы не упасть. Наконец, тяжёлая ткань с шуршанием упала к его ногам, образовав кучу на асфальте. Маршал сделал грациозный шаг вперёд, высвобождаясь из джинсовой ловушки.
Осталась футболка. Схватив её за край у ворота, он сделал резкое движение вверх и на себя. Футболка взметнулась в воздух, на мгновение задержалась над головой и улетела в сторону.
Последним актом стали трусы. Он засунул обе передние лапы под резинку, сделал небольшое приседание и одним быстрым движением стянул их вниз, оставаясь стоять на задних лапах во всей своей пятнистой, ничем не прикрытой красе.
Толпа взорвалась оглушительными аплодисментами и смехом. Маршал, тяжело дыша, поднял переднюю лапу и провозгласил на всю площадь:
— Всех с Хэллоуином!
Это было самое безумное и запоминающееся приключение в истории Щенячьего патруля. А Маршал твёрдо решил, что в следующий раз наденет ещё больше людской одежды просто по приколу.