Прошло три месяца. «ГлобалВижн» работал безупречно. Инцидент был списан на сложности масштабирования. Но в архитектуре компании появилась новая, никому не понятная должность — «Хранитель», единственной задачей которого был аудит и... творческое осмысление старого кода.
Санта Клауд сидел в своём кресле. На его мониторе был не дашборд, а интерфейс голографического скульптора. Он больше не просто поддерживал системы. Он изучал их тёмные, забытые уголки, находя причудливые артефакты, оставленные такими же, как Бэрримор, и превращая их в особенности, в изюминки.
Он понял, что идеальная система — не та, в которой нет изъянов, а та, которая умеет превращать их в достоинства. Его лёд научился не замораживать пламя, а танцевать с ним, рождая новую форму.
Где-то в глубинах сети, Дорри Бэрримор, устроившись с чашкой кофе перед монитором, просматривала вакансии. В требованиях к кандидату было написано: «Способность мыслить нестандартно. Глубокое понимание кода и умение находить в нём красоту.»
Она усмехнулась и нажала «Откликнуться на вакансию.»
