Птерозавры и птицы, в принципе, родня, хотя и не такая уж близкая (на уровне троюродных кузенов). И те, и те относятся к "рептильной" группе архозавров, явно выделившихся из общей массы дипсид в начале триасового периода, но на уровне предковых линий наверняка не позже середины периода пермского. И те, и те относятся к архозавровой группе орнитодир, довольно сильно отличающейся от другой архозавровой группы - псевдозухий, ныне представленной крокодилами. Птерозавровая и динозавровая (последняя и привела к птицам) ветви разделились около 245 миллионов лет назад в раннем триасе. И очень долгое время птерозавры с динозаврами не пересекались. По банальной причине сильного несовпадения по времени возникновения и эволюционного развития.
Птерозавры взмыли в воздух в первой трети триасового периода. Триасовые птерозавры только искали свой путь, пройдя его от бегающих по стволам деревьев в поисках насекомых и изредка планирующих "зверушек" к "зверушкам"активно летающим. Первые птерозавры, что интересно, внешне выглядели как довольно пушистые летучие мышки или оригинальные совы, но с иным строением крыла. В итоге это, правда, привело к "рамфоринховой" модели летающего худого "крокодила" вытянутыми челюстями, усеянными многочисленными зубами и длинным хвостом. К концу триаса "рамфоринховая" модель начинает заменяться "птеродактилиевой" (с коротким хвостом, гребнем на голове, многочисленными попытками избавиться от зубов и заменить пасть клювом), а в юрском периоде "птеродактилиевая" модель птерозавров становиться сначала главной, а потом и единственной.
В конце юры и в начале мела птерозавры многочисленны и разнообразны. Они занимают экологические ниши рыбоядных, насекомоядных, плотоядных и даже плодоядных летающих существ. Их размеры варьируются от некрупного голубя до монстра, крупнее современных альбатросов и американских грифов. Но в конце юрского периода начинают эволюционный путь их конкуренты в деле покорения воздушного океана. Ветвь манирапторовых динозавров, которые и так любили щеголять в перьевом покрове, да махать передними конечностями, решила использовать этот самый покров, да эти самые мощные передние конечности, покрытые перьями особо типа, ещё и для полёта. И, естественно, динозавровые аэронавты столкнулись с первыми позвоночными хозяевами воздушных пространств. Родичи отнеслись друг к другу вовсе не по родственному.
Юрские длиннохвостые и зубастые летающие динозавры ещё толком не могли конкурировать с птерозаврами. Археоптериксы и иже с ними предпочитали обитать в кронах деревьев и на открытые пространства воздушного океана не лезли. Всё меняется, когда авиалы-протоптицы начинают избавляться от динозавровых признаков в виде длинного хвоста с кучей тяжёлых позвонков и не менее тяжёлой зубастой пасти, то есть пошли по пути, по которому ранее уже ходили птерозавры. Первыми из авиалов к такому радикальному облегчению скелета пришли ранне-меловые конфуциусорнисы, взлетевшие в воздух на территории нынешнего Китая около 140 миллионов лет назад. По строению мозгового отдела черепа и скелета нижних конечностей это ещё далеко не птица, да и верхние конечности были далеки от идеала (крылья не могли заводиться за спину, что не обеспечивало полноценный взмах). Но за счёт более прочной конструкции крыла и заботы о потомстве конфуциусорнисы получали преимущество перед обитающими в тех же краях птерозаврами и немало их потеснили в воздухе.
Массово ситуация для птерозавров усугубилась с появлением полноценных птиц - орнитотораксов около 135 миллионов лет назад. Орнитотораксы практически сразу после появления делятся на две ветви с весьма и весьма различающимся скелетом: энанциорнисов и эуциорнисов ("противоптиц" и "истинных птиц"). Общего, конечно, тоже было немало: пигостиль вместо длинного хвоста, "птичьего" строения таз, хорошо развитый киль, с крепящимися к нему мощными грудными мышцами. Пасть и у тех и у других неспешно сменялась клювом, правда, и в нём сохранялись зубы. Проблему зубов орнитотораксы решили уже ближе к концу периода. Разница же заключалась в строении плечевого пояса (у энанциорнисов лопатка и воронья кость как бы вывернуты наизнанку по сравнению с эуциорнисами), тазобедренного сустава (энанциорнисы на земле могли только гордо вышагивать, а эуциорнисы ещё и прыгать) и предплюсны с плюсной (у эуциорнисов все эти кости срастаются в цевку).
Эуциорнисы первоначально предпочитали наземный (конкурируя с небольшими дальними родичами - манирапторами) и приводный образы жизни. И приводные виды, вроде ихтиорнисов и гесперорнисов, во второй половине мела практически вывели из игры небольших рыбоядных птерозавров. Энанциорнисы же были активными летунами. С учётом того, что они летали лучше птерозавров, размножались быстрее, выживаемость была выше за счёт заботы о потомстве, их более крупный и более сложно устроенный головной мозг повышал возможность адаптаций к изменениям среды, было неудивительно, что энанциорнисы ближе к концу мела фактически ссадили небольших птерозавров с неба, поработав своего рода зенитной артиллерией. Птерозаврам в последние 10 миллионов лет своего существования остались только крупноразмерные ниши.
Но зато они были реально крупные! Среди позднемеловых птерозавров наиболее известными, конечно, стали представители семейств птеранодонтидов и аждархидов. И думается мне, что эти птерозавры заслуживают отдельной статьи в "меловом" цикле.
С Новым годом!