Частота сердечного ритма российской экономики все больше зависит от государственных решений и все меньше подвержена влиянию законов свободного рынка, на которые она реагирует вяло, а иногда парадоксально. Сегодня бизнес в России живет от одного решения по ключевой ставке до другого. Не менее чувствительными и даже болезненными оказываются заявления лиц, принимающих решения по финансовой и денежной политике. Но совсем скоро мы узнаем главное про реальное положение дел в экономике страны.
В октябре Госдума приступила к рассмотрению федерального бюджета на ближайшие три года. Ситуация неопределенности, связанная с решениями по бюджету, как сказала глава Центробанка РФ, не позволила принять более смелое решение по снижению ключевой ставки.
Смелых среди тех, чей голос точно имеет значение, остается все меньше, но они есть. На Петербургском экономическом форуме в их ряды записался глава Минэкономразвития Максим Решетников, который уже не в первый раз берется публично отстаивать позицию, что российская экономика находится на грани рецессии. Тревожные опасения по этому поводу он начал высказывать еще раньше: в мае на заседании комитета по бюджету и налогам в Госдуме Решетников заявил депутатам: «Мы также видим в текущем режиме риски переохлаждения экономики». Как раз где-то с весны и началась увлекательная игра в слова, в которой представители финансово-экономического блока соревнуются, кто найдет более аккуратное определение тому, что происходит с российской экономикой.
По ком звонят колокола?
На Восточном экономическом форуме «в колокола звонил» глава СБЕРА Герман Греф, который назвал текущую экономическую ситуацию в России «технической стагнацией». Главный сигнал к тому — замедление темпов роста ВВП. По мнению Грефа, показатели за июль и август намекают нам на приближение к «нулевым отметкам», и надежд на восходящую динамику до конца года немного. «По нашим оценкам, которые мы используем внутри на конец года, ставка будет примерно на уровне 14%. Достаточно ли это для того, чтобы экономика стала оживать? На наш взгляд, недостаточно, и при текущих уровнях инфляции ставка, при которой можно надеяться на оживление экономики, 12% и ниже», — сказал глава Сбербанка России на полях ВЭФ. Публичное несогласие с мнением авторитетного в мире финансов банкира выразил лично президент, который также выступал на Восточном экономическом форуме. Отвечая на прямой вопрос модератора пленарного заседания, он четко ответил: «Нет».
Пройти «по острому лезвию»
И Центробанк уверенно идет к этой цели — после его очередного решения по ставке.
Что имеет в виду Минфин, говоря, что старается сделать бюджет «более мускулистым»? Ответы — в печатной версии БИЗНЕС ЖУРНАЛА.
«Федеральный Бизнес журнал» в Дзене
Подписывайтесь:
https://dzen.ru/businessmagazine