Леонид Быков вошел в историю советского кино как человек, которому верили с первых слов. Его герои выражались просто, по-человечески — без позы, без громких речей. В этом было что-то родное, узнаваемое, как в разговоре с соседом или другом. Такая манера не могла родиться на сцене: она пришла из Донбасса, где прошли его детство и юность.
Донбасс 1930–1940 годов — рабочий край заводов, шахт и поселков, где ценили дело больше слова. Из этой среды выросла речь Быкова — живая, теплая, без украшений. Он перенес эту простоту и прямоту в кино. Быков оставался уроженцем Донбасса не только по происхождению, но и по характеру: его герои говорили так же, как говорили вокруг него в детстве — просто, спокойно и по правде.
Леонид Быков родился 12 декабря 1928 года в селе Знаменское Славянского района Донецкого округа. В 1930 году семья переехала в Краматорск. Отец работал на заводе, мать занималась домом. Детство будущего актера прошло в индустриальном городе, где ценили труд, прямоту и чувство юмора. Он учился в школе № 6, участвовал в школьных спектаклях и выступал на сцене Дома культуры имени Ленина. Одноклассники вспоминали его как живого, открытого парня.
Во время Великой Отечественной войны семья Быковых, как и многие жители Донбасса, была эвакуирована в Барнаул. С 1941 по 1943 год Леонид жил среди фронтовиков, переселенцев и беженцев — людей со всех уголков страны. После освобождения Краматорска семья вернулась домой. Быков окончил школу, участвовал в самодеятельных постановках и все больше тянулся к сцене.
Как и многие мальчишки военного поколения, Леонид мечтал стать летчиком. Дважды пытался поступить в училища — в Полтаве и Ленинграде, но не прошел по росту и возрасту. Мечта не исчезла: позже она станет темой его фильмов о фронтовых летчиках.
В 1947 году Быков поступил в Харьковский театральный институт, а после его окончания был принят в труппу театра имени Шевченко. На сцене он выработал собственную манеру — доверительную, без наигрыша, с естественным чувством ритма и речи. В кино Быков пришел в начале 1950 годов, сыграв в картинах «Чужая родня» и «Судьба Марии», но настоящую известность принес ему фильм «Максим Перепелица».
Герой повести Ивана Стаднюка — балагур, парень из народа, говорящий просто и по-человечески. Быков сыграл его без гротеска, с мягкой иронией и точным чувством живой речи. В его интонации звучали южнорусские и украинские обороты, естественные паузы, разговорная плавность. Критики отмечали, что Быков говорит «как обычный человек, а не как актер». После «Перепелицы» зритель увидел в нем «своего». Эта роль задала направление всей его дальнейшей работе: народный герой не должен быть идеальным, он должен быть настоящим.
К концу 1960-х Быков почувствовал, что актерских ролей ему мало. Он хотел работать шире — строить фильм от замысла до готовой сцены. В 1969 году он переехал в Киев и стал режиссером на киностудии имени Довженко. Первые его картины, «Судьба» и «Стыковка», не получили широкой известности, но стали для него настоящей школой режиссуры и позволили «набить руку».
Фильм «В бой идут одни старики» вырос из рассказов ветеранов. Быков несколько лет собирал материал, записывал воспоминания, уточнял детали. Диалоги звучат естественно: короткие реплики, фронтовой юмор, бытовые интонации. Песни вплетены в действие — «Смуглянка» и другие звучат как продолжение разговора, а не музыкальные вставки. После закрытого просмотра маршал авиации Александр Покрышкин сказал: «Все так, как было». Эти слова окончательно закрепили за фильмом репутацию подлинного.
А прототипом «поющей эскадрильи» стала реальная часть под командованием дважды Героя Советского Союза Виталия Попкова. Летчики этого подразделения во время коротких передышек устраивали концерты прямо на аэродроме, пели под гитару и трофейные гармони.
Премьера состоялась в 1974 году. «Стариков» посмотрели больше 40 млн человек — картина заслужила всесоюзную популярность. Следующая работа, «Аты-баты, шли солдаты…» (1976 год), соединила два времени — фронтовое и послевоенное. А в ее основу лег реальный эпизод обороны станции Тарановка под Харьковом. В 1977 году за обе картины Быков был удостоен Государственной премии имени Тараса Шевченко.
Главным принципом Быкова было доверие к живой человеческой речи. Он не исправлял манеру актеров говорить и не выравнивал фразы, считая, что правда слышится только в естественном слове. Его герои разговаривают по-разному — кто-то на русском, кто-то на украинском, кто-то с южным или восточным акцентом. Вместе это складывается в подлинную звуковую картину большой страны.
Язык и интонация Быкова стали образцом народного реализма. После его фильмов в советском кино появился новый тон — разговорный, доверительный, без показной риторики, в противовес тяжеловесному стилю прежних лет. Его стиль стал символом человечности кино, стир границы между актерами и зрителями. Фильмы Быкова до сих пор цитируют, песни из них звучат на концертах и в повседневной жизни, а его интонация воспринимается как голос поколения, прошедшего войну и сохранившего достоинство.
Михаил Махровский — колумнист Новое.Медиа, журналист МИА «Россия Сегодня».