О лекциях-концертах Александра Великовского-популяризатора классической музыки, музыковеда, пианиста и преподавателя я рассказывала неоднократно. Каждая тема у него неповторима. События и биографии композиторов перекликаются с известными стихами, картинами художников и музыкальным сопровождением.
На лекции "Колокольный звон в русской музыке: эхо вечности" на фестивале православного искусства "Видеть и слышать" с интересом узнали, когда и как русские композиторы стали использовать колокольные звоны в классическом музыкальном репертуаре. И кто стал самым "колокольным" композитором...
Колокольный звон сопровождал жизнь людей на Руси с рождения до отпевания. В каждом селе была церковь с колокольней. В каждом городе, приезжая на экскурсии до сих удивляешься количеству храмов и монастырей. Звуки колокола извещали о начале службы, праздничные перезвоны - о радостных событиях, тревожные звучали, как набат.
Колокол становился важным членом общества. Его очеловечивали и одушевляли. Относились, как к живому: крестили, давали имена, ссылали и казнили. Части колокола называли "язык, тулово, уши, плечо".
В то время не было ни радио, ни телевидения - одни сплошные колокола на сотни верст!
Впервые колокола зазвучали в классической опере Михаила Глинки "Жизнь за царя" в 1836 году.
Позже в опере "Борис Годунов" Модеста Мусоргского.
Но самым "колокольным композитором" можно назвать Сергея Рахманинова.
"Одно из самых дорогих для меня воспоминаний связано с четырьмя нотами, вызванивающимися большими колоколами Новгородского Софийского собора, которые я часто слышал, когда бабушка брала меня в город по праздничным дням..."
"Четыре ноты складывались во вновь и вновь повторяющуюся тему, четыре серебряные плачущие ноты, окруженные непрестанно меняющимся аккомпанементом. У меня с ними всегда ассоциировалась мысль о слезах..."
В сюите для двух фортепиано Сергей Рахманинов для третьей части нашел идеальную тему - колокола Новгородского собора и поразительные стихи Фёдора Тютчева "Слезы":
Слезы людские, о слезы людские,
Льетесь вы ранней и поздней порой...
Льетесь безвестные, льетесь незримые,
Неистощимые, неисчислимые,-
Льетесь, как льются струи дождевые
В осень глухую, порою ночной.
Композитор с помощью фортепиано передавал звуки колоколов. Если слушать знаменитую Прелюдию до-диез минор (1892), то колокола там звучат от начала и до конца.
Главная тема Концерта №2 для фортепиано с оркестром Сергея Рахманинова - тоже колокола. Вот как точно отзывался об этом божественном концерте композитор Николай Метнер:
"Тема его вдохновеннейшего Второго концерта есть не только тема его жизни, но неизменно производит впечатление одной из наиболее ярких тем России, и только потому, что душа этой темы русская. Здесь нет ни одного этнографического аксессуара, ни сарафана, ни армяка, ни одного народно-песенного оборота, а между тем каждый раз с первого же колокольного удара чувствуешь, как во весь свой рост подымается Россия".
Позже колокольную тему в своих произведениях озвучивали композиторы Георгий Свиридов в "Поэме памяти Сергея Есенина", в кантатах на стихи Есенина "Деревянная Русь", "Отчалившая Русь" и Валерий Гаврилин в хоровой симфонии "Перезвоны" и "Вечерняя музыка". Музыка завораживающая, глубокая, задумчивая.
А я вспомнила недавнюю поездку с РЖД-тур в Суздаль и колокольные звоны на нарядной звоннице Спасо-Евфимиева монастыря, сооруженной в начале XVI века в виде высокого компактного девятигранного столпа "церкви под колоколы" Рождества Иоанна Предтечи. Послушайте!