Уважаемые читатели канала, мы продолжаем публиковать рассказы из серии "Детские сказки не для деток". В этот раз расскажем в канун Нового года познакомим вас с одной из версий появления Деда Мороза и Снегурочки!
1. Финал зимней истории…
Приближался конец февраля. Проходящая зима была насыщенна интересными событиями: поменялся Хранитель леса, кое-кто был уличен в неблаговидных поступках, а кто-то обманул всех, но природа не обращала внимание на эту суету. За окном конторы «Мудрые советы и быстрые расследования» снег уже не был ослепительно-белым, а подтаял до серой крупы, хотя зимний холод еще цепко держал лес в своих ледяных объятиях. В камине офиса, как и положено, весело потрескивали поленья, наполняя нору-офис теплом и уютом, вступающим в приятный спор с мартовской стужей за окном.
Барсук Тимофей, облаченный в свой верный клетчатый пиджак, с наслаждением потягивал чай с ягодами годжи и с интересом пролистывал новый журнал появившийся в лесу - «В мире животных». Дела шли хорошо, клиентов хватало, и на душе от этого было спокойно.
Внезапно скрипнула дверь, впустив порцию морозного воздуха и двух нежданных и потенциально опасных посетителей. На пороге стояли Дед Мороз и Снегурочка.
Вид у них был не сказочно-парадный, а скорее, дорожный, немного замызганный дальними переездами. Дед, благоухающий особым ароматом зимнего леса, старик с копной седых волос и бородой, в которых застряло пару еловых иголок. Он был одет в добротный, но не новый красный кафтан, а в руках держал мощный деревянный посох, который при желании можно было использовать, как хорошую дубинку. Рядом с ним, робко жмурясь от офисной жары, стояла юная девушка в расшитом серебром тулупчике и красивой зимней шапке с меховой оторочкой. За спиной у них, в отражении дверного окошка, виднелась просторная повозка, запряженная одним-единственным, но очень крупным и, изрядно похудевшим Лосем, чьи рога издалека можно было принять за оленьи.
Барсук, испугавшись нежданных, малоприятных гостей встал в боксерскую позу, и прокричал сове - Вызывай подмогу! Колдуны нападают! - Сова схватила тревожную кнопку чтобы вызвать Волка, разбудить Медведя и собрать все подразделения лесной охраны.
«Тише, тише, не торопитесь, мы с миром к вам! Доброго здоровья, сыскари!» — прогремел бас Деда, и его глаза весело блеснули под мохнатыми бровями. Он снял рукавицу и протянул вспотевшую руку сначала Барсуку, потом Сове. Тимофей опасливо ее пожал, а Софья повернула голову и сделала вид, что не заметила жеста старика — «Проездом мы, в соседние, южные края, у них там масленица раньше начинается. Решили не мимо пролететь, а зайти и поблагодарить».
Детективы, слегка опешившие и еще настороженные пригласили гостей к камину. Сова торопливо и с надеждой на скорый уход посетителей налила чаю из пузатого самовара, пахнущего не просто лесными травами с медом, но и дымком от еловой щепы, которой разогревался медный раритет.
«Да, вот как-жизнь-то повернулась, — продолжал Дед, прихлебывая чай из блюдечка вприкуску с маленькими кусочками колотого сахара. — Спасибо вам, голубчики, за тот суд, да за ваше расследование. Вышло всё, может, и не по писаным правилам, но, по справедливости. Лось мой, — он кивнул в окно, — хоть и не в былой форме, зато на воле, не в упряжке у богатейших кротов. А я.… а я нашел себя».
Он обнял Снегурочку за плечи, и та улыбнулась ему с нежной робостью и радостью взяла охлаждающий коктейль "Ледяной замок", который Софья достала из заоконного холодильника.
«Да-да! Теперь мы с дедушкой настоящее дело делаем! — звенящим, как ледяной колокольчик голоском, воскликнула волшебная девочка. — Мы объезжаем деревни, хутора и села, радуем ребятишек. Дедушка — Дед Мороз, а я — его внучка Снегурочка. Мы дарим подарки, устраиваем праздники. Это так здорово! Видеть счастливые глаза детей...»
«Вот именно, — подхватил Дед. — Всю жизнь думал, что мое призвание — в волшебстве, в заморозках, в бизнесовой ловкости или торговых спорах. А оказалось — в радости человеческой. И спасибо вам за это. Если б не ваша работа, не вылезла бы правда наружу в том суде, так бы и маялся я в своей избе с Бабкой, непонятное колдуя, да лесных обитателей обманывая, на всех обиду затаивши. А теперь — вольная птица, вернее, Дед морозный! И совесть чиста, и дело по душе».
Они посидели еще немного, рассказывая о своих путешествиях, выпили по второй чашке чаю и, попрощавшись, отправились дальше — в свою новую, счастливую жизнь. Барсук и Сова долго смотрели в окно, как сани, скрипя полозьями, скрываются за деревьями, увозя с собой кусочек отшумевшей зимней сказки.
А Барсук с Совой вспомнили, как все начиналось в самом начале зимы, в декабре.
2. Глава в которой зимняя стужа приносит в агентство ледяной клубок страстей и финансовых интересов.
В конторе агентства «Мудрые советы и быстрые расследования», не смотря на ранний для этого времени года мороз на улице, было на удивление уютно. За окном метель застилала белым, декабрьским покрывалом лес, заметая тропинки, завывал ветер, но внутри норы-офиса в камине потрескивали дрова, разливая по комнате тепло почти домашнего очага и ощущение сытого, ленивого благополучия. Воздух наполнялся ароматом, густым и сладким от запаха чая из лесных трав, ванили от выпечки Колобка и едва уловимым — воска от свечей, которые Сова Софья любила зажигать для атмосферы психологического, а иногда и творческого анализа.
Барсук Тимофей, облаченный в новый фирменный клетчатый пиджак, в стиле casual развалился в кресле, попивая чай мате и лениво просматривая свежий номер газеты «Лесной вестник». Уже несколько номеров о них с Софьей не было ни строчки. А ведь еще квартал назад о них говорили и писали в каждом номере. Еще бы такая слава, после дела Козы и козлят.
Бизнес шел в гору. Как-то в контору даже зашел сам участковый шериф Суслик, узнавал на счет своего участия в делах агентства, намекал на "всестороннюю помощь, за скромную благодарность". Тимофей сказал, что подумает, но что-что, а пускать Суслика в их дела он точно не собирался. Поток клиентов, был стабильным, но с наступлением холодов начал из полноводной реки превращаться в скромный ручеёк. Сегодня тишину в конторе нарушал лишь треск поленьев и размеренное постукивание спиц — Сова осваивала новый узор для зимних носков и варежек.
«Знаешь, Софьюшка, — сжимая ручной эспандер и покряхтывая от напряжения размышлял вслух Барсук,— есть в этой зимней спячке природы своя прелесть. Преступность, да и все вокруг, замирает, как сок в деревьях. Никто не хочет хулиганить и мошенничать на морозе».
«Не обольщайся, Тимофей, — не отрываясь от вязания, ответила Сова. — Пороки, как и грибы-поганки, отлично зимуют под снегом. Просто ждут своего часа».
И этот час, как по заказу, пробил в тот же вечер. Дверь в контору с натужным скрипом отворилась, впустив вихрь холодного воздуха и снежную крупу. На пороге, стуча зубами, а кое-кто и клювом, от холода и, вероятно от волнения, стояли две фигуры: матерый, но явно потрепанный Волк и вертлявая Сорока-воровка, ныне — официальный агент страховой компании "Рога и хвосты" с бейджиком, который изображал Крота и лосиные рога на груди черным кожаным портфелем на ремешке через плечо.
«Д-детективы! — прорычал Волк, дрожа и с трудом выговаривая слова. — У меня к вам дело! Денежное!»
Сорока энергично закивала, сверкая глазками-бусинками. «Да-да-да! Дело крайне запутанное, финансово и морально-этически неоднозначное!»
Барсук с интересом выпрямился в кресле, почуяв не столько необходимость докопаться до правды или сложную детективную паутину из фактов и недомолвок, сколько гонорар. «Проходите, гости дорогие, к камину. Грейтесь, рассказывайте. Софья, налейте пожалуйста чаю нашим гостям!»
Волк, прижимая к телу свой некогда пышный, а ныне жалкий и куцый хвост, опустился на корточки у камина. «Вот видите? Видите это?! — с трагическим пафосом воскликнул он, демонстрируя потерю. — Результат чудовищного смешения обстоятельств: мошенничества и коварства, недомолвок и глупых шуток, людских стереотипов, приведших к несчастному случаю и повреждению жизненно важного органа!».
Его почти сразу же перебила Сорока - «Гражданин Волк в рамках договора коллективного лесного страхования оформил у нас полис «От несчастного случая в лесу и приравненных к нему территориях», — щебетала Сорока, листая документы, которые она извлекла из портфеля. — В пункте 4.3, подпункт «Ж» четко и абсолютно просто и понятно указаны все страховые риски, которые покрывает полис, в частности: «Утрата части тела в результате нападения хищника, стихийного бедствия и/или неосторожных действий третьих лиц, не являющихся застрахованным, а также приравненных к ним лиц и/или группы лиц, однозначно не связанными с лицом получившим травму и/или увечье в результате вышеозначенных и иных действий подпадающих под действие данного страхового полиса и обозначенных в нем условий и положений из статьи 8, подпункт "У", подраздела "Х", параграфа 4, приложения 412, в редакции № 6, утвержденной советом страхового консорциума в рамках бенефициарного управленческого совета, под сноской со звездочкой, шрифтом номер 2». Всё и всем ведь понятно, и не сложно, так ведь?
Сорока остановилась, выразительно и одновременно вопросительно посмотрела на детективов. Тимофей, сделав умное лицо кивнул. Сова по-деловому повернула голову на 270 градусов, как будто не услышала вопрос агента.
Сорока продолжила уже не читая - Он сам! Понимаете, сам! Сознательно! По совету третьего лица! Сам опустил свой хвост в прорубь! Это не страховой случай, это — вопиющая глупость или, что более вероятно, предумышленная попытка страхового мошенничества в сговоре с группой лиц!»
«Я не виноват! — взвыл Волк. — Мной манипулировали! Я, можно сказать, жертва обстоятельств, лисьего коварства и людской злости! Я, как вы знаете, практикую осознанность, здоровый образ жизни и веганство! Мне просто захотелось рыбки... ну, для разнообразия... а, эта... Лиса Алиска... она меня подставила! Из-за неё я и хвоста лишился! А потом и ей тоже досталось, всю башку изувечили, но страховая и ей тоже платить отказывает! Как заело у них "не страховой случай, не страховой случай". Жулики они, эти страховщики, вот что я вам скажу! Вы пожалуйста разберитесь с ними, а я, как они мне заплатят, с вами рассчитаюсь».
- Если вы собираетесь слушать вранье этого мошенника - Волка, я ухожу. Вижу, что меня здесь не слышат, и не хотят понять, арррривидерчи! - возмущенно каркнула Сорока и хлопнув дверью, покинула офис детективов, потом, приоткрыв дверь проскрипела - Если вы поможете страховой компании "Рога и хвосты" и его главному акционеру Кроту, и другим важным персонам, а не этому жулику, получите вдвое больше! - и махнув крылом улетела.
Идея расследования, в котором фигурантами выступали два матерых хитрюги: Волк и Лиса, с одной стороны, и страховая компания с другой, и то что платить обещали в любом случае, пришлась Барсуку по душе. Он многозначительно переглянулся с Совой.
«Дело принято! — провозгласил Барсук, стукнув лапой по подлокотнику. — Операция «Рыбку съесть и хвост не потерять» начинается! Излагайте свою версию, гражданин Волк. И подробно, пожалуйста».
3. Глава в которой выслушиваются все стороны, и картина становится еще мутнее.
Версия Волка, изложенная с дрожью в голосе и слезой в глазах, была шедевром самооправдания, художественных описаний и субъективных оценок. Он рисовал себя этаким лесным философом, буддийским монахом, сбившимся с пути истинного.
«Представьте, детективы... Лес, искрящийся на солнце иней, тишина, нарушаемая лишь хрустом снега под лапами... Я медитировал, пытаясь достичь гармонии с миром и подавить в себе низменные хищнические инстинкты! Но тут... о, этот дьявольский аромат! Пахло... свежевыловленной щучкой, окуньками и карасиками! Иду на запах, а там — она рыжая плутовка! Сидит, упивается, даже не предлагает рыбку! Я подхожу вежливо, по-соседски спрашиваю: «Алиса Патрикеевна, не найдется ли кусочек и для голодного путника?». А она мне с такой сладкой улыбочкой: «Ты же веган, иди наполняйся солнцем и соком растений или налови рыбку сам, милок! Это просто, как дважды два!». Ну я, поддавшись минутной слабости, придавленный инстинктами, одурманенный запахом, почти загипнотизированный ее взглядом и ее уверенностью, звучащей в голосе, пошел на реку. А еще мне хотелось доказать ей, что я тоже многое могу и что рыба не только на рыжий хвост клюет, но и мой серый, который ничем не хуже. Сидел, детективы, сидел всю ночь! Лесные жители, проходя мимо, смеялись! Сороки стрекотали, Заяц своих зайчат привел из леса на меня показывал, а потом они всей семьей веселились! А я верил, я ждал, я представлял, как вернусь героем с уловом, докажу всем, что не лыком шит! А потом... утром пришли эти бабы с ведрами и коромыслами... Боль, унижение, ледяная вода... И теперь мой собственный хвост, моя гордость и балансир в этом сложном мире... он там, на дне речном! Я не просто хвост потерял, я часть своей волчьей сущности с ним отдал!» — почти закончил Волк и разрыдался, уткнувшись в лапы, а затем добавил
- А они, эти деляги от мира больших денег из "Рогов и хвостов" только смеются мне лицо и тычут в свои правила страхования. Шушукают у меня за спиной, обвиняют в глупости или в мошенничестве. А Крот, так тот вообще судом мне угрожает!
Отпустив Волка, детективы выдвинулись к норе Лисы. Прогуливаясь по белоснежным лесным тропинкам Сова и Барсук старательно пытались найти нестыковки в рассказе Волка, однако пока для этого им не хватало фактов, полученных от других участников этого дела.
Версия гражданки Фокс была выслушана в ее уютной норе. Лиса сидела, закутавшись в плед, и время от времени постанывала, поправляя повязку на голове. Лисята тихо возились рядом.
«Вы знаете, детективы, после всей той истории с Козлом... я решила измениться. Жить для семьи и для детей. Быть примером. Я шла по лесу, на детскую молочную кухню, любовалась снежинками, слушала, как дятел стучит. Краем глаза я увидела, что на дорогу выехали сани Деда, и буквально через минуту перед моими гласами здоровенные копыта лошадищи, а потом... бах — удар, сознание помутилось! Темнота. Очнулась я уже в санях. Голова раскалывается, все плывет перед глазами, пустые бутылочки под молочные продукты пропали...Помню плохо...
Лиса обмакнула марлю в воде и приложила ее к совей голове, а потом продолжила - Рыба... да, была рыба. Я пыталась встать в санях, но под лапами скользко, я падала, рыба вываливалась с саней, я опять скользила рыба падала, а потом сани подскочили на кочке, и я упала с саней... На самом деле я была в панике, в полубреду! Потом этот... Волк. Подошел, рычит что-то про еду, хочет рыбу отобрать, а мне ведь лисят кормить, а бутылочки пропали. А у меня в голове — гул, боль, я ничего не соображала! Я, наверное, что-то сказала про прорубь... но это же был бред сумасшедшей! Потом вообще ничего не помню, вплоть до того момента, как волк меня уже вез. А у него в глазах такая злоба, рычит что-то...И все твердил: «Битый небитого везет». А я думала: «Везет - везет меня.... прямо в психушку». Но обошлось как-то, он остыл, высадил меня у норы. Ну, я к лисятам моим. Я не мошенница, я — жертва стечения обстоятельств и жестокого обращения!» — Лиса уронила голову на лапы, и ее плечи задрожали от беззвучных рыданий.
- Обратилась в страховую компанию за компенсацией, а они только руками разводят, говорят, что по их правилам это не страховой случай и платить они не будут, судом грозят. Крот там за главного. Многодетную мать хотят обобрать - сквозь слезы пробурчала Лиса.
Опрос Деда и Бабки проходил в их натопленной, пропахшей пирогами и дымком избе. Дед, почесывая затылок, смущенно рассказывал:
«Эх, детективы, грешен... Подумал, удача сама в руки идет! Лежит лисичка, пушистая, будто специально для воротника к шубе бабкиной... Я ее на воз, поверх рыбки, и поехал, довольный. А она... хитрая тварь! Я сначала и не понял, только слышу — шуршит что-то сзади. Оглянулся — а она уже полвоза пустого сделала, всю рыбу по дороге разбросала! Ловкачка! Я аж рот раскрыл от удивления! А она на меня посмотрела, глазами блеснула — и в сторону! Жена до сих пор попрекает: «Где воротник? Где уха?». Стыдно, ох стыдно...»
Деда прервал Барсук, - гражданка Фокс говорит, что ее сбила ваша лошадь, это так? - Дед, переглянулся с бабкой и замотал головой.
-Нет, что вы, она брешет, не было такого...это ...я по правилам всегда езжу...никогда не нарушаю...Вот и Бабка подтвердит- скороговоркой проговорил Дед.
Бабка вскочила, и уперев руки в бока выпалила - Врут, знамо дело, врут, потом села за стол и подперши щеку ладонью, с обидой в голосе добавила:
«Опять же вот про тесто все придумывают, что эта Лиса в него голову окунула. Я, главное, взяла у Колобка в кулинарии, самое свежее, как оно пахло на всю избу, Дед чуть с ума не сошел! Оставила на посудину с тестом на столе, подойти не успела, а эта... эта бесстыжая Лиса, видно, в него с разбегу головой ткнулась! Все тесто и испортила видать, прокисло оно моментально! Я хоть и испекла блины, но Дед чуть не отравился с них! А один блин, самый красивый, так тот, видать, кукухой поехал от такого брожения бактерий и вирусов в организме — связался с Пузырем, Лаптем да Соломинкой и сбежал с ними из дому! Теперь по лесу, слышно, шатаются. А страховая к нам приходила, говорят, что мы теперь должный им платить, и возмещать убытки поскольку Лиса и Волк были застрахованы и если "Рога и хвосты" заплатит серо-рыжему дуэту, то страховщики подадут на нас в суд. Одни убытки с этой страховкой!»
Рассказ Сороки-воровки был быстрым и насыщенным цифрами. В своем офисе, заваленном бумагами, она то и дело взлетала с места, порхая с папки на папку.
«Понимаете, детективы, я лично оббегала, облетала, обскакала весь лес! Все полисы вручила! И что? Благодарности ноль! Одни претензии! Волк — сам виноват, Лиса — сама напросилась! А теперь они еще и в сговоре, я уверена! Я же вижу: он на нее смотрит не как на жертву, а как на соучастницу! А она ему подмигивает, когда думает, что никто не видит! Они хотят разорить нашу молодую, но перспективную компанию! Я лично купила акции компании!» — Сорока упала на стул, тяжело дыша. «Если они получат выплату, это подорвет все основы лесного страхования! Никто больше не будет серьезно относиться к полисам!»
Встреча с Кротом состоялась в его подземном бункере, поражавшем безупречным порядком и пахнущем свежей землей и деньгами. Глава клана Кротов, в темных очках и с золотым перстнем на лапе, говорил медленно и весомо.
«Детективы. Страхование — это не просто бизнес. Это социальная ответственность. Я и Хранитель леса - Лось... мы давние друзья. Еще на школьной скамье, в Лесной академии, мы сидели за одной партой. Он — двоечник и мечтатель, я — ботаник и прагматик. Он видел в лесу сказку, а я — риски и управленческие изменения. Это он, став Хранителем леса, предложил мне: «Создай систему, которая защитит моих глупых, но любимых зверей от них же самих, компенсирует их затраты при наступлении несчастного случая». Я создал. Но я не могу допустить, чтобы система рухнула из-за пары аферистов. Если мы выплатим поэтому... этому «ледяному хвосту», следующий застрахует рога и специально полезет в драку с Лосем! Вы должны найти доказательства мошенничества. Иначе — крах. Крах моей мечты и крах веры Лося в меня.» В голосе Крота впервые прозвучала не деловая хватка, а личная, почти человеческая тревога.
4. Глава в которой детективы складывают пазл, и рождается гениальный, хоть и циничный план.
Вернувшись в агентство, Барсук и Сова уселись у камина.
«Итак, коллега, — начал Тимофей, чертя в воздухе линии воображаемых связей. — Имеем: Волка, который, вопреки своим веганским заявлениям, захотел рыбки. Имеем Лису, которая, судя по блеску в глазах и сытым лисятам, совсем не страдает от потери трудоспособности. Их истории противоречивы, но сходятся в одном — они жертвы либо хотят казаться таковыми».
«Имеем испорченное тесто от Колобка, — добавила Сова. — Которое, возможно, и вызвало у Лисы временное помутнение сознания. А также беглый блин, который может быть ключевым свидетелем. Но главное — имеем страховую компанию, которая не хочет платить, и акционеров-Кротов, связанных с Хранителем леса, которые хотят сэкономить.»
«Верно! — воскликнул Барсук. — А что, если мы не будем искать правду? Что, если мы создадим свою правду? Такую, которая устроит всех и позволит нам получить гонорар со всех сторон!»
Идея озарила его, как всполох молнии зимней ночью. Он прошептал свой план на ухо Сове. Та медленно повернула голову на двести семьдесят градусов, и в ее бездонных глазах вспыхнула искра одобрения. И вот с этой мыслью, сделать удобную для всех "правду" детективы отправились на общее собрание жителей волшебного леса.
5. Глава в которой проходит суд…и всплывает правда.
На следующий день в помещении общественного совета, или, как называли её лесные жители - резиденция Хранителя леса было созвано итоговое собрание животных, птиц и других обитателей, а точнее суд, который должен был решить, кто виновен в произошедшем и кто должен компенсировать убытки пострадавшим, если вообще эти пострадавшие были.
Просторная резиденция Лося, служившая залом суда, была полна. Воздух гудел от возбужденных голосов. Перед самым началом процесса дверь из совещательной комнаты отворилась, и оттуда вышла настоящая когорта лесной власти. Лось, Суслик, Ворон и Крот шли не спеша, сытые, довольные, громко переговариваясь и похлопывая друг друга по плечам и крыльям. Они вели себя как полноправные хозяева леса, уверенные в том, что именно они вершат судьбы и определяют, что есть правда. Их самоуверенность была почти осязаемой.
В общем зале присутствовали все: взволнованный Волк, хитрая, но притихшая Лиса, нервная Сорока, важные кроты - младшие компаньоны из страховой компании, а также Дед с Бабкой. По особому приглашению в зале находился сам великий кондитер Колобок, от которого исходил волнующий аромат свежей сдобы, а также пришедшая уже по его приглашению, мастер "пирожков для бабушки" - Красная шапочка.
За главный стол, на центральное кресло, как судья, уселся Лось, по правую руку от него участковый шериф Суслик, по левых Ворон, как старейшина леса. Именно эта тройка и должна была принять важное, судьбоносное решение.
«Дамы и господа, звери и птицы! — начал Барсук, получив разрешение Лося и водрузив на нос очки. — Наше расследование завершено, нами выявлены следующие факты и обстоятельства...
Дальше он прилюдно зачитал все показания, собранные в результате их работы, слегка приукрасив одни факты и немного замолчав другие. Закончив читать свои записи, он громко и пафосно заявил. - " Мы выявили единственного виновного в данном инциденте.»
В зале повисла напряженная тишина.
«Виновным... является... покинувший наши места БЛИН!» — торжественно и с трагическими нотками в голосе провозгласил Барсук.
Волк и Лиса остолбенели. Сорока едва не выронила сверхмодный планшет со страховой документацией. Крот насторожился. Дед судорожно сжал руку Бабки, которая шумно выдохнула и осела на лавке.
«Точнее, — подключилась Сова, — несвежее тесто, предоставленное кондитерской «У Колобка», которое стало катализатором цепочки трагических событий.»
Тут подскочил уже Колобок. Он, как будто стал больше, разбух, как на дрожжах, подкатился поближе, и его румяная корочка покраснела от возмущения.
«Позвольте! Я категорически отвергаю эти обвинения! Мое тесто — Высший сорт! Оно прошло все стадии проверки! Я лично замешивал его на родниковой воде и солнечном свете! Вина лежит только на покупателе - Бабке! Она нарушила условия хранения! Оставила тесто в открытой емкости, куда посторонний субъект, а именно гражданка Лиса, совершила неконтролируемое самовольное обмакивание морды! Это грубейшее нарушение техники безопасности и рецептуры! Я требую опровержения! Вот, я как знал и пригласил в качестве эксперта Красную шапочку, она готова подтвердить, что качественное тесто не может так быстро скиснуть, если только не воздействовать на это тесто какими-то волшебными способами!».
В этот момент Сова подняла крыло. «Уважаемый высокий суд, у нас есть новые факты. Разрешите я их оглашу?» Лось кивнул, и Софья зачитала письмо, принесенное почтовым Голубем, во время судебного процесса. - «От Лаптя. Цитирую: "Дорогие лесные жители, земляки! Все вы знаете, что наша исследовательская команда пыталась проникнуть в чащу нашего леса, чтобы понять его глубинную суть. Однако пути и преграды в этом путешествии очень сложны и многообразны. Иногда они непреодолимы...Сообщаем вам печальную весть. Наш спутник, Блин, трагически погиб при исполнении... то есть, во время нашего путешествия. Он порвался на двое, пытаясь перепрыгнуть через ручей, так чтобы не намокнуть. Мы похоронили его со всеми возможными почестями, на месте гибели. Соболезнуем. Пузырь, Лапоть и Соломинка".»
Кроты повскакивали с мест, побледнев заверещали. «Еще одна выплата?! За гибель Блина?! Да это же банкротство! что будет?»
Но Сорока, лихорадочно пролистав базу данных на своем планшете, радостно возопила: «Стоп! Блин не является животным или человеком! Он не был застрахован! Статья 1, пункт "А" нашего устава! Страхованию подлежат только млекопитающие, птицы, рыбы, рептилии и насекомые! Мучные изделия — вне страховой юрисдикции!»
Кроты успокоились и медленно стали опускаться, кто в кресло, кто на стулья, а кто и на лавку, радостно и возбужденно лопоча о пунктах и правилах, пользе исключений и ограничений, указанных в приложениях.
Барсук, воспользовавшись паузой, продолжил. «Итак, мы устанавливаем, что несчастный случай с Лисой и Волком произошел по вине испорченного теста. Но так как вина в порче теста лежит на Бабке (неправильное хранение) и на самой Лисе (неконтролируемое, самопроизвольное обмакивание в результате состояния вызванного ранее перенесенной травмой), то страховая компания обязана выплатить им компенсацию, но в свою очередь может предъявить регрессный иск к Бабке и Лисе. Однако, учитывая, что виновные относятся к льготным категориям жителей: Бабка — пенсионерка, а Лиса многодетная мать, мы предлагаем альтернативное решение.»
Барсук набрал побольше воздуха в легкие, левый глаз задергался, прежде чем начать произносить лихо закрученную ложь, приукрашая ее крупицами правды...
Все замерли в ожидании.
Но тут на сцене появился тот, кого никто не ожидал увидеть - Лис! Он был подтянут и собран, словно готовился к бою. Официальный костюм "тройка" в полосочку, красный галстук, строгие, лакированные туфли.
«Минуточку внимания!» – провозгласил он, и его голос, холодный и отточенный, как лезвие, заставил смолкнуть даже «хозяев леса».
«Уважаемый суд, а точнее, это сборище заинтересованных лиц! Прежде чем мы выслушаем удобную для вас версию детективов, я вынужден обратить внимание на вопиющие процессуальные нарушения, а также указать на истинного, глубинного виновника всего этого бардака!»
Лис прошелся взглядом по Лосю, Суслику и Кроту, и на его хитрой морде заиграла холодная улыбка.
«Начнем с главного, с ФАКТОВ! А они таковы! Господин Лось, именующий себя Хранителем леса. Вы ведь вместе с Кротом не только акционер страховой компании «Рога и хвосты» – вы ее бенефициар и создатель! Именно Вы, пользуясь своим авторитетом и административным ресурсом, ЗАСТАВИЛИ всех животных леса застраховаться в этой конторе! Под угрозой огромных штрафов за «нарушение правил лесной безопасности и с заботой о здоровье»! Вы создали монополию, а теперь судите тех, кто решил воспользоваться купленными, по сути, у вас же полисами. При этом служащие вашей же страховой компании всеми правдами и неправдами хотят отказать пострадавшим в выплатах по несчастному случаю!»
Лось попытался что-то возразить, но Лис, не дав ему и слова, обернулся к Барсуку и Сове.
«И еще один вопрос, теперь к детективам! Вы платите аренду за свою контору-нору? И кто ваш арендодатель?»
Барсук, поймав взгляд Совы, развел лапами. «Ну, да, платим. Каждый месяц. В кассу Управления лесного хозяйства. Его возглавляет... господин Лось.»
«Вот именно! – торжествующе воскликнул Лис. – И куда же уходят эти средства? На благоустройство леса? Или на уплату дивидендов акционерам той же страховой компании? Или, может, на сомнительные проекты? Например, на то, чтобы пустить в наш лес, на самую его опушку, этих самых Деда и Бабку с их опасным, неконтролируемым мучным колдовством или волшебством! Это ведь Вы, Лось, лично выдавали им разрешение на переселение к нам в лес! Вы принесли в наш дом их волшебную заразу, а теперь делаете вид, что просто судите пострадавших!»
Зал взорвался возмущенным гулом. Обвинения были тяжелыми, конкретными и били точно в цель, а еще животные, если быть честными, не очень любили людей, а тем более тех, что жили в лесу.
«А вы, господин шериф? – Лис повернулся к Суслику. – Вы – должностное лицо, избранное лесными жителями, обязаны были следить за порядком. Но разве Ваш визит в агентство детективов с предложением о "всесторонней помощи за скромную благодарность" не делает Вас заинтересованной стороной, покрывающей эту коррупционную схему? Вы не можете быть здесь судьей, Вы, в лучшем случае свидетель, а возможно и соучастник!»
В зале повисло молчание, звери затаили дыхание. Факты, изложенные Лисом, были железобетонные. И в этой гнетущей тишине Лось, смущенно потупившись, пробормотал: «Я этого так не оставлю, клевета на клевете, у меня есть все документы, у меня есть свидетели, я был меценатом, да вы все без меня пропадете...», но под взглядами жителей леса нехотя покинул судейское место и спустился в общий зал. Суслик, прошипев что-то невнятное про «ложь и введение в заблуждение», ретировался следом.
Старейшина Ворон, до этого молча наблюдавший за происходящим, медленно поднялся и тяжело перелетел за главный стол на место председателя суда. Его черные, как угольки, глаза окинули собравшихся.
«Каррр... — прокаркал он. — Логика в словах Лиса есть. В интересах справедливости, по правилам лесного сообщества возлагаю на себя полномочия судьи. Продолжаем?»
Лис изящно поправил галстук, посмотрел на Ворона, вздохнул и продолжил - «Будем считать, что кандидатура судьи утверждена! Ваша честь, господин Ворон - первое: прошу вызвать в суд ключевого свидетеля – Лошадь, которая ударила копытом гражданку Лису. Ее показания полнее прояснят обстоятельства получения травмы, а также подтвердят версию Лисы или Деда, который отрицает наезд гужевого транспорта на пешехода.»
Ворон кивнул и послал гонца. Но через несколько минут гонец - скворец вернулся один и что-то тихо прошептал на ухо Ворону. Тот нахмурился.
«Каррр... Свидетель... Лошадь. Этой ночью она скоропостижно скончалась. Труп найден в сарае Деда и Бабки. Причины – выясняются.»
По залу прошел гул. Лис, не дрогнув и бровью, лишь с легкой театральной грустью вздохнул: «Как неожиданно и... удобно для некоторых...Людей. Что ж, тогда прошу допросить мою доверительницу, гражданку Лису, повторно. Уверен, шок от недавних событий прошел, и она сможет вспомнить важные детали.»
Ворон согласился. И Лиса, также с повязкой на голове, вышла на середину зала. И тут начался рассказ, который перевернул для слушателей всё с ног на голову.
«Я помню... я помню все! — начала она, и голос ее дрожал уже не от притворства, а от подлинного ужаса. — Как шла с бутылочками для лисят, как лежала почти мертвая под копытами Лошади, помню Деда, рыбу, Волка. Но в глазах разбитые молочные бутылчки, для моих рыжиков, для моих лисят…Да, я зашла в избу к Деду и Бабке, чтобы попросить молока для деток, хотя бы в кружечке, или в ладошке... И я увидела... я увидела Снегурочку! Сделанную из снега! Она стояла посреди горницы, а Дед с Бабкой что-то нашептывали над ней, в печи пылал странный сине-зеленый огонь! Они пытались ее оживить, как до этого оживили Колобка и тот самый БЛИН!».
Зал ахнул. Дед и Бабка побледнели как полотно.
«А на столе... стояло то самое тесто. Оно уже пузырилось, пахло не свежей выпечкой, а кислятиной и какой-то колдовской гарью! Они увидели, что я все заметила... Дед схватил меня, Бабка крикнула: «В тесто ее! Чтобы молчала!» Они... они насильно окунули мою голову в эту липкую, кислую массу! От нее шел дурман, в голове все помутилось... Я еле вырвалась и убежала, а потом все опять мешается, толи сон, толи явь ... рыба, дорога и этот несчастный Волк... Они колдуны! Они оживляют съестное, и это выходит у них ужасно! Колобок, обманув зверей, чуть не погубил наш лес, их Блин сбежал с бандой непойми кого, а что же натворит Снегурочка, этого мы сейчас и предугадать не сможем?!»
Эмоциональный рассказ Лисы, ее живой язык нарисовали в головах лесных жителей такие чудовищные картины, что даже циничный Крот сглотнул слюну, снял темные очки и уставился на Деда с Бабкой в немом изумлении.
Ворон восседал в гробовом молчании, вбирая в себя всю информацию. Столь разоблачительный рассказ явно выбил его из колеи. И, как это часто бывает с судьями, почувствовавшими угрозу собственной репутации, (ведь еще недавно он вместе с Лосем обвиняли Лису) он решил найти нового "козла отпущения". Его пронзительный взгляд упал на нервно порхавшую с бумаги на бумагу Сороку-агента.
«Каррр... — мрачно каркнул он. — Картина проясняется. Однако остается главный вопрос: почему же пострадавшие не знали о тонкостях страхования, изложенных в своих страховых полисах? Почему условия были для них столь... туманны? Госпожа Сорока! Как страховой агент, вы обязаны были, при продаже донести всю информацию до клиента! Ваша халатность и нежелание качественно объяснять условия договора привели к этому хаосу! Вы несете прямую ответственность!»
Все взоры обратились на Сороку. Та замерла на спинке стула, склонив голову набок. Но вместо того, чтобы оправдываться или сыпать цитатами из страховых параграфов, она вдруг странно успокоилась. Ее глаза-бусинки блеснули какой-то древней, птичьей мудростью. Она посмотрела прямо на Ворона, и тут тишину нарушил лишь ее мелодичный, напевный голосок. В прошлом были её нелепые клекотание и карканье, сейчас только нежная, пронзительная мелодия, как будто пронизывающая тела, приходящая из раннего детства, от колыбели и песни матери, каждого, кто был в этом зале:
«Сорока-ворона, кашку варила,
Деток кормила...
Этому дала,
Этому дала...
А этому... не дала.
Мизинчику не дала».
Она негромко пропела эти слова, делая едва уловимый акцент на последней строчке. И произошла удивительная перемена. Надменный и грозный Ворон вдруг побледнел, вернее, его перья на шее взъерошились, выдав сильнейшее волнение. Он смотрел на Сороку с немым ужасом и пониманием. Казалось, в этой детской считалке прозвучал такой глубинный, такой неприятный для него лично смысл, что все его обвинения мгновенно превратились в пыль. Он задумался, его взгляд, обычно острый как шило, на мгновение стал отсутствующим, будто он заглянул вглубь десятилетий, в какое-то свое, воронье, детство. Затем он покряхтел, поправился на судейском насесте, и было видно, как он смущенно отводит взгляд, стараясь сохранить маску непроницаемости.
Мало кто из жителей леса помнил о странной и загадочной истории, которая произошла в семействе воронов, когда нынешний уважаемый судья, "под стол пешком ходил", как и то, что на самом деле, связывало Ворона с Лосем и с Кротом...
Зал суда сначала притих в недоумении, а потом начались тихие пошушукивания и шепотки.
Напряжение витало в воздухе несколько мгновений. Наконец, Ворон откашлялся, стараясь вернуть себе невозмутимость. Он уставился куда-то в пространство над головами собравшихся, его взгляд стал тяжелым и проницательным, будто он сверлил взглядом столетний дуб. В его голове шел грандиозный мыслительный процесс - Ворон пытался, с одной стороны незаметно отойти от темы обвинения Сороки, а с другой стороны принять верные решения, которые не испортили его репутацию, как судьи, перед публикой. И как бы отдалили его от бывших друзей: Лося, Суслика и Крота, в одно мгновения ставших очень непопулярными в лесу.
«Каррр... Гм... Принимаю во внимание... репутацию агента... и ее, э-э-э, усердие в области... кулинарного фольклора. Обвинения в профессиональной недобросовестности... оставляем без удовлетворения. Каузальная связь между считалкой и страховым андеррайтингом не установлена. Дело, как выясняется, не в не разъяснении правил пользования полисами, а в злоупотреблении волшебством Дедом и Бабкой!».
После этих слов, Ворон вновь встрепенулся, как будто он принял для себя важные решения. На самом деле он, в своих воспоминаниях, вернулся в родительское гнездо. Вспомнил тот день, когда младший брат - милый Зинчик выпал из гнезда и попал на рога к маленькому Лосю, как тот сбросил беззащитного вороненка в нору к Кротам, и как его нашел Дед, который вернул птенца в гнездо. Но родители так и не смогли полностью принять и хорошо кормить вороненка, ставшего после этого в их мыслях и поступках из любимого Милого Зинчика, просто - Мизинчиком. А виноват в падении младшего брата был именно от Ворон, когда устроил игру по перетягиванию дождевого червяка...
Стряхнув наваждение от нахлынувших воспоминаний Ворон истерично каркнул, и тишина в зале стала абсолютной, но теперь в голосе Ворона чувствовалась сила и уверенность, подкрепляемая железной волей, ощущением собственной правоты и, что немаловажно поддержкой лесных жителей.
«ВСЕМ СЛУШАТЬ ПРИГОВОР! — его голос прозвучал, как удар молота, разрезающий морозный воздух. — Выслушав стороны, исследовав представленные доказательства и руководствуясь принципами высшей справедливости и лесной целесообразности, ПОСТАНОВЛЯЮ:
Первое. Признать Деда и Бабку источниками повышенной эзотерической опасности, чья некорректная апробация анимационных протоколов по оживлению нематериальных субстанций: Колобока, Блина, Снегурочки привела к системному сбою в лесной экосистеме и при отсутствии надлежащих решений грозит, в дальнейшем катастрофой. Подвергнуть Деда и Бабку, вместе со Снегурочкой перманентной экспатриации с территории леса с возложением обязанности по локализации и санации объекта «Блин-артефакт». Для обеспечения идентификации в период экзекуции и далее, на Деда налагается обременение в виде пожизненного запрета на изменение фенотипа, иными словами сбривания усов и бороды.
Второе. В отношении гражданина Лося, уличенного в конфликте интересов и злоупотреблении административным ресурсом, применить санкцию в виде принудительных работ. Определить ему в качестве средства производства на период наказания гужевой транспорт виновных (сани Деда), дабы на собственном горбу Лось испытал бремя и последствия некорректного менеджмента. Шерифа Суслика разжаловать, и перевести на работу почтальоном. Детективу Барсуку назначить премию в виде льготной оплаты офиса в размере половины стоимости годовой аренды.
Третье.В целях минимизации репутационных рисков и для нивелирования возможного фактора внезапности, делегировать Красной Шапочке задачу по передаче Деду комплекта сигнальной атрибутики (красный колпак, красный меховой плащ и посох) для его перманентной визуальной идентификации судебными исполнителями, как субъекта представляющего эзотерическую угрозу.
Четвертое. Назначить ответчикам терапевтическую меру — перенаправить их деструктивную магическую энергию в прокреативное русло, а именно: осуществить безвозмездную раздачу подарков реципиентам детского возраста, демонстрирующим примерное социальное поведение.
И, наконец, пятое. Что касается страховых претензий. Установив, что инцидент с гражданами Волком и Лисой является следствием форс-мажорных обстоятельств, вызванных действиями третьих лиц (Дед, Бабка), обязую страховую компанию «Рога и хвосты» произвести страховые выплаты в полном объеме, за вычетом предусмотренной договором франшизы, эквивалентной стоимости одного хвоста средней пушистости. Все понесенные страховщиком убытки подлежат регрессному взысканию с имущества виновных (Деда и Бабки), на которое налагается арест.
В целях недопущения подобных системных кризисов в будущем, инициирую процедуру ребрендинга и смены руководства страхового консалтинга. Лось отстраняется от управления. Контрольный пакет акций и кресло в Совете директоров передается моему младшему брату, Зиновию Воронову, чья репутация кристальна, а подход к актуарным расчетам и практикам по управлению рисками педантичен до безупречности. Суд окончен!»
Волк, на чью морду постепенно наползала улыбка, прошептал: «Мне платят за хвост... который я сам... гениально, ай да Лиса!»
Лиса, прижимая к себе лисят, хитро улыбнулась: «А я и не против. Деткам на молочко. И, кажется, на новую нору. Регрессные выплаты – это ведь теперь головная боль, Деда и Бабки, верно?»
6. Эпилог.
После суда прошло несколько месяцев.
Внезапный визит Деда Мороза и Снегурочки слегка взбудоражил детективов и заставил задуматься о последствиях своего расследования.
Сегодня в уютной конторе агентства «Мудрые советы и быстрые расследования» пахло уже не зимними травами, а первыми весенними почками, которые Сова добавляла в чай для настроения. Барсук Тимофей, попивая мате, с легким сожалением вспоминал щедрые гонорары от того дела — новые клиенты платили скромнее.
Сова Софья, закончив вязать носки уже с узором «подснежник», взяла свежий номер «Лесного вестника». Вдруг ее глаза расширились от удивления.
«Тимофей, послушай! — воскликнула она. — В отделе светской хроники! На благотворительном весеннем балу в честь окончания зимнего сезона блистала новая пара меценатов, внесших большой вклад в праздничную акцию Деда Мороза и Снегурочки по раздаче подарков детям к Новому году и Рождеству: господин Зиновий Воронов, глава обновленной страховой компании «Рога, копыта и хвосты», и его неизменный партнер, успешный кондитер и владелец сети пекарен «У Колобка» господин К… Кругликов? Занятная фамилия. А вот и фото..."Колобок Кругликов"!»
Барсук подошел и посмотрел на газету. На снимке важный Ворон в строгом смокинге стоял рядом с улыбающимся, румяным К. Кругликовым, в котором легко угадывался их старый знакомый. В углу фотографии была помещена врезка с другим изображением: огромный, могучего сложения Лось в упряжке вез украшенную цветами повозку, а в ней, махая детворе, ехали двое — статный мужчина с роскошной седой бородой, в элегантном плаще, и молодая девушка с волосами цвета спелой пшеницы и подписью "Дед Мороз и Снегурочка развозят подарки детворе!"
«А здесь пишут, — продолжила Сова, — что модный дом нашей Бабки - «Снежная Королева» заключил эксклюзивный контракт с фабрикой игрушек «Волшебный Блин» на поставку материалов. Владелица этого консорциума - Снежная Королева, лично посетила производство и осталась довольна качеством...Смотри, как наша Бабка раскрутилась! Как - будто Золотую рыбку поймала, и ею управляет».
"Смотри Тимоша - указала Сова - ниже еще одна новость, без фотографии "Волк и Лиса получили компенсационные выплаты от страховой компании «Рога, копыта и хвосты», которые планируют потратить на восстановление здоровья"
Барсук и Сова переглянулись. В их глазах читалась не только радость, но и легкая, спасительная усталость от того, как причудливо порой складываются судьбы.
«Знаешь, Софья, пусть живут как хотят, каждый должен думать о себе, о том, как лично он ведет себя в жизни, какие поступки совершает — задумчиво произнес Барсук, откладывая газету. — Были мгновения в том деле, совсем краткие, когда наш циничный план — слепить удобную для всех правду и получить деньги со всех сторон — казался таким... простым и привлекательным. Незаметное со стороны соглашение с собственной совестью, заключенное по сходной цене».
Сова медленно кивнула, и ее перья на шее взъерошились от неприятного воспоминания. «Было, Тимофей, было. Искушение велико. Пойти по пути наименьшего сопротивления, сделать всех формально довольными, закрыв глаза на истинную справедливость. Мы чуть не стали частью этой системы, где все друг друга покрывают».
«Но слава Богу, что все обернулось именно так, — с облегчением выдохнул Барсук. — Потому что теперь нам не стыдно смотреть в глаза друг другу. Да, мы использовали хитрость, но не подлость. И в итоге наказаны если не все, то ключевые виновные. А главное – каждый нашел свой путь. И, кажется, все в итоге стали только счастливее».
«И заодно... и за то, чтобы новые страховые магнаты помнили старые считалки, — улыбнулась Сова. — Говорят, Ворон-младший до сих пор не может слышать про кашу без содрогания. Думаю, с андеррайтингом у них теперь будет полный порядок».
Их дружный, заразительный смех снова зазвучал в уютной конторе, такой же теплой и не поддающейся уже весеннему ветру, как и их совесть, которая, пройдя через искушение, благодаря обстоятельствам и собственному выбору, осталась чистой.