Начну с того, что очень меня настораживает и расстраивает то, что происходит с «Новой оперой», с одним из наиболее любопытных мне музыкальным организмов.
С премьерами там очень странно. Летом, к сожалению, не было времени написать про историю с «Волшебной флейтой», когда чуть ли не за полгода висели афиши с громкими именами дирижера и режиссера (Чижевского и Перегудова, соответственно), где-то недели за две до спектакля добавилось еще одно имя – Надежды Павловой, билеты взлетели в цене. Но у меня уже был билетик со старта продаж, я ожидала ну чего-то невероятного, а в итоге был даже не семи-стейдж, а простое концертное исполнение, некоторые певцы как-то на минималках взаимодействовали между собой, другие же выходили на исполнение арии просто как на любом сборном концерте (хотя пели хорошо!). К тому же оказалось, что ровно то же самое уже было на сцене «Зарядья» за несколько месяцев «до».
Не думаю, что у ВФ будет повтор. С «Ванессой» - полноценной сценической премьерой, думаю, тоже скоро закончат – слишком необычная опера. Похоже, уже закончили с семи-стейдж «Наташа и Андрей»… да можно перечислить буквально все, что рождается в рамках Крещенского фестиваля, да и не только: что не вечнозеленый хит – умирает.
Посмотрела афишу Крещенского фестиваля 2026 – расстроилась окончательно, там мне вообще ничего не интересно. Заявляют премьеру «Царской невесты» - оперы, которой и так достаточно на других сценах, что там может привлечь, кроме какого-то интересного состава (а состава пока нет) – неизвестно.
«Набукко», о котором я сейчас пишу, тоже был премьерой. И опять же: день премьеры в октябре, второй день – в апреле. От всего сердца советую: любите оперу – обязательно идите в апреле, если сохранится состав. А то все так же канет в Лету.
Пожалуй, не буду писать о сюжете «Набукко», это очень известная опера.
Создатели честно признались – semi-stage, то есть полусценическое исполнение. Но оно получилось настолько выразительным, символичным, что можно принять такой спектакль за полноценный, просто сделанный в стилистике минимализма.
Во время увертюры артисты выходили на своего рода подиум, партию каждого представляла надпись на видеоэкране, а к простым черным или белым одеждам добавлялся какой-либо атрибут желтого (иудеи) или красного (вавилоняне) цвета (шарф, накидка, пояс, корона и.т.д)
В дальнейшем все эти аксессуары использовались весьма любопытно: шарфами-поясами могли кого-то связать или соединить, корону обезумевший Набукко надел на голову обратной стороной: небольшие, но работающие на раскрытие смысла произведения детали.
Кроме того, использовались цветные (опять же желтые и красные) кубы, их перестановка, перестройка сооружений из них всякий раз означала движение сюжета, смену доминантного положения антагонистов.
Многим зрителям все это так понравилось, в антракте много разговоров было о простой, но впечатляющей работе режиссера. Мне тоже все понравилось, но я уже знала, что приемы не новые (я же смотрела хоровой спектакль в «НО» – видеокомментарии на экранах, кубы, палки, ряд мизансцен, те же самые костюмы хора – белый верх, черный низ), просто в данной постановке все выглядело более осмысленно и благородно.
В целом, оперу было интересно не только слушать, но и смотреть.
Теперь о слушании. Во-первых, прекрасный оркестр под управлением А. Самоилэ. Оперу Верди выбрали премьерой в сезоне еще и как дань уважения маэстро: юбиляр этого года - Александр Самоилэ много раз признавался в огромной любви и особом, трепетном и почти религиозном чувстве к музыке великого итальянского композитора. И этот вечер дал нам, слушателям понять, что в работе дирижера есть не только большая любовь, но и отличное понимание партитуры.
Во-вторых, работа хора «Новой оперы» (хормейстер Ю. Сенюкова) В «Набукко» важна и велика роль хоровых фрагментов, которые воплощают мольбы и чаяния, гнев и надежды иудейского народа, в них – мощная энергетика, драматизм, они красной нитью проходят сквозь всю партитуру, «Va Pensiero» - самый знаменитый, самый красивый, но и остальные прекрасны.
Ну и наконец блестящий состав солистов! Порадовали практически все, разве что голосу Алексея Татаринцева ( Исмаэль, племянник царя Иерусалимского) в этот раз не хватило уверенности, хотя и его герой был не особо героическим.
Понравилась Агунда Кулаева (Фенена, дочь Набукко), в ее пении была настоящая царственность, внутренняя сила. Партия небольшая, но достаточно выразительная, очень запомнилась ария Фенены в финале.
Мое личное открытие - бас Евгений Ставинский ( Захария, верховный жрец). Великолепное исполнение партии: внушителен во всем – и в утешении, и в гневе. Этот персонаж владеет собой в наивысшей степени, обладает знаниями не только в общении со своим Богом, но и в грамотной, выверенной трансляции постулатов и руководств к действию своей пастве. Каким эталонным получился Захария у Ставинского!
Ирине Моревой ( Абигэйл, незаконная дочь Набукко) достался самый, пожалуй, противоречивый, сложный персонаж и драматически, и вокально. Несмотря на то, что как будто бы не всегда справлялась Ирина с мощью, заложенной в партитуре в первой части оперы, часто форсировала звук, была резка, но это словно бы добавляло драматизма ее персонажу. Голос не звучало фальшиво, некрасиво, просто чувствовалось, что трудно, однако в дальнейшем она справилась, пение выровнялось, было много прекрасных вокальных моментов и соло, и дуэтах.
Василий Ладюк в партии Набукко был безупречен!!! Очень удивилась, узнав, что он впервые пел партию вавилонского царя. Люблю его пение, его сценические воплощения своих героев все больше и больше, для меня он - идеальный оперный герой. Его голос способен перевоплощаться, меняться в плане оттенков даже в рамках одного произведения: и трагедия («Сон Набукко» был исполнен шедеврально), и безумие, и абсолютная власть, сила.
А как он хорош в дуэтах и терцетах, как понимает партнеров, пожалуй, особенное достоинство проявляется именно в отличной «командной» работе Ладюка.
И настолько все удалось в тот вечер, что то, к чему можно бы придраться, остается за кадром. Великолепная опера, великая музыка, страсть и отдача исполнителей – как же это вдохновляет, какой же это праздник!
«Новая опера» способна и удивлять, и радовать, как же хочется надеяться, что подобная способность не исчезнет.
