Одна из постоянных экспозиций называется "Взгляд в века" и повествует о сложной истории Болгарии, где расцвет сменялся падением.
Мне было интересно увидеть, как болгары интерпретируют свою историю, её сложные моменты - падение Первого и Второго Болгарских царств, на долгое время погружавших Болгарию под чужое владение.
Средневековые болгарские воины выглядят также, как и русские богатыри того времени. Это и понятно, ведь Русь заимствовала многие традиции из Византии, как и Болгария, но намного раньше.
Кроме того, русские и болгары исповедуют одну религию, поэтому религиозное содержание картин хорошо воспринимается русскими.
Никола Мирчев (1921–1973) Когда взошла заря, 1969
Перед нами — группа всадников в средневековых доспехах, движущихся плотным строем. Это, вероятнее всего, болгарские воины периода Средневековья — возможно, эпоха Второго Болгарского царства (XII–XIV вв.).
- Центральная фигура — всадник на белом коне, в шлеме и плаще, со щитом, украшенным рельефом всадника — символом древнеболгарской государственности (так называемый «маджарский всадник» или образ, напоминающий Плиский всадник/Мадарского конника).
- Позади — группа вооружённых воинов с пиками и копьями, также в шлемах, строем, готовых к битве.
- Флаги и штандарты развеваются на ветру, яркие красные и золотые полотнища придают сцене торжественность и героичность.
Картина передаёт гордость, решимость и историческую значимость события.
Она вызывает ассоциации с легендами о царской дружине, походах Асена, Петра или Калояна, славных страницах болгарской истории.
Работа выполнена в монументально-реалистической манере, характерной для середины XX века, с героическим и патриотическим акцентом.
На следующей картине эти воины несутся в бой за Болгарию.
Благой Иванов, тырновская школа 1972.
Эта картина под названием «Тырновская школа» посвящена духовной и культурной традиции средневекового Велико-Тырново — столицы Второго Болгарского царства и центра знаменитой Тырновской художественной и книжной школы XIV века.
Картина написана в стиле иконы или фрески. У персонажей вытянутые фигуры, строгие лица, оттенки приглушённые, тёплые, «иконные» — золотистые, охристые, бордовые, зелёные, фон выполнен с намёком на храмовые своды, арки, фресковую живопись.
Стиль — современная интерпретация средневековой иконописи: сочетание канонических ракурсов, фронтальности и символизма с мягкой живописной манерой XX века.
Картина прославляет культурное наследие Болгарии, а именно:
- традицию книжного дела и реформу письменности
- трансляцию знаний от учителя к ученикам
- иконопись и духовное искусство
- роль Тырново как культурного и религиозного центра
Это образ не одного события, а собирающий символ эпохи, когда Тырново было духовным сердцем Болгарии.
Васил Стоилов, Проповедь Богомила
На картине изображена «Проповедь Богомила» — сцена, посвящённая знаменитому болгарскому проповеднику X века, основателю богомильского движения.
Богомил — болгарский священник X века (примерно эпоха царя Петра I, ~927–969), основатель богомильского движения — религиозно-духовного учения, которое выступало против церковной и государственной власти.
Имя «Богомил» переводят как «угодный Богу» или «возлюбленный Богом».
Он учил, что, истинное христианство — в духовной чистоте и смирении, церковная и светская власть коррумпированы и искажают христианскую истину, мир создан двумя началами — добрым (Бог) и злым (дьявол), нужно отвергнуть роскошь, официальную церковь и насилие, спасение достигается через молитву, добрые дела и простую жизнь. Официальная православная церковь объявила Богомила еретиком, его последователей преследовали и изгоняли. Но идеология выжила и стала частью европейской духовной истории
На картине Богомил изображён на фоне светлого выхода из пещеры — символ света истины, прорыва из тьмы невежества и угнетения.
Вокруг — множество простых людей: крестьяне, ремесленники, старики, женщины, дети.
Картина построена как светская икона:
- Богомил в центре — словно святой, но без церковного величия,
- вокруг — “паства”, но не церковная, а народная,
- свет позади фигуры — сияние духовной истины.
Это изображение социально-духовного восстания: человек, обращающийся к угнетённым, призывающий к внутренней свободе, правде и равенству.
Васил Стоилов, Патриарх Евфимий
На картине изображена драматическая историческая сцена из периода османского владычества над Болгарией.
В центре картины - Патриарх Евфимий Тырновский — последний патриарх Второго Болгарского царства и одна из самых трагических и светлых фигур болгарской истории.
Это момент перед падением Тырново в 1393 году, когда Евфимий выступил перед народом и османскими завоевателями. Источники описывают, что он благословил жителей, ободрил их и открыто обличил захватчиков, за что затем был сослан.
На полотне мы видим:
- Евфимия — спокойного, возвышенного, одухотворённого, в центре.
- Народ — измученный, отчаянный, прильнувший к духовному лидеру.
- Османских воинов и чиновников — с насмешкой, угрозой, надменностью.
- Передний план с телом убитого — символ мученичества и разрушения.
Художник создаёт образ духовного сопротивления, где святость и моральная стойкость противопоставлены грубой военной силе.
Это не просто сцена. Это момент столкновения власти и веры, силы оружия и силы духа.
Святитель представляет собой моральный центр композиции — свет в окружении насилия. Его присутствие — символ стойкости болгарского народа, который, даже будучи затоптан и унижен, не теряет духовного достоинства.
Кровь, мертвец, вооружённая толпа и издевательская покорность властителей — всё создаёт чувство напряжения и трагедии. Художник явно стремится показать героизм в страдании, молитвенную стойкость перед лицом тирании.
Картина глубоко патриотическая, исторически насыщенная, драматичная и эмоциональная — эпическая сцена мученичества и духовного сопротивления.
Иван Петров, Прощание с Патриархом Евфтимием
На картине изображен эпизод изгнания патриарха из города Велико Тырново в монастырь.
Васил Вълчев, Царевец, 1985
Эта картина посвящена крепости Царевец — царской крепости в городе Велико-Тырново, столице Второго Болгарского царства. Она выполнена в декоративной, почти иконописно-монументальной манере, с яркими огненными оттенками, подчёркивающими величие и драматизм истории.
В центре композиции — величественная царская семья:
- Царь в короне и богатой мантии с мечом — символ власти и защиты народа.
- Царица, стоящая рядом — воплощение царского достоинства и Болгарии как матери-защитницы.
- Юный царевич — преемственность династии и будущего царства.
Справа видно духовенство во главе с патриархом: белый плащ, высокий жезл, строгие фигуры монахов — символы духовной власти и православной традиции.
Слева — болгарские воины с круглыми щитами и копьями, мощные, собранные, как живая стена, готовая защищать Родину.
На заднем плане — силуэт крепости Царевец с башнями, церквями и дворцом — центр болгарской государственности XIII–XIV веков. Фон напоминает огонь и золото византийских мозаик — торжественный и тревожный одновременно.
Это не реалистическая сцена, а аллегория Тырново как сакральной столицы, как Второго Иерусалима, где соединены престол и алтарь.
Датировка внизу — 1985, год празднования 800-летия восстания Асеневцев. Это подчеркивает, что работа создана в период национальной памяти и гордости.
Георги Стойков, Бран (защита, оборона), вспомните выражение "на поле брани"
Перед нами динамичная и напряжённая композиция, изображающая отряд всадников, движущийся вперёд. Картина выполнена в экспрессивной манере, с широкими мазками и приглушённой, почти пастельной палитрой — оттенки охры, серо-синих и зелёных тонов.
На картине скорее изображены воины раннего Средневековья или народное ополчение, чем рыцарская дружина. Один из всадников протягивает руку вперёд — будто указывая путь, давая команду или призывая к наступлению.Лошади — нервные, напряжённые, их головы и шеи создают ощущение движения, силы и готовности ринуться вперёд.
Картина — это аллегория народной мобилизации, пробуждения силы, защитного подъёма. Это образ бранной дружины, выходящей навстречу судьбе.
Йоан Левев, Иван Шишман
Перед нами символическая, монументальная картина, посвящённая царю Ивану Шишману, последнему царю Второго Болгарского царства (1371–1395), который стал в болгарской памяти образом последнего защитника Родины перед османским завоеванием.
Царь изображён как рыцарь-мученик и духовный воин:
- Он стоит фронтально, как икона, величественно и строго.
- В одной руке держит копьё, в другой — шлем, снятый в знак либо траура, либо готовности принять судьбу.
- На груди — лев, герб болгарской государственности, символ храбрости и царской власти.
- Плащ развевается, как огненные крылья — знак его защиты и жертвенности.
- Лицо серьёзное, печальное, с сознанием неизбежной трагедии, но и внутренней силы.
Позади царя — драматическое синее небо, словно буря истории, облака напоминают штормовые волны, из них пробивается божественный луч света, как знак благословения или суда.
В правом нижнем углу — горящая крепость, символ падения Тырново, гибели столицы и конца болгарского царства. Это не конкретная архитектура, а собирательный образ утраченной державы.
Это не реалистический портрет, а национальный символ, воплощение:
- героизма в поражении,
- духовной стойкости перед историческим катастрофой,
- вечной памяти о потерянной свободе и надежде её вернуть.
Царь здесь — вечный страж, не побеждённый внутренне, хотя его царство сгорело в языках пламени.
Александр Алексиев, Стражники
Перед нами монументальная, героическая картина, посвящённая болгарским средневековым воинам — образу болгарской дружины, защитников царства.
Фигуры выглядят не как живые персонажи, а как каменные стражи истории — вечные защитники Родины.
- Золотистый фон напоминает византийскую икону и создаёт ощущение сакральности.
- Цвета — землистые, бронзовые, охристые — как будто покрыты пылью веков.
- Земля под ногами — грубая, фактурная, как реальная твердыня, из которой будто выросли эти люди.
Это эпический образ, а не конкретный исторический эпизод.
Эти фигуры не страдают, не кричат, не бросаются в атаку — они стоят.
А стоя, как стражи на горе, держат страну и её честь.
Веса Василева, Царь Калоян сражается с латинянами.
Это яркая, динамичная картина Весы Василевой, посвящённая царю Калояну, одному из величайших правителей Второго Болгарского царства, и его победе над латинянами (крестоносцами) — вероятнее всего, битве при Адрианополе в 1205 году, когда болгарская армия разгромила Латинскую империю и пленила её императора Балдуина.
В центре композиции — Калоян на боевом коне, меч поднят вверх — символ атаки и победы, красный плащ развивается, придавая сцене вихревую энергию.
Перед ним — противники в характерных западноевропейских доспехах с крестами на щитах. Их ряды плотные, но уже нарушенные наступлением болгар.
Димитър Киров, Реквием, 1876, 1978
Эта картина под названием «Реквием» — мощное, эмоциональное и многослойное произведение, визуальная молитва-плач, посвящённая памяти погибших, трагедии народа, потерям и скорби.
В центре — группа скорбящих фигур, словно сжатых в общий объятный жест боли и солидарности. Они напоминают одновременно:
- плачущих женщин у гроба,
- изгнанников или беженцев,
- духов, стоящих на границе жизни и смерти.
Фигуры белесые, как статуи или души, застывшие между мирами. Они окружены алым кругом — символом крови, огня, раны, но также и сакрального ореола.
Над ними — расщеплённое пространство, будто разрушенная иконостасная стена, сквозь которую проступают великие лики : лица святых и Богородицы, фрагменты икон, глаза, смотрящие сквозь время.
Они словно свидетели и хранители памяти, но изображены фрагментарно, разорванно, как будто святость сама подверглась разрушению.
Синие вертикали — как колонны храма или следы слёз.
Золотистые всполохи — как остатки света и славы прошлого.
Тёмные мазки — обугленные шрамы истории.
Зритель ощущает тяжесть, будто слышит беззвучный плач.
Это не просто сцена — это переживание коллективной трагедии, возможно — войны, утраты родины, культурной катастрофы.
Это реквием в красках — скорбный гимн утрате и верности памяти.
Тон — трагический, но не отчаяние — скорее глубокое духовное переживание и молитвенное примирение.
Александр Терзиев, Восстание Арсена и Петра.
Эта картина посвящена восстанию Асена и Петра (1185–1187 гг.) — ключевому событию, приведшему к восстановлению Болгарского государства после византийского владычества и созданию Второго Болгарского царства.
В центре — всадник на белом коне, которого можно интерпретировать как царя Асена (или его брата Петра) — вдохновителя восстания. Он поднял руку вперёд, указывая путь, жест убеждения, призыва и руководства.
Рядом — воин с поднятым мечом, люди с копьями и знаменами, простой народ и священнослужители.
На переднем плане — человек, несущий икону святого Георгия-победоносца, покровителя воинов. Это исторический символ: именно освящение новой церкви в честь святого Георгия в Тырново стало поводом для начала восстания.
На коленях молящиеся — вызов, надежда, обращение к небесной помощи.
Символика:
- Белый конь — чистота и правое дело.
- Знамёна с львом — болгарская царская символика.
- Икона — соединение национального и духовного.
- Доспехи и мечи — готовность к борьбе.
- Народ босой, простодушный, обездоленный — именно он поднимается.
Картина — не документ и не иллюстрация, а эпическая визуальная легенда о рождении свободы.
Светил Гусев , Воины Самуила
Эта картина — глубоко трагический и монументальный образ «воинов Самуила», болгарских воинов, ослеплённых по приказу византийского императора Василия II после битвы при Беласица (Ключ) в 1014 году. Это одно из самых страшных событий в болгарской истории: около 14 000 солдат были ослеплены, и только каждый сотый оставлен одноглазым, чтобы привести остальных домой.
Когда царь Самуил увидел их, он умер от сердечного приступа — сердце не выдержало горя.
Перед нами — измученные, изуродованные, обессиленные фигуры, стоящие и движущиеся как тени, как живые мертвецы. Это не просто люди — это нация, ослеплённая и страдающая, но всё ещё стоящая.
- Обнажённые тела напоминают мучеников, сожжённых в извести или погружённых в темноту
- Их руки — вытянутые, беспомощные, или ищущие опоры
- Головы — запрокинутые, будто они пытаются увидеть свет, которого лишены
- Лица — не крик, а безмолвный стон
- Вдалеке — фигуры, уходящие в туман, растворяющиеся в мраке истории
- Цветовая гамма — пепельно-серая, мертвая, как камень и прах
Здесь звучит вопрос: как выжить, когда тебя лишили света?
Иван Стоилов-Бункера, Вестники
Эта картина — торжественно-символическое изображение Асеневцев, болгарских царей-освободителей конца XII века, поднявших народ на восстание и восстановивших Болгарское государство.
В центре — два всадника на скачущих конях, почти парящих в золотом пространстве — Пётр и Асен, братья, основатели Второго Болгарского царства (1185–1187).
Два коня, красный и чёрный, символизируют власть и огонь, кровь и свободу (красный), веру, тьму испытаний, мощь и твердость (чёрный).
Фигуры братьев — строгие, иконные, фронтальные, как святые-воины.
Их плащи развеваются как знамёна восстания, создавая эффект крыльев — образ небесных покровителей Болгарии.
Внизу — армия, марширующая к бою, как земная тень героического мифа. Их силуэты тёмны и плотны — они не индивидуальны, а представляют народ, поднявшийся за свободу.
Братья Асен и Пётр здесь — не просто правители, а мессианские фигуры, несущие освобождение, подобно святым всадникам-покровителям.
Это образ исторического чуда, когда нация восстала и вновь обрела государство.
Калина Тасеева, Отец Матей Преображенский -Миткалото
Перед нами картина, посвящённая отцу Матею Преображенскому(1828–1875): — известной исторической личности Болгарии XIX века, священнику-революционеру, сподвижнику Васила Левского, участнику национально-освободительного движения. Его называли поп Матей Миткалото.
На картине мы видим аскетичного мужчину с длинной бородой, в чёрной рясе и шапке, сидящего на земле. Его фигура крупная, неподвижная, серьезная — как будто он часть ландшафта, корень в своей земле.
За ним — два белых коня, навьюченных мешками и узлами. Это метафора его страннической жизни, когда он распространял революционные послания, носил порох, литературу, деньги для борьбы за свободу, переезжал из села в село.
Это не просто портрет. Это:
- символ народного духовника-борца,
- образ болгарского монаха-патриота,
- соединение веры и революционной идеи,
- почитание тех, кто боролся за свободу без громких титулов.
Художник показывает отца Матея не как проповедника в храме, а как пилигрима-борца, которого дорога сделала святым для народа.
Владимир Каладжиев, После восстания
Это картина под названием «После восстания» — трагический, тихий и тяжёлый эпилог борьбы.
Перед нами — пленённые болгарские повстанцы, которых ведут конные турецкие стражники после подавления народного восстания. Вероятнее всего, художник изображает последствия одного из национально-освободительных восстаний Болгарии XIX века — возможно, Апрельского восстания 1876 года, самого драматичного в болгарской истории.
Это не сцена битвы. Это момент после — тишина после крика, шаги после трагедии. Картина передаёт горечь поражения, чувство исторической драмы, путь мучеников, а не преступников.
Это пленники-герои, не сломленные, хотя и поверженные.
Повстанцы идут, но идут с поднятой спиной, не согнувшись.
Город впереди — символ будущей свободы, которая ещё придёт, но ценой страданий.
Цвятко Дочев , Новосельские столяры, 1978
Эта картина — интимная, торжественная и проникнутая исторической памятью сцена, посвящённая болгарским мастерам-повстанцам, создающим пушку в тайной мастерской. Она относится к теме болгарского национально-освободительного движения.
Вероятно, это работа о легендарных новосельских марнгозах — плотниках из Ново-село, которые тайно изготовляли орудия для борьбы против османского владычества. Картина соединяет бытовую сцену, революционную тайну и почти религиозный дух.
На первом плане — маленькая пушка, как священный предмет.
Вокруг неё — трое людей:
- один мужчина стоит, держа свечу — его лицо сосредоточено, почти вдохновенно;
- второй на коленях, хрупко и осторожно работает при огне свечи, словно молится;
- женщина позади держит свечу — тихий хранитель, олицетворение семьи и народа.
Все три фигуры погружены в мягкий тёплый свет, создающий ощущение вечерней тайны, благоговения и долга.
Художник показывает, что свобода не только добывается мечом, но рождается руками народа, в тайных мастерских, в домах, где люди шёпотом передавали мечту о свободе.
Иван Петров, "Васил Левски и Матей Преображенский - Миткалото"
Это картина, посвящённая Василу Левскому, национальному герою Болгарии, и его тайным революционным путешествиям по болгарским городам и сёлам в XIX веке. На полотне он изображён вместе со своим спутником — вероятно, Матеем Преображенским.
Художник показал двух разных по характеру людей, объединённых одной идеей:
- Левский — спокойная внутренняя сила, видение будущего, лидерство.
- Миткалото — энергия народа, жар души, поддержка и вера.
Вместе они — мозг и сердце революции, свобода и духовность, борьба и молитва.
Левский и его спутник идут по старым каменным улицам — узнаваемая архитектура Велико-Тырново или другого старинного болгарского города. Позади — лошадь с мешками и саквояжами: революционные письма, оружие, провизия.
Мы смотрим на людей, которые идут в неизвестность — но знают, зачем.
Христина Петрова, Возрожденное семейство.
На картине изображена болгарская семья периода Возрождения — мать, отец и сын. Их позы и спокойные лица напоминают иконы, подчеркивая достоинство и внутреннюю силу обычных людей.
Фигура отца сидит в центре как опора семьи и символ мужества и ответственности. Мать — воплощение традиции и красоты народной культуры: ее наряд и золотое ожерелье отражают уважение к корням. Мальчик с книгой в руках — образ будущего, новой Болгарии, в которой образование становится главным путем к свободе.
Золотой фон создает ощущение духовной возвышенности и превращает семью в священный символ нации. Это не просто портрет — это образ болгарского духа, семьи как хранительницы языка, веры и памяти народа в эпоху национального пробуждения.
Вот такие исторические картины можно увидеть в галерее "Борис Денев" в городе Велико Тырново
Похожи ли они на картины про русских воинов, как вы думаете?