Ребята шли не очень долго и в итоге увидели, как длинная дорожка тела дракона внезапно обрывается, направившись вниз. Жупелка оказалась права, и они дошли до головы, ориентируясь по форме чешуек... или из чего там состоял драконий покров?.. Короче, это не важно! Важно, что теперь компания была готова встретиться со своей судьбой и либо кануть в Лету, либо восстановить Меч и таким образом обеспечить безопасность всей той стороне мира-монеты, которая вроде бы уже была в безопасности, но разве безопасности бывает достаточно?
— Так, а как нам до него докричаться, достучаться, до… что-то там, как-то там?! — поинтересовалась Ниона. — Конечно, можно попробовать использовать жесткие методы в виде ударов, колдунств или типа того, но я не вижу в этом никакого практического и логического смыслов, потому что так мы рискуем его разозлить, причем сразу, совершенно и бесповоротно, еще и спросонья, еще и отрезать таким образом любые возможности поговорить, договориться или скрыться!.. — фыркнула она. — Ладненько, у меня никаких мыслей пока что нет, так что готова выслушать ваши предложения, — сказала она, посмотрев на Фрила и на Жупелку.
Та до сих пор сохраняла внешний вид шерпана — просто потому, что в рамках данных событий ей так было проще, удобней и вообще... как-то более сподручно для наблюдения за «дорогой».
— А давай я опять вон те цветастые хлопушки запущу в небо, которыми мы клешастых отвлекали? — хихикнул Фрил. — И красиво, и громко, и неожиданно! — он хихикнул еще раз, но Ниона сказала, что ничего такого делать не надо, потому что это громко и может заставить правителя драконов сильно дернуться или откровенно начать трястись, что очень рискованно в первую очередь для них, потому что они стоят на его шее и нет никакой возможности за что-то нормально зацепиться.
И ладно нет возможности зацепиться! В том случае, если правитель драконов начнет слишком резко шевелиться, они рискуют попасть под движущиеся кольца его тела, а это как следствие — причина на не самое лучшее и не самое хорошее, что только может произойти… По сути, это будет огромными валиками из крупного наждака.
— Так что, брат мой гениальный, но еще не познавший своей гениальности в полной мере, я думаю, что тебе не стоит запускать цветастые хлопушки! А все потому, что, если ты их запустишь, мы все огребем по полной программе и даже самую малость больше, чем просто могли бы, — она улыбнулась. — Хотя я не стану отрицать, что нам нужен какой-нибудь способ именно докричаться до него, но нежно... А еще лучше что-нибудь такое... эм, легкое, музыкальное, приятное и скорее даже минорное, чтобы пробуждение было плавным и мягким, — сказала она. — Как плохо, что мы вынуждены находиться на теле, а не на земле возле этого гиганта... Кстати, а вон там, где мы стену встретили... Это ж его нога, наверное была... или его лапа… или, к примеру, его крыло… — сказала Ниона, и вот этой фразы не поняли ни Фрил, ни Жупелка.
— Ну да... наверное, то была его лапа, — фантазфурия говорила с перекошенной шерпанской мордой, наполненный задумчивостью. — А что? — поинтересовалась Жупелка. — Это играет какую-то роль или имеет под собой хоть какой-то логический смысл? — спросила она, совершенно не понимая, зачем, почему и для чего был задан тот вопрос о частях тела правителя всех драконов.
— Да, ну, просто... — потупилась Ниона. — Это я уже загонять начинаю от усталости и, в общем, не самого приятного из самочувствий, что только есть и может быть, — она улыбнулась. — Немного несу чушь, и не могу сказать, что это нормально, но...
В этот момент произошло то, чего на самом деле хотели путешественники, То есть тело дракона вновь начало двигаться, только на этот раз чуть более активно, а главное, если в прошлый раз их просто тряхнуло, не сказать, что очень сильно, просто внезапно и резко, то в этот раз их понесло в сторону.
— Так, господа из племени сладкоголосых! — сказала Ниона. — Кажись, мы добились своего и дракон драконов просыпается! — героиня фыркнула. — Такое чувство, что у него просто невероятно чуткий слух, который не проявлял себя, пока мы были далеко, а его голова — достаточно глубоко! Но, в крайний раз, когда он двинулся, не так давно, по всей видимости, он чуть достал голову из собственных складочек и... И теперь нам предстоит прекрасный разговор! Но только в том случае, если у нас получится удержаться на ногах, не свалиться и не скатиться куда-нибудь и не превратиться в порошок, будучи перетертыми о чешую, — сказала она, чем вызвала у друзей и компаньонов крайне смешанные эмоции на лицах.
На самом деле, крайне смешанные эмоции были и на её лице, а все потому, что она внезапно перестала верить в успех этой безумной операции, которую они хотели провести, а все потому, что им просто было некуда деться! Они находились в самом эпицентре огромной движущейся штуковины, которая их слышала и, в любом случае, поначалу вряд ли была настроена на конструктивный диалог. Их положение так же отягчалось тем, что их местоположение было на драконе, а не на земле рядом. Да, пусть это и давало всего одну положительную сторону, из-за которой им удалось разбудить гиганта… Хотя если подумать чуть более обстоятельно, то положительных момента в их местонахождении было три, но никак не больше: первое —, что им удалось без лишних умозаключений и изобретений чего-то в полевых условиях разбудить цель; далее можно выделить факт, что вряд ли этот гигант настолько вышел из ума, чтобы бить себя собой же, что давало надежду все же остаться в своей форме, а не принять некоторую блиноподобную; последнее положительное, что можно было выделить — вряд ли дракон драконов выжил из ума настолько, чтобы обдать самого себя же своим же пламенем или каким-нибудь колдунством или колдовством, на которое он способен, в попытке разобраться с вторженцами в личное пространство.
— Давайте, цепляемся за чешуйки и стараемся удержаться! — крикнула Ниона, которая прекрасно понимала, что... ну, если упадут вниз, то это падение станет последней ошибкой, что только можно допустить в жизни.
Ребята, поддевая чешуйки и слегка их поднимая, цеплялись изо всех сил и надеялись, что дракон не начнет переворачиваться или типа того. Что он просто поднимется, расправится и начнет искать источник звука, его разбудившего. Путешественники думали, что вот тогда у них появится возможность крикнуть что-то вроде: «О великий колдунский дракон! Позволь нам встать перед тобой, поклониться в уважительном жесте своей воли и рассказать о том, для чего мы сюда пришли! Не сочти за дерзость и не прими в обиду, что мы разбудили тебя, просто дело очень важное, и тому свидетельствует документ, на коем стоит ваша печать, оттиск или рисунок вашей семьи!» Сложно было однозначно сказать об этой загогулинке, что значит — «вечность, помноженная на бесконечность, и все это на ребре мира-монеты».
Их сильно бросало из стороны в сторону. Их практически скидывало, смахивало. С каждым новым движением правителя драконов они практически направлялись в небо!.. Но они продолжали держаться, прилагая невероятные усилия, лишь бы не слететь! Лишь бы не отправиться вниз, к земле, которой они до сих пор так и не коснулись, просто потому, что прыгнули сразу на дракона, пусть и не собирались этого делать, и потому, что этот дракон оказался просто монструозных размеров, габаритов и так далее, и тому подобное и все остальное-прочее.
Я не смогу сказать, сколько времени их подбрасывало, не могу сказать о том, насколько сильно бились их сердца, но наконец все закончилось.
Дракон просто перевалился с одной стороны на другую и поднял голову. При этом выглядел он не только заспанным, а даже каким-то изрядно помятым. Обычно таким можно проснуться, если сначала съесть много всякого соленого на ночь, а потом тушить пожары всю ночь при помощи прохладной водички.
Открыв глаза, правитель драконов зевнул, издав громкий звук. При этом из его пасти вырвался настолько мощный и неприятный запах, что стало сразу понятно — на землю лучше не опускаться, совсем... что лучше вести диалог вот так, повиснув на шее, ибо внизу можно задохнуться. Во всяком случае, поначалу, а дальше будет видно… но это тоже совсем не точно.
Ну, а что вы хотели? Старый персонаж старого мира, который с основания этого мира в этом мире и обитает! И не надо думать, что я переборщил со словом «мир»… мира мало не бывает! Так, не надо забывать, что правитель всех драконов еще и с разбитым сердцем! Полностью забросивший правление, подчиненных, себя, и уход за собой, в том числе! Конечно, в связи с этими крупными личностным и личным кризисами, от него не самым лучшим образом пахло при пробуждении, и выглядел он, конечно же, не самым привлекательным и презентабельным образом! И не надо равнять с Громом… Пусть тот тоже бессмертный, но такой старичок-молодовичок. Постоянно где-то шарится, с кем-то договаривается, что-то делает, разводит и дает развести себя на йоты! А этот просто валялся в туманом заполненной чаше из скал!
— Та-а-ак-с! — произнес дракон невероятно низким, басистым голосом, от которого все внутри у путешественников буквально завибрировало. — Что-то мне подсказывает, что я здесь далеко не один... А далеко не один я здесь, потому что сюда кто-то каким-то образом пробрался...
Он говорил медленно, вдумчиво, долго моргая по очереди каждым глазом, словно размышляя: «А стоит ли вообще уделять этому внимание, или есть смысл завалиться спать дальше, а то, что его разбудило, как вариант, было просто не самым приятным и не самым ожидаемым сном, который уже сам собой позабылся, растворившись в реальности после недолгого пробуждения».
Ребята, конечно же, этого не могли увидеть, потому, что висели на чешуе, причем со стороны затылка дракона.
— Так точно, великий колдунский дракон, — Ниона не стала дожидаться момента, когда ситуация прям совсем дойдет до абсурда. — Позволь мне встать перед тобой, чтобы рассказать, кто я и что тут делаю, чтобы объяснить по какой причине разбудила тебя, и рассказать о том, что уйду сразу после того, как мы с тобой поговорим!
Она не боялась говорить как есть, и, кажется, дракон это почувствовал. Фрил и Жупелка при этом молчали. Казалось, что они настолько сильно напуганы, что проглотили языки и поддались такой панике, какая позволяла им только держаться и не отпускать рук держащихся за чешуйки, а в случае фантазфурии, что превратилась в шерпана, лап и зубов.
— Та-а-ак-с, — протянул правитель драконов. — Очень интересно! — сказал он.
И в этот момент сердце Нионы вздрогнуло от мысли: «У меня получилось его заинтересовать! А если получилось заинтересовать, значит, есть шанс провернуть эту миссию таким образом, чтобы и меч спасти, и самим спастись!»
— Мне очень интересно, но я не хочу ни с кем ни о чем говорить, — ответил правитель всех драконов и, наверное, единственный и последний колдунский дракон. — Так что у вас всего два варианта! Вы либо прямо сейчас убираетесь из моего небольшого дома, либо остаетесь здесь, и я питаю вами себя и свой желудок, который уже много лет пуст и будет очень рад нескольким крупицам пищи! А-а-а... — дракон лениво зевнул, но при этом его движения начали принимать другие масштабы и скорость.
— Мы от Мурдыкса! С его документом, на котором стоит твоя печать! — крикнула Ниона, быстро входя в положение и прекрасно понимая, что должна назвать повод, по которому они пришли к столь величественному и великому существу. — И мы здесь не просто так! И мы здесь не для войны и выяснения отношений! Мы здесь за помощью, на которую указал правитель Глабрума! — сказала она и услышала, как Жупелка что-то скулит... что-то, потому что ни единого слова разобрать нельзя было, а все из-за крепкого хвата зубами за чешуйку.