В мире гостиничной недвижимости есть свои Вавилонские башни — колоссальные отели, которые должны были стать символами богатства, роскоши или идеального отдыха, но превратились в памятники гордыни и экономических просчетов. Эти «пятизвездочные призраки» разбросаны по всему миру, и сегодняшний рассказ посвящен трем из них: самому роскошному, самому вместительному и самому высокому отелю планеты.
Что же заставило инвесторов забросить амбициозные проекты, которым отводилась роль архитектурных символов эпохи?
Задохнувшийся в тумане: отель Monte Palace
Это сейчас Азорские острова — весьма популярное у туристов место, где царит вечное лето, теплый океан, длинные пляжи с мелким песком, буйная растительность за ними и приветливые улыбчивые жители.
Однако такой спрос на Азорах появился лишь в последние 30 лет. До этого португальским властям, бизнесменам и инвесторам приходилось прилагать немалые усилия, чтобы раскрутить этот райский уголок. Одним из проектов для привлечения туристов стал пятизвездочный отель Monte Palace на вершине горы острова Сан-Мигель.
Но зачем было начинать стройку на краю кратера потухшего вулкана, если пляжи находятся у подножия? Ответ простой: виды. Остров небольшой, гора высокая, и с отеля, находящегося почти на километровой высоте, открывается с одной стороны обзор бесконечной глади океана, а с другой — голубых озер в кратере вулкана. Причем с президентских номеров на самых верхних этажах можно любоваться обоими природными красотами из разных окон.
Вот только реальность оказалась иной. Вместо коралловых рифов и изумрудно-зеленых лугов с пасторальными коровами постояльцы из окон своих номеров наблюдали густой и плотный туман, в котором не было видно даже человека на соседнем балконе.
На строительство Monte Palace в 1989 году потратили рекордные по тем временам 20 миллионов долларов. Отель мало того, что имел пять звезд, он должен был стать самым роскошным в Европе и соответствовать высочайшим стандартам. Он им и соответствовал, однако вместо роскоши гости получали влажные простыни, плесень на роскошных французских гобеленах и постоянный конденсат на зеркале в ванной комнате.
«Убийцей» отельного великолепия оказался туман. При проектировке и строительстве ему не придали большого значения, а зря. В то время как на берегу острова царило вечное лето, светило солнце и буйствовала зелень, на вершине горы стояли густые влажные туманы в компании мелкого дождя.
250 дней в году такой погоды хватило, чтобы через 18 месяцев Monte Palace опустел. Отель закрыли, персонал уволили, самое ценное вывезли, а территорию поручили охранному агентству. Со временем оно ушло, и некогда шикарный пятизвездочный отель превратился в покрытую мхом и лианами заброшку, любимую туристами-экстремалами. В этом состоянии отель пребывает и поныне. Правда, существуют планы по его возрождению, но дальше обсуждения возможных проектов они не идут.
Зато у героя следующего рассказа в плане возрождения все прекрасно, и длинное здание на берегу Балтийского моря в Германии постепенно оживает. А ведь раньше его называли мрачным наследием Гитлера и самым большим заброшенным зданием в стране.
Курорт для 20 000 человек: нацистский отель Prora
По задумке Гитлера дом отдыха «Прорский колосс», или просто «Прора», был обязан затмить все существующие в мире отели и стать главной здравницей Германии. Он и затмил. Только вот пользоваться «Пророй» немцам не пришлось, и амбициозный проект фюрера превратился в мрачный памятник на берегу Балтики, смотревший на мягкий прибрежный песок многочисленными черными провалами слепых окон.
Идея его постройки в нацистской Германии возникла в 1936 году. По поводу места сомнений не было — балтийский остров Рюген. А вот что касается формы, то тут развернулись настоящие баталии. Победил проект архитектора Клоца: шестиэтажные здания, объединенные общей архитектурой и выстроенные в 4,5-километровую линию.
Странным был этот отель, больше походивший на гигантское общежитие. Типовые комнаты площадью 12 квадратных метров с двумя кроватями, шкафом и раковиной, окна которых выходили на море. Коридоры, санузлы, общие душевые и вспомогательные помещения — по другую сторону корпуса. Никакой вариативности в планировке и декора в оформлении, повсюду царство серой однообразности. Зато «Прора» должна была по задумке вмещать 20 тысяч отдыхающих, что по тем временам (да и по сегодняшним меркам) являлось абсолютным рекордом.
В 1939 году всё было готово к сдаче, на остров ждали прибытия Гитлера. Но планы спутала война. Вернее, желание мирового господства, которое отодвинуло на второй план вопросы досуга жителей Германии. Всех строителей с острова централизовано вывезли и отправили в действующую армию. Набранный персонал расформировали, а само здание отеля законсервировали.
Чем только «Прора» не успела побывать в последующие годы, кого только ее стены не видели. Самый большой отель в мире был и лагерем для беженцев, и казармой для солдат люфтваффе, и местом временного содержания депортированных жителей Восточной Пруссии (когда она стала Калининградской областью), и военным объектом Советской армии, и тренировочной базой армии ГДР.
Ремонта все восемь идентичных блоков не видели с момента постройки, поэтому неудивительно, что к нынешнему столетию здание начало ветшать и разрушаться. Правительство Германии приняло решение его не восстанавливать, а продать по частям. Ныне бывший отель «Прора» проходит масштабную реконструкцию. Некоторые его части превращаются в современные гостиницы, в иных все по-демократичному: хостел для студентов. Один блок государство оставило себе и разместило там музейную экспозицию. Но при этом в составе 4,5-километрового «нацистского колосса» до сих пор остаются заброшенные корпуса и блоки, ожидающие своей очереди или финансирования на реконструкцию.
Пирамида забвения: северокорейский отель Рюгён
Тоталитарные общества часто стремятся сакрализировать режим колоссальными зданиями, задача которых — давить на людей своей массой и служить олицетворением несокрушимости. Далеко не все такие стремления оказываются реализованными. Но не в КНДР.
Идея своего небоскреба появилась в Северной Корее в 1980-е годы, когда по всей Юго-Восточной Азии стали расти подобные здания. Первоначально власти планировали построить университет, потом самую большую в мире библиотеку, но остановились на гостинице, разумеется, тоже самой высокой на Земле.
Одним из инвесторов грандиозной стройки в центре Пхеньяна стал Советский Союз, и при его помощи гостиница Рюгён (в переводе «ивовая столица» — когда-то так называли Пхеньян) начала быстро расти. Конструкция здания была необычной — 330-метрова стела-пирамида с массивным вращающимся конусом наверху. На тот момент это действительно было самое высокое здание в мире, и его планировали открыть в 1989 году в аккурат к 13-му Всемирному фестивалю молодежи и студентов.
Однако планам не суждено было осуществиться. Сперва из-за перебоев со снабжением открытие отложили, а потом в 1991 году распался дружественный КНДР СССР, и в стране разразился финансовый кризис. Тут уж, конечно, стало не до отелей. Сама конструкция при этом была почти закончена, не хватало лишь окон, коммуникаций и оборудования. По подсчетам японских СМИ, на возведение Рюгёна ушло около 750 млн долларов — 2 % от ВВП республики.
Огромный колосс, нависший над Пхеньяном, на долгие годы превратился в символ Северной Кореи. Безжизненный, серый, пустой, он вознесся в небо мрачным обелиском, став самой высокой пустующей постройкой планеты. Разумеется, властям недостроенный Рюгён мозолил глаза, но вкладывать в его завершение государственные деньги они не спешили. Вместо этого власти пытались привлечь инвесторов, однако после того как КНДР попала под международные санкции, и без того слабый ручеек охотников вложиться в достройку отеля иссяк окончательно.
Единственное, на что у Северной Кореи хватило средств, это на облицовку здания стеклянным фасадом, чтобы оно выглядело снаружи завершенным. И действительно, Рюгён сегодня производит впечатление высокотехнологичного небоскреба. Но в нем по-прежнему отсутствуют ключевые коммуникации и отделка. За блестящим фасадом скрываются 360 000 квадратных метров пустой, холодной бетонной оболочки.
Вот такие три разных проекта. Какими бы ни были их география и истории возникновения, судьбы Monte Palace, Рюгёна и Prora сходятся в одной точке: они стали памятниками тем случаям, когда амбиции превзошли здравый смысл и реальные возможности.
Их «проклятье пяти звезд» оказалось не мистическим, а вполне прагматичным. Для Monte Palace проклятием стал климатический просчет, доказавший, что даже самый роскошный отель не может продавать вид, который большую часть времени скрыт туманом. Для Рюгёна роковым стало политико-экономическое проклятье — символ национального превосходства, который, не выдержав финансовой изоляции, стал самой высокой и пустой насмешкой над самой собой. И, наконец, Prora показала, что курорт, рожденный идеологией, а не рыночным спросом, оказался на долгие годы обречен на забвение, даже если его масштабы поражали воображение.
Заброшенными могут быть не только отдельные здания, но и целые города. Вот рассказ об одном из таких, где находиться не только опасно, но и противозаконно: 👇