Сергей Михеев: Про фонд: действительно, есть проблемы. Это открытое воровство и среди военных, и среди волонтеров. Особенно поначалу были проблемы с доставками и всем остальным. Мы живем в такое время, которое особой честностью не отличается, но работу можно выстроить так, чтобы помощь максимально доходила до бойцов. Этим я все 3,5 года и занимаюсь. Сначала на ощущении беды и внутреннем порыве: невозможно было сидеть сложа руки – надо было или брать автомат, или хоть что-то делать. Оказать такую небольшую помощь будет и полезнее, и разумнее. На первых порах просто раздавали: «ты пришел – на тебе; ты пришел – на тебе» и т.д. Но быстро стало ясно, что у этого масса издержек: откровенно нечистые на руки люди сообразили, что «кому война, кому мать родна»; началось «разбазаривание» во все стороны; а также разные «доброжелатели» за чужой счет делали себе пиар. Пришлось потихоньку выстроить достаточно жесткую бюрократическую систему: некоторые на нас за это обижаются, но она работает и себя подтверждает.
Как мы общаемся с военными? Первый этап: нам пишут на почту или каким-то образом связываются с нашими ребятами. Людей у меня очень мало, региональных отделений нет (я не трачу на это деньги). Командование части пишет официальную заявку на фонд с печатью, подписью командира, штампом войсковой части. Второй этап: мы проверяем эту заявку через Министерство обороны, с которым удалось наладить какие-то контакты (сначала это было невозможно: они делали вид, что мы не существуем). Проверяем: есть ли эти люди, кто и что они, откуда взялись, надо им или не надо. Третий этап: выясняем, что мы можем, а что не можем. Нам обычно пишут целый рулон: «Дайте это, это, это…» У нас таких возможностей нет: хотя цифра приближается к 4 млрд, но это за 3,5 года, а на счетах такие деньги не крутятся. У нас то густо, то совершенно пусто: это не бизнес, и мы постоянно находимся в напряженном состоянии. Четвертый этап: после выяснения и согласования заключаем официальный договор с командованием части. Это либо двухсторонний, либо трехсторонний договор (фонд + командование части + производитель, который продает). Пятый этап: после этого люди приезжают или мы как-то стыкуемся.
Сначала мы сами ездили и отвозили, но потом отказались возить, потому что: во-первых, это очень дорого. Когда объем помощи стал большим, то стало ясно, что мне надо держать целый огромный автомобильный парк со штатом водителей. У нас передача помощи происходит почти каждый день, и держать огромное количество людей с автомашинами – это очень дорого. Во-вторых (это было особенно в первый год, хотя во второй и третий тоже): много бардака, когда вы загружаете в машину одно, а до части доезжает другое (и концы никогда не найдешь). Итак, после заключения договора командир части подтверждает нам личность представителя части (у него боевое распоряжение или командировочное удостоверение); они к нам приезжают на склад или мы вместе подъезжаем к производителю, там на месте подписываем акт приема-передачи, фиксируем всё на фото и видео (если не хотите, то вы для нас подозрительны!); а с этого момента они (представители части, военнослужащие) уже сами несут ответственность за груз, забирают его, а мы всю информацию подаём в Министерство обороны.
Это тоже не стопроцентная гарантия, но эта жесткая процедура позволяет нам быть уверенными в том, что груз дойдет туда. Обратно мы всегда требуем видеоотчета, чтобы мы видели, что до них дошло. Они на моем Telegram-канале Сергей Михеев, а также в Дзене и ВК, где мы периодически выкладываем, убирая наименование части. Мы делаем всё, чтобы помощь максимально доходила по назначению.
Что касается оказания помощи фонду: нет ничего проще. На всех моих каналах помещены реквизиты фонда, QR-коды и всё остальное. Есть желание помочь – низкий вам поклон, будем благодарны. В Санкт-Петербурге у нас есть несколько знакомых, которые очень хорошо и регулярно оказывают помощь. Они против того, чтобы их называли, и это не сильно большие люди.
Как можем, так и работаем. Во-первых: я это считаю своим долгом. Во-вторых: каждый человек, который переживает за родину, несмотря на все проблемы, должен сделать хоть что-нибудь, чтобы помочь нашим бойцам.