В тот день их разбудил хор электронных трелей, дружное и нетерпеливое посвистывание смартфонов. Отец, мать и двое детей-школьников потянулись к своим сияющим цифровым компаньонам и прочли одно и то же сообщение: «Предложение Года. Не пропустите. Сегодня на всех каналах».
За завтраком, под аккомпанемент хруста кукурузных хлопьев, стена напротив ожила. Огромный голографический телевизор явил им девушку в строгом, но очень модном костюме, цвета утреннего неба после дождя. У нее была улыбка, обещавшая понимание, и глаза, холодные, как стекло экрана.
«Устали от суеты? - голос ее был подобен шелесту цифровых ливней. - Мечтаете о вечном покое без хлопот и боли? Ваше время пришло».
Так они впервые услышали о новом сервисе - легком способе эвтаназии. Девушка-ангел-хранитель с экрана с деловитой нежностью объясняла состав усыпляющего сиропа, словно рецепт нового сорта кофе: первый компонент притупляет сознание, даря блаженную легкость; второй - парализует, избавляя от судорог прощания; третий - убивает, мягко и неотвратимо, как закат. И, о чудо, для семей с детьми действовала скидка в первый день продаж.
Все члены семьи переглянулась. Не было ни сомнений, ни споров, лишь легкое, почти радостное оживление, какое бывает при объявлении о внезапных каникулах. «Как вовремя, - произнес отец, доедая тост. - А я уже думал, что вклад в колледж не окупится».
Они уселись в свой модный кроссовер, цвета жидкого серебра, и поехали по указанному адресу, будто направляясь в парк развлечений. По дороге они проезжали рекламные щиты, где те же счастливые лица предлагали им избавиться от жизни, как от надоевшей подписки.
Пункт усыпления напоминал аэропорт в час пик - стекло, сталь и оживленная толпа. Все суетились, но на лицах у всех было благостное, предпраздничное выражение, словно они стояли в очереди на распродажу. Дети дергали отца за рукав, беспокоясь, что все билеты на сегодня разберут.
Билеты, которые им вручили в кассе, выглядели солидно - плотный глянцевый картон, надписи и логотип в серых и умиротворяюще-зеленоватых тонах, с изящной вязью позолоты. Они разглядывали их с тем же чувством, с каким когда-то впервые разглядывали билеты в Диснейленд.
И тут к ним пробилась женщина с макияжем, скрывающим тени под глазами лучше любого фотошопа или нейросети. «Пропускаю вперед, - деловито сказала она, выхватывая у отца их драгоценные билеты, чтобы передать. - Я с целым отделом, корпорация оплатила. Акция для бизнеса».
Она скрылась в проеме двери, унося их пропуск в вечность, и на мгновение жена ощутила легкую тревогу.
- Кажется, когда она передавала билеты, на входе могли не рассмотреть, что они от нас, - рассеянно заметила она, поправляя воротник блузки.
Озабоченность мгновенно передалась всем. Ведь выгодные предложения, как известно, действуют только сегодня. И, подгоняемые внезапно нахлынувшей суетой, они поспешили вперед, к турникетам, боясь опоздать на свой последний сеанс, как когда-то боялись опоздать в кино на прокат нового фильма.