В Мосгорсуде, где кабинеты отзываются от четких формулировок приговоров, сегодня закончилась апелляция по делу Вильяма Демчога — сына актёра Вадима Демчога, известного зрителям по роли Купитмана в "Интернах". Двадцатилетний подсудимый находился в клетке для обвиняемых, пока судья монотонно зачитывала решение о подтверждении двухлетнего срока в колонии общего режима. В этом зале растаяли последние надежды защиты, столкнувшиеся с тяжестью доказательств мошенничества в особо крупном размере. Вильям, в простой серой рубашке, опустил голову, когда прозвучали слова "жалоба без удовлетворения", и в зале воцарилась притомлённая тишина.
Апелляционный зал был заполнен примерно на две трети; напряжённость придала ему будто меньшие размеры. Адвокат Владимир Шелупахин акцентировал внимание на раскаянии подзащитного: "Он полностью признал вину, вернул пострадавшему все средства, извинился перед семьёй". Судьи в чёрных мантиях обменялись многозначительными взглядами, после чего председательствующая приступила к оглашению резолютивной части — каждое её слово звучало тяжело. Вильям побледнел, у него задрожали пальцы, когда он держался за решётку.
Как сработала схема
Дело началось с незаметного телефонного звонка пенсионеру в 2023 году. Мошенники, представлявшиеся сотрудниками банка, убедили 82-летнего мужчину перевести сбережения на так называемые "безопасные счета". В результате с его счёта ушло почти два миллиона рублей — вся накопленная на чёрный день сумма. Роль Вильяма ограничилась функцией дроппера: он получал переводы и обналичивал деньги. Группа из четырёх человек действовала слаженно. Вильям, студент московского вуза по IT‑специальности, оказался втянут через знакомых, которые обещали "быстрые деньги"; за несколько месяцев он получил около 300 тысяч рублей.
На первом судебном заседании в Мещанском суде в июне зал был битком: семья Демчогов заняла места в первом ряду — отец с тяжёлым выражением лица, мать с платком в руках. Вильям, стоя у трибуны, говорил тихо и запинаясь: "Я не знал, что деньги краденые, думал, это просто переводы для друзей". Прокурор последовательно зачитала список транзакций. Услышав приговор "два года колонии", парень застыл и прошептал "пожалуйста, не надо", откуда по залу прошёл вздох.
Апелляция: лица и реплики в Мосгорсуде
Апелляция прошла при схожем накале. Вильям вошёл в клетку с опущенной головой; его покрасневшие от бессонницы глаза пробежали по рядам, где сидел отец. Шелупахин начал с рассказа о происхождении подзащитного: "Он вырос в творческой семье, выбирал профессию программиста — это первая серьёзная ошибка, которую он осознал и за которую возместил ущерб". Прокурор ответила коротко и жёстко: участие в группе и извлечение выгоды — сознательное деяние, а не случайность. Вильям в своей речи дрожал, повторяя: "Я думал, это законно, друзья уверяли, что счета чистые".
Когда председатель зачитал итоговое решение — "приговор оставить без изменений" — в зале воцарилась гнетущая тишина. Вильям сжал кулаки, лицо исказилось от боли; адвокат в ответ прошептал: "Будем добиваться УДО через шесть месяцев". Отец, выходя из зала, кивнул сыну, но в его взгляде читалась горечь — он выплатил возмещение потерпевшему. Потерпевший, присутствовавший на заседании, кивнул с оттенком удовлетворения: "Деньги вернули, а доверие — нет".
Последствия для семьи и дальнейшие шаги
После оглашения приговора семья собралась в коридоре суда; Вадим, обняв супругу, тихо утешал её, а адвокат рассказывал о планах — подача ходатайства об условно‑досрочном освобождении после отбытия половины срока. Вильям, уже в автозаке, успел написать матери записку: "Прошу прощения, я исправлюсь". Остальные участники группы получили сопоставимые сроки. Отец, актёр с многолетним стажем, отменил часть съёмок, чтобы быть ближе к сыну; мать взяла отпуск и планирует еженедельные свидания. Так это дело завершилось в зале суда, оставив после себя не только правовую оценку, но и урок, который, вероятно, надолго останется в памяти молодого человека.