У Марины был идеальный бизнес-план. Инвестор был готов дать деньги. Шанс изменить жизнь — вот он, в шаге от нее. А она... внезапно заболела. У нее поднялась температура, появилась страшная мигрень, и она пролежала в постели ровно до тех пор, пока окно возможностей не захлопнулось.
У Дмитрия была другая история. Каждый раз, когда его доход наконец-то переваливал за комфортную планку, в его жизни случалось нечто: ломался автомобиль, требующий дорогого ремонта, или он совершал глупую финансовую ошибку, спуская все накопления. Он называл это «проклятием», но это было не проклятие. Это был страх.
Не страх бедности. А панический, иррациональный страх самих денег. Или того, что за ними следует.
История-расследование: спуск в финансовое подполье психики.
На сеанс ко мне пришла Елена. Умная, талантливая женщина, которая годами не могла выйти из долгов. «Я как будто стою на месте, хоть убейся!» — жаловалась она.
Мы начали регрессию, и картина стала проясняться. Сначала она вышла на воспоминание из 10 лет: отец, придя с работы, с горечью говорил: «Опять эти деньги... Одни проблемы. Лучше бы мы жили проще, без этих нервов».
Потом — картина из 5 лет: ссора родителей. Громкие крики, мама плачет. И ключевая фраза, брошенная в гневе: «Из-за твоего богатства мы все несчастны!»
А потом... потом был более глубокий слой. Родовой. Елена увидела своего прадеда, зажиточного купца. 1930-е годы. Конфискация имущества. Ненависть соседей. Семья, выброшенная на улицу. Вывод, который намертво впитало несколько поколений: «Большие деньги = большая опасность. Быть богатым — значит быть под прицелом. Значит потерять все. Значит быть виноватым».
Момент озарения и проработки.
В кабинете Елена плакала. Эти слезы были не только ее. Это были слезы ее рода, всех тех, кого наказали за благополучие. Ее бессознательное верно служило ей: оно любыми способами удерживало ее в бедности, чтобы спасти от гипотетической катастрофы.
Мы проделали огромную работу. Отделили ее жизнь от страхов прадеда. Показали тому внутреннему ребенку, что деньги сегодня — это не опасно, а наоборот, это безопасность, свобода и возможность помогать близким. Мы «распустили» этот родовой узел.
Какие изменения произошли?
Через полгода Елена не «разбогатела вмиг». Но она прислала такое сообщение: «Это магия. У меня наконец-то появились сбережения. Они просто... есть. И не утекают в черную дыру. А на прошлой неделе я подписала контракт, от которого раньше бы отказалась из-за страха. Я наконец-то разрешила себе не беднеть.»
Что же это было? Это классический «максиматор угроз» нашего подсознания.
Оно берет реальный травматичный опыт (ваш или вашего рода) и делает из него глобальный вывод, чтобы защитить вас. Чаще всего эти установки звучат так:
- «Деньги — это грязь, зло, раздор» (после детских ссор родителей из-за финансов).
- «Богатые — плохие, жадные, их ненавидят» (родовые сценарии репрессий, зависти).
- «Я недостоин» (если в детстве вам внушали, что вы «обуза» и на вас «тратят последнее»).
Ваше сознательное «я» хочет денег. А бессознательное, ваш внутренний страж, — панически их боится и саботирует любой ваш шаг к ним. Потому что для него богатство — это смертельная опасность.
А что говорит ваше подсознание о деньгах? Пройдите небольшой тест. Часто ли с вами случается что-то из этого?
- Вы получаете неожиданный доход — и тут же случаются траты, которые его «съедают»?
- Вам сложно брать адекватные деньги за свою работу, вам кажется, что это «слишком много»?
- Вы чувствуете вину, когда покупаете себе что-то дорогое?
- Вы считаете, что богатые люди «продали душу» или с ними «что-то не так»?
Напишите в комментариях номер пункта, который вам откликнулся. Давайте соберем этот пазл — какие родовые установки управляют нашим кошельком?
P.S. В следующем посте разберем самый болезненный и личный страх — страх счастья в отношениях. Почему мы бежим от тех, кого любим?