Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Психоаналитичка

Либидо в общем понимании.

Либидо - это не просто сексуальное влечение (вульгарное понимание), а универсальный энергетический импульс психики: к жизни, любви, творчеству, связи. Либидо не говорит, оно проявляется - в симптомах, снах, ошибках, фантазиях. Это речь бессознательного. Это про тягу к соединению. С жизнью. С другим. С собой. Либидо - это сила, которая стоит за выбором, страстью, созданием, даже за ошибкой. За тем, к чему тянет, и от чего невозможно отвязаться. Где либидо застревает - там появляется симптом. Где либидо не находит выхода - там бессилие, апатия, психическая глухота. Там, где нет желания - там вытеснение. Ты можешь говорить, что тебе «ничего не хочется», но психике все равно - она хочет всегда. Если не осознанно - то через тело, сон, тревогу. Апатия - не отсутствие желания. А его запрет. Строгий, внутренний, часто детский. «Не чувствуй. Не стремись. Не высовывайся. Не люби». Когда мы не знаем, чего хотим - это не потому, что желания нет. Это потому, что где-то внутри оно оказалось слишком

Либидо - это не просто сексуальное влечение (вульгарное понимание), а универсальный энергетический импульс психики: к жизни, любви, творчеству, связи.

Либидо не говорит, оно проявляется - в симптомах, снах, ошибках, фантазиях. Это речь бессознательного.

Это про тягу к соединению.

С жизнью.

С другим.

С собой.

Либидо - это сила, которая стоит за выбором, страстью, созданием, даже за ошибкой.

За тем, к чему тянет, и от чего невозможно отвязаться.

Где либидо застревает - там появляется симптом.

Где либидо не находит выхода - там бессилие, апатия, психическая глухота.

Там, где нет желания - там вытеснение.

Ты можешь говорить, что тебе «ничего не хочется», но психике все равно - она хочет всегда.

Если не осознанно - то через тело, сон, тревогу.

Апатия - не отсутствие желания.

А его запрет.

Строгий, внутренний, часто детский.

«Не чувствуй. Не стремись. Не высовывайся. Не люби».

Когда мы не знаем, чего хотим - это не потому, что желания нет.

Это потому, что где-то внутри

оно оказалось слишком опасным,

чтобы его можно было признать.