Сегодня мы привыкли к цифровым кистям и бесконечным слоям Photoshop'а, но ещё каких-то 30-40 лет назад цвет в мультфильме создавался кистью, химией и светом.
Каждый кадр — это физический объект, написанный вручную.
Попробуем вспомнить, как это происходило — на примере трёх великих школ: американской, советской и японской 📽️
🇺🇸 Дисней: "Белоснежка и семь гномов" (1937)
Первая полнометражная цветная анимация.
Художники переносили контуры героев на прозрачные целлулоидные плёнки, а затем раскрашивали их с обратной стороны спиртовыми красками — чтобы линии оставались идеально чёткими.
Фон писали гуашью, а снимали всё это через мультиплан-камеру, создавая глубину и ощущение движения. Цвет проявлялся не на экране, а в самой химии плёнки — свет, проходя сквозь слои целлов, буквально запекался в изображении.
Каждая сцена — это сотни кадров, и каждый кадр кто-то раскрасил вручную.
🇷🇺 СССР: "Ёжик в тумане" (1975, Юрий Норштейн)
Советская школа мультипликации делала ставку не на блеск, а на поэзию кадра. Цвет здесь — не техника, а настроение, инструмент рассказа и состояния.
Раскрашивали кадры вручную гуашью, акрилом или темперой, часто смешивая пигменты прямо в банках, потому что готовых красок просто не существовало.
Каждая сцена имела свою цветовую ведомость: в ней указывали номера кадров, оттенки и степень прозрачности.
На «Союзмультфильме» существовали целые отделы колористов, которые часами наносили краску на обратную сторону целлов, следя, чтобы тон не бликовал под камерой.
В сложных сценах — как в «Ёжике» — применяли многослойные стеклянные пластины. На них художники размывали белую гуашь, создавая настоящий дым и свет. И когда камера освещала эти слои снизу, туман становился живым — он по-настоящему светился.
Советская мультипликация выросла на пересечении живописи и поэзии: каждый кадр писался как картина, а не собирался как конвейер. Отсюда — её неповторимая мягкость и теплая, ручная фактура изображения.
🇯🇵 Япония: студия Ghibli
У Миядзаки цвет — это воздух.
Персонажи ещё раскрашивались вручную акрилом по целлам, но фоны писались гуашью и японской краской Nicker Poster Color, которая даёт мягкое, матовое сияние, похожее на акварель.
Каждый оттенок утверждался индивидуально:
в «Тоторо» более двадцати оттенков зелёного — от мха после дождя до леса на закате. Позже, начиная с "Принцессы Мононоке", студия перешла на цифровую систему Toonz, но принципы остались те же: даже в цифре цвет должен дышать и оставаться «рукотворным».
Каждая школа понимала цвет по-своему:
🇺🇸 в Америке — точность и свет,
🇷🇺 в СССР — живопись и атмосфера,
🇯🇵 в Японии — поэзия и чувство пространства.
Но всех объединяло одно:
🎨 цвет был живым существом, которое рождалось из света, пигмента и терпения.
И, возможно, именно поэтому старые мультфильмы до сих пор кажутся тёплыми, будто нарисованными сердцем.