Часть Третья
Дома было неожиданно хорошо. Д.И. предался мечтам. Мечты помогают преодолевать и даже продлевать. Помогли и в субботу. Даже приснился прекрасный сон. Закончился день, перешедший в ночь, а затем и в утро дня следующего. Следующий день был воскресеньем.
Воскресенье… Воскресенье – это футбол. В смысле – сходить на стадион, поорать. Делать это лучше с друзьями. Не просто лучше, а даже очень желательно. Друзья, ау!!! Ну, кто из жён отпустит дорогого мужа «на футбол»? Нет, есть, конечно, такие, что с удовольствием избавятся хоть на денёк от благоверного. Есть и другие – они просто обрадуются, что супруг может отдохнуть с друзьями, восполнить утрачиваемые устремления юности. Только не в сауне со жрицами и гетерами. Про гейш и говорить не приходится. Но, в основном, чего уж там, преобладают, и, можно сказать, доминируют (во всех смыслах) известно какие хранительницы очагов. Пламя очага должно быть высоким, обжигающим, и мужчины сгорают в этом огне. Как мотыльки.
Чудес не бывает. Как не бывает достаточно большого числа друзей, чтоб просто по закону больших чисел, а также по теории вероятностей, выпал счастливый шанс…. Идти на футбол одному? – скучно подумал Д.И. Или чисто по телеку, но с пивом? Футбольные мысли (а не только сам футбол, как пинание кожаного мяча) были некоей отдушиной в не такой простой, как инфузория-туфелька, жизни Дениса Ивановича. Они отвлекали от мрачной суеты повседневности. Поизучать турнирную таблицу, посчитать статистические данные, сделать выводы и прогнозы, а потом проверить. Невинное хобби. Главное – не заигрываться в тотализаторах и не просиживать штаны и не просаживать валютно-кредитные накопления в букмекерских конторах.
Решение Денисом Ивановичем было быстрым и самоотверженным, как и положено для настоящего мужчины, - остаться дома. Тем более, что пиво – живое и нефильтрованное – уже несколько дней, как стыло в холодильнике. Как иная кровь стынет от ужаса.
Воскресенья характерны воскрешеньем от пятниц-суббот и подготовкой, моральной, в первую очередь, к понедельникам. Не для всех, конечно, характерны, но для Д.И. – всегда. Понедельники обещали ему очередную рутину всевозможного законодательства и казусов юридического свойства. Дома Д.И. старался не работать, а иногда – не старался работать. Тут главное – не взять случайно с работы домой документы, особенно, конфиденциальные, а также конгениальные (не путать с гениальными!!) мысли. Над этой проблемой Д.И. работал долго, но успешно. И когда паззл сложился, то подумал Д.И., что это хорошо.
Итак, футбол! Но сегодня футбол оказался скучным, и в голове Д.И. непроизвольно замелькали эпизоды из вчерашних посиделок в общественном месте. Ему было несколько стыдно за нескромные мысли, охватывавшие его тогда. Но в действиях он был безупречен – так ему казалось – хотя и бестолков, а в этом он был, как раз, уверен. Если говорить откровенно, то практически каждый выход Д.И. в свет провоцировал его на особое внимание к прекрасному полу, их ланит, персей (как настаивал великий поэт), а порой и их профилей. Мужское дело нехитрое.
Пива в холодильнике было немного, поэтому после скучной футбольной трансляции, сдобренной ячменным напитком, Д.И. на подвиги не потянуло. А потянуло к источнику знаний – к книге. Д.И. открыл томик на странице, заложенной им своей визитной карточкой аж неделю назад . "Так, о чём тут речь?" - сразу задался вопросом Денис Иванович. Сюжет всё-таки вспомнился, но имена героев – не очень. Who is who, в конце концов? Пришлось пролистать немного назад.
Что такое чтение? Это наблюдение за чужими жизнями, мыслями и чувствами через накопленный опыт и изощрённый ум авторов. До состояния, когда они становятся родными – и люди, и мысли с чувствами. Или не становятся. Познаёшь себя в этом мире, и не всегда эти знания к собственному удовольствию. И нельзя позволить себе сломаться под тяжестью открываемых истин, порой жестоких.
Д.И. читал нынче дамский роман. Женская душа – не просто потёмки, это вековая загадка. Загадка даже для них самих, барышень любых возрастов и любых оттенков серого и др. Процесс данного чтения имел своей целью пройтись хотя бы по поверхности отгадки. Конечно, можно было пользоваться плодами исследований великих, но Д.И. уже давно принял решение доходить до всего самостоятельно, стараясь, при этом, не доходить до ручки. Что вполне реально, когда всё сам и сам.
В этом дамском романе эти самые дамы очень смешно, на взгляд Д.И. рассуждали о джентльменах и оценивали их с неожиданной для него стороны. А сторон этих было немало. «Надо осмыслить…», - было последней осмысленной мыслью Дениса Ивановича, прежде чем провалиться ему в тревожный сон, предваряющий понедельник. Книга упала на пол кверху открытыми страницами, что бывает редко. Но Д.И. этого уже не видел и, тем более, понятия не имел, что это означает. Утром он проснётся и не обратит на книгу внимания.
Даже по понедельникам Д.И. был в офисе первым. Всегда. И сегодня тоже. Это была не дисциплина, возведённая в абсолют. Просто в силу врождённого или благоприобретённого (Д.И. этого точно не знал) абстрактно-тревожного состояния в ходе посещения им присутственных и общественных мест ему требовалось время привести себя в морально-психологический порядок и приготовиться к внешним раздражителям. Раздражители были всегда и всюду. Опять же – этот новый шеф наверняка устроит с утра что-то типа планёрки, затребует материалы о проделанной «за отчётный период» работе, о перспективном и текущем планах и т.д. и т.п. Люди из министерства – они такие. «Тьфу!»,- думал Д.И. с отвращением.
Начали подтягиваться коллеги. Контора, в которой Д.И. трудился уже третий год, была солидной, с большим, но незримым госучастием через институт партнерства в лице ответственных товарищей. Это не спасало контору от текучести кадров, даже наоборот. Денис Иванович считался ветераном, и не успевал всех новых коллег запомнить по имени-отчеству. А вот и новый шеф проскользнул незамеченным ото всех (кроме Д.И.) в свою прозрачную будку и тут же забаррикадировался с помощью жалюзи. Д.И. не ожидал, что он появится так рано. Не принято же это людям из элиты! Значит, даст сейчас вверенному коллективу важное задание и уедет по своим, сугубо начальственным (или личным?), делам….
Стрельнула глазами проходящая мимо, к кофе-автомату, недавно принятая на работу бухгалтерша бальзаковского возраста (кстати, это вовсе не 40-50 лет, а совсем даже 30-40). Периферийным зрением Д.И. увидел этот выстрел с глушителем. Глушил его Д.И. сам, не давая поводов никому и ни для чего. Он знал строгий мужской закон о поведении на работе и свято чтил его. «Закон суров, но он – закон». Хотя льстило, безусловно, что не самые последние в очереди за личным счастьем барышни ещё обращают на него внимание. Это «ещё» длиться бесконечно, конечно, не будет – Д.И. это отчётливо понимал, включая компьютер. Рабочий день начался.
Окончание следует