О замполитах
Воспоминания о роли замполитов и особистов в советском флоте
Пришло время рассказать о том, что не позволяло нам слететь с катушек в дальних океанских походах и о тех, кто за это отвечал по своим непосредственным обязанностям. Я, конечно же, имею в виду замполитов, а также о личных хобби членов экипажа.
Можно по-разному относиться к замполитам, многие отзываются о них нелицеприятно, но лично я с этим не согласен. Если мы являемся воинской частью, а каждый корабль представлял собой обособленное подразделение со своим номером войсковой части, то нам по штату положен свой политработник, профессиональный воспитатель, а в описываемых событиях – ответственный за душевное состояние личного состава. В стародавние царские времена это был корабельный священник, а у нас его роль выполнял замполит. Только не путайте с особистами, представителями 1-го (особого отдела), многие их почему-то путают с политработниками. Конечно это не тот плакатный замполит с пистолетом в руке, который поднимает за собой полк в атаку. Нет, у него была другая задача.
Замполит хорош уже тем, что отвечает за демонстрацию каждым вечером кинофильма, хоть иногда бывает так, что это один и тот же фильм, но это ведь не важно, если фильм хороший, почему бы ещё раз не посмотреть, не правда ли? Ещё он организатор экскурсий при заходах в зарубежные порты, это тоже очень полезная и важная его функция. Ещё человек этот должен быть душевным, с которым можно переброситься доброжелательными фразами, а значит слегка «сдуться» если накопились какие-то «напряжёнки» в душе. Корабельная библиотека опять же на его ответственности. Спортивные соревнования, конкурсы там всякие, познавательные доклады, курсы и симпозиумы тоже организовывали замполиты. А из прикомандированных ученых было много очень интересных и образованных людей, которые готовы были читать нам лекции на самые разные темы. Мы с удовольствием ходили на эти занятия. Ведь многие из нас были просто гениальными самоучками, осваивали всё самостоятельно, поэтому эти курсы были чем-то вроде ликбеза. В результате такой самоподготовки я потом сдавал прямо без подготовки экзамены в своем заочном институте, в который я поступил в один из моментов долгого простоя своего корабля у стенки. Поступление в институт помогло в дальнейшем претендовать на должность инженера.
Ещё замполиты отвечали за коллективное творчество экипажа. Прямо как массовики – затейники. В любом человеческом коллективе всегда найдутся способные и талантливые люди с навыками музыкантов, танцоров или более или менее способных певцов. Так было и у нас. Рано или поздно, причем это случалось на каждом моём корабле, когда обычный десяток-другой увлечений надоедал, сбивалась инициативная группа талантов, обычно называемая вокально-инструментальным ансамблем. Название могло быть самым разным, естественно связанное с романтикой моря, а вот репертуар подбирался таким, чтобы и «волки были целы и овцы сыты». Обычный советский репертуар всех устраивал. Когда затягивали «Под крышей дома твоего» Юрия Антонова, слёзы наворачивались даже у самых стойких морских волков.
Я тоже участвовал непосредственно в создании ансамбля. На мне было аппаратное обеспечение. Задача непростая – из одного усилителя от кинопроектора сделать установку для озвучивания нашего концертного зала (вертолётного ангара, само собой). Надо было сбалансировать все входные сигналы, суммировать и подать на вход этого единственного на корабле киношного усилителя с такими же киношными колонками. Ранее я уже писал, как пел в шахте выдвижных устройств вместе с тем медведем, который мне наступил на ухо, поэтому, из инструментов мне доверяли только маракасы. Гремя ими, я не бил баклуши, а вносил посильный вклад в музыкальное сопровождение. Я всегда критически относился к своим музыкальным способностям, хотя музыку любил, люблю и буду любить (впоследствии я стал инженером-звуковиком на «Ленфильме»), поэтому стоял в сторонке, следил за аппаратурой, проводами и периодически наяривал этими маракасами тогда, когда считал это необходимым.
Надо отметить, что замполиты были самыми разными людьми, от кремлёвских курсантов в прошлом, до необразованных крестьян. Но все, как вы уже давно поняли с мощной поддержкой «сверху». Кто-то использовал свои связи для блага экипажа. К примеру, выбивая нам самые лучшие и свежие на тот момент фильмы. Такие как «Тегеран 43» или «Любовь и голуби». Эти фильмы ещё не вышли в прокат на большой земле, а мы их уже досматривали до дыр, зная наизусть все знаменитые фразы, перешедшие в народ. А кто-то просто пользовался своими связями, чтобы удержаться на привлекательном месте службы.
Тут просится сразу рассказ о легендарной личности из замполитов – о Лисапеде. Очень колоритным человеком был этот замполит. Я с ним ходил в поход, работая на ОИС «Молдавия». Был он, что называется «от сохи». Если представить себе крестьянина с западной Украины, низенького, крепкого, квадратного, с бесхитростным складом ума, но крайне злопамятного, в то же время простого как 2 копейки и улыбчивого, то это и будет наш Лисапед. Именно так он и вошел в историю. Никто сейчас не помнит его по фамилии. Кого бы я ни спрашивал. Но каждый старожил нашей конторы поймёт о ком идёт речь, как только скажут слово «лисапед». К моему приходу на «Молдавию», Лисапед все свои «перлы» уже выдал. Поэтому могу воспроизводить их только с чужих рассказов.
Ну, прежде всего, как родился его псевдоним. Он никак не мог выучить слово велосипед и говорил «лисапед», думаю что в его местности все так говорили, а он искренне считал, что так говорить вполне нормально. Итак, проводя экскурсии, он выдавал такую фразу гостям научного лайнера– «а ТУТА у нас ВЕТРОЛЕТНЫЙ АМБАР и он такой большой, что в ЁМ можно ездить на ЛИСАПЕДЕ!». С тех пор он повторял эту фразу на каждой экскурсии. Поэтому к нему и приклеилось это прозвище. Лаборатория у него была «лабраторией», а объявления по трансляции могли прозвучать так – «Кто хочет глядеть кино, гляди на доску объявлений возле дежурного!»
Лично мне он сказал глубокомысленную фразу, доказывающую, что он значительно поумнел и знает кое-какие термины - «Какая же у него парусность высокая». Это об эсминце «Современный», которого выводили с завода и мы задумчиво наблюдали, как он пройдет мимо нас, отправляясь служить на Северный флот. Это было так неожиданно для меня, что я невольно запомнил. Хотя думаю всё же, что парусность у всех эсминцев примерно одинаковая.
Любимым занятием Лисапеда было ходить по прогулочной палубе и подслушивать то, что говорят в каютах, обычно из-за духоты в каютах все иллюминаторы были открыты настежь. Это мы поняли тогда, когда в какой-то момент он любовно обнял Васю Оладу, у которого мы обычно собирались компанией. Причём это сделал он сквозь занавески, через окно с прогулочной палубы, видимо показывая своё огромное к нему уважение, и, видимо, намекая на советский плакат «не болтай» от чего тот чуть «кондрашку» не схватил от неожиданности. А мы поняли, что не только телефон нас подслушивает, но и уши Лисапеда.
Хотя в основном мне из замполитов попадались очень достойные люди. Один из них даже наградил меня значком «за дальний поход», правда это произошло спонтанно и по моей заявке, но неважно, главное, что он это сделал без всяких отговорок. Получилось так, что на счету у меня уже было несколько дальних походов. А существует очень красивый военный значок, который вроде как могли бы мне и вручить. В связи с этим я и «подколол» своего замполита, а почему, собственно, я не награждён? Без всяких препирательств он пригласил меня в свою каюту, извинился, что не в торжественной обстановке и вручил значок нового образца. Старого образца был бы, конечно, красивее, но теперь я имел моральное право красоваться в день ВМФ с любым таким знаком. А старый красивый я себе потом выменял, так что тот, замполитовский теперь у меня на почётном месте, в обрамлении якоря, украшает стенку.
Про особистов
Встреча с офицером контрразведки на советском корабле
Для тех моих читателей, которые не знают, кто такие особисты, поясню – это офицер особого (первого отдела) представляющий Комитет Государственной Безопасности в любом подразделении нашей страны, будь то воинская часть или любое советское предприятие. В нашем случае это не просто сотрудник КГБ, а офицер контрразведки, подчиняющийся непосредственно комитету.
Знакомство у меня с ним произошло, как обычно бывает в таких случаях - вызвали по трансляции как и вызывают поочерёдно всех новых членов команды корабля для непосредственного знакомства с органами безопасности. Устанавливается вербальный контакт и, соответственно, вербовка потенциальных агентов, тут уж как пойдёт. Это я так себе представлял цели этой ознакомительной беседы.
Чем он занимается на самом деле, я понял сразу, как только попал в каюту этого нашего особиста – большими буквами на переборке красовалась надпись на плакате – «Трудно искать чёрную кошку в темной комнате, особенно когда её там нет!».
О черной кошке в темной комнате и словах китайского мудреца Конфуция практически все население СССР узнало от интеллигента Груздева, персонажа сериала «Место встречи изменить нельзя» и к тому же по сюжету без вины виноватого.
Мне же кажется, этот плакат в каюте объяснял весь план действий этого самого секретного подразделения нашего корабля.
Мне было сказано прямо – что всем на пароходе совершенно точно известно, что я рисую портреты жен на заказ. «За бутылку конька…» - попытался вставить я, но это «как бы» не было им замечено. Поэтому он тоже хочет меня «попросить» изобразить его супругу для большей чувственности его воспоминаний в момент разлуки во время этого плавания. Короче, меня практически «завербовали» для работы на КГБ. И ведь не отказаться же! До этого только Кутузов (командир «Михаила Крупского») позволял себе меня использовать без поощрения, если не считать жевательной резинки конечно, ну я об этом уже рассказывал. А тут смотрю - нехорошая тенденция намечается. Видимо особист считает себя в той же весовой категории, что и командир корабля. Ну ладно уж, чего не сделаешь ради «безопасности» страны.
Но передо мной во весь рост нарисовалась неразрешимая проблема. Заключалась она в следующем – я совершенно точно знал по одной фотографии, какова была у него жена на тот текущий момент времени, и какой она была очаровательной в молодости по другой фотографии. В творческом задании требовалось найти среднее арифметическое. Но это были буквально два разных человека!
Не то, чтобы мы в результате с ним подружились, меня бы никто не понял из моих сотрудников, но раз мне заказывался рисунок жены безвозмездно, то, получается, я работал на контрразведку даром. Иначе говоря, как бы по дружбе. Причем по пароходу в результате пошёл слух, что я активно работаю на особиста, ведь ходить мне к нему пришлось не раз и не два. Ведь рисунок категорически не получался! К сожалению, мне никак не удавалось провести аппроксимацию двух образов и получить третий. Я ведь был не опытный рисовальщик, а всего лишь самодеятельный начинающий художник, набивающий руку на портретный стиль рисунка.
Представить какая бы она могла быть между этими двумя снимками я так и не смог. С этой «ответственной задачей комитета» я не справился, о чем искренне сожалел. Хотя на наших с ним отношениях это никак не повлияло. Особисту приятно было думать, что я на него работал, хоть и не в том качестве как бы ему хотелось. Ничего больше я о нём не знал, да и не мог бы знать, служба у них такая. Может быть, он вписал меня даже в свой отчет о проделанной работе, трудно сказать…
Хотя в их рядах бывали и очень странные представители. Я уже рассказывал о том, как нашли «черную кошку» в моём соседе по каюте, и только из-за того, что он очень любил постоянно фотографировать. Но это было уже на другом корабле - на «Молдавии». Видимо у того особиста был другой принцип работы – «не надо искать чёрную кошку, когда её нет - назначь её сам!».
Предыдущая часть:
Продолжение: