В 2015 году клиентка Сбербанка заявила, что открыла вклад на сумму примерно 37 000 долларов США и в дальнейшем регулярно пополняла его. В 2017 году, по её версии, при попытке снять часть средств она обнаружила, что по вкладу нулевой баланс.
Банк в противоположность этому утверждал, что указанный вклад не был оформлен: внесение наличных средств якобы было зарегистрировано, но затем операция была аннулирована, в результате чего клиентка фактически сняла денежные средства со старого, уже существовавшего вклада.
Спор ушел в суд. Истец утверждала, что передавала наличные банку и оплачивала вклад, просила восстановить баланс вклада и взыскать с банка средства. Банк настаивал, что факта открытия заявленного вклада не было; операции по внесению наличных, о которых заявляла женщина, не подтверждаются банковскими документами.
Ключевым недостатком со стороны истицы стало отсутствие приходно-кассового ордера (ПКО) - расписки или документа, фиксирующего приём наличных средств в кассу банка. В делопроизводстве ПКО рассматривается как основное подтверждение факта передачи наличных. Кроме того, банк в материалы дела предоставил не оригиналы документов по операциям, а, по сути, скриншот своей программы аудита, что суды ранее посчитали недостаточным доказательством внесения наличных именно в заявленном объёме и на заявленный вклад.
Рассмотрение в нижестоящих инстанциях и отмена Верховным судом
Первичные решения по иску исходно вынесли суды нижних инстанций (включая Никулинский районный суд и Московский городской суд), которые трижды отказали истице в возмещении средств, сочтя, что она не доказала факт передачи денег банку и, следовательно, сам вклад официально не существовал. Также аналогичное решение принял Второй кассационный суд общей юрисдикции.
Однако Верховный суд РФ, рассмотрев материалы, указал на существенные процессуальные и фактические пропуски в исследовании доказательств нижестоящими судами.
Судебная коллегия констатировала, что истица оспаривает получение банком наличных в размере 38 060 долларов США после закрытия вклада «Сохраняй Онлайн», и, учитывая отсутствие доказательств внесения этих средств на иной вклад, суды обязаны были детально выяснить обстоятельства снятия именно этой суммы.
При этом в деле не оказалось необходимых для этого документов, а банк представил лишь скриншот своей программы аудита.
Из‑за допущенных нарушений Верховный суд отменил предыдущие решения: решение Никулинского районного суда от 1 сентября 2020 года, апелляционное постановление Московского городского суда от 24 февраля 2021 года и определение Второго кассационного суда от 22 июня 2021 года, и направил дело на новое рассмотрение в Никулинский районный суд Москвы.
Повторное рассмотрение и решения судов
При повторном рассмотрении (дело № 02-2574/2022) Никулинский районный суд пришёл к выводу в пользу истицы. По письменному решению суда Сбербанку было предписано выплатить женщине более 2 миллионов рублей, в том числе 50 тысяч рублей в качестве компенсации морального вреда.
Это решение опиралось на иные доказательства и оценку обстоятельств дела, учитывавшую указания Верховного суда о необходимости более подробного расследования обстоятельств снятия спорной суммы.
Дальнейшие иски и дополнительная индексация
После этого в 2023 году истица подала ещё один иск к банку (дело № 02-5741/2023), в рамках которого суд взыскал с Сбербанка индексацию процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 27 февраля 2020 по 29 сентября 2020 года - порядка 450 тысяч рублей.
Таким образом, к сумме основного решения добавилась ещё одна взысканная сумма, и в совокупности исполнительные производства в интересах истицы принесли примерно 2,5 млн рублей (более 2 млн по первому решению, 50 тыс. морального вреда и около 450 тыс. индексации).