Роман Мэри Шелли «Франкенштейн, или Современный Прометей» (Frankenstein; or, The Modern Prometheus), впервые опубликованный в 1818 году, остаётся одним из ключевых текстов европейской литературы — мостом между эпохой Просвещения и романтизмом, между научной мыслью и мистической тревожностью нового времени. В изданиях 1910‑х годов с предисловиями XX века роман обрёл новую актуальность: его стали воспринимать не только как готическую историю, но и как пророческое размышление о науке, этике и границах человеческого вмешательства в природу.
Исторический контекст и значение предисловий XX века
В начале XX века, на фоне бурного развития науки и техники (электричество, радио, первые опыты с генетикой), «Франкенштейн» прочли как предупреждение. Предисловия к изданиям 1910‑х подчёркивали:
- этическую ответственность учёного: знание без морали ведёт к катастрофе;
- опасности неуправляемого прогресса: творение может обернуться против творца;
- метафору «нового мифа»: Виктор Франкенштейн — современный Прометей, похитивший огонь у богов, но не сумевший удержать его.
Эти трактовки закрепили за романом статус первого научно‑фантастического текста и сделали его символом диалога науки и гуманизма.
Краткое содержание
Повествование выстроено как эпистолярный роман — череда писем капитана Уолтона, который встречает в арктических льдах измождённого Виктора Франкенштейна. Тот рассказывает свою историю.
Юность и одержимость наукой
Виктор Франкенштейн, талантливый студент из Женевы, поглощён идеей постичь тайну жизни. В уединённой лаборатории он собирает тело из фрагментов мёртвых организмов и оживляет его посредством некого «жизненного импульса» (Шелли избегает точных научных объяснений, сохраняя мистическую атмосферу).
Но увидев своё творение — огромное, нечеловечески сильное существо с разорванными швами и пугающим взглядом — Виктор в ужасе бежит.
Бегство и месть
Созданное им существо, оставленное без руководства и любви, скитается в мире, где его ненавидят за внешность. Оно учится говорить и читать, осознаёт свою отчуждённость и приходит к Франкенштейну с требованием:
«Сотвори для меня подругу, иначе я буду мстить».
Виктор сначала соглашается, но затем разрушает начатую работу, боясь появления целого рода чудовищ. В ответ существо убивает ближайшего друга Виктора — Генри Клерваля, а позже — его молодую жену Элизабет в ночь их свадьбы.
Погоня на край света
Охваченный виной и гневом, Франкенштейн преследует своё творение через Европу и Россию, вплоть до арктических пустошей, где его находит Уолтон. На глазах капитана существо, увидев мёртвого Виктора, заявляет:
«Я иду на север, чтобы сжечь себя на погребальном костре».
И исчезает во льдах.
Ключевые темы и идеи
- Прометей как аллегория
Виктор — новый Прометей: он похищает «огонь» (знание о жизни), но вместо блага приносит страдание. В отличие от античного героя, он не жертвует собой ради людей, а действует из гордыни. - Наука без этики
Шелли показывает, что стремление к знанию без ответственности и сострадания ведёт к разрушению. Виктор не думает о последствиях своего эксперимента, пока не становится слишком поздно. - Отчуждение и «чужой»
Существо — жертва не меньше, чем злодей. Его злодеяния — результат отвержения. Роман ставит вопрос: кто более чудовищен — творение или творец? - Материнская тема и «неправильное рождение»
Франкенштейн создаёт жизнь без женщины, нарушая естественный порядок. Это подчёркивает трагическую неполноту его деяния: у существа нет ни семьи, ни прошлого, ни имени. - Романтический конфликт
Противостояние индивидуума (Виктор) и природы, гордыни и смирения, рационального и мистического — ключевые мотивы романтизма.
Художественные особенности
- Рамочное повествование (письма Уолтона + рассказ Виктора) создаёт эффект достоверности и дистанции, позволяя читателю самому судить о происходящем.
- Готическая атмосфера: мрачные лаборатории, грозовые ночи, пустынные ландшафты усиливают ощущение тревоги.
- Отсутствие имени у существа
«Чудовище», «демон», «тварь» — Виктор никогда не называет его по имени, что подчёркивает отказ от отцовства и ответственности. - Библейские и античные аллюзии
Параллели с Адамом (существо называет себя «твоим Адамом») и Прометеем задают философский масштаб истории.
Наследие и интерпретации
В XX веке «Франкенштейн» стал:
- культурным мифом — его образ используют в дискуссиях о клонировании, ИИ, генной инженерии;
- архетипом научной фантастики — роман задал канон «учёный и его опасное творение»;
- материалом для экранизаций — от немого фильма 1910 года до современных адаптаций, где акцент смещается то на монстра, то на Виктора.
Заключение
«Франкенштейн» Мэри Шелли — не просто история о чудовище. Это размышление о границах человеческого познания, о цене гордыни и о том, что значит быть человеком. Предисловия XX века помогли увидеть в романе не готический курьёз, а пророческое предупреждение: наука, лишённая морали, способна породить монстров — и внешних, и внутренних.