Когда вспоминают Майкла Джексона, чаще всего говорят о мягком голосе, невероятной сценической харизме, благотворительности и детской наивности. В массовом сознании он – почти ангел в белом пиджаке. Но за этой картинкой всегда был другой Майкл: жесткий, расчетливый и очень неуступчивый в вопросах карьеры и бизнеса.
Именно этот Майкл и приводил к конфликтам – с коллегами, кумирами, друзьями и даже родным братом. Где-то это были открытые бифы, где-то – холодная война и сделки за кулисами. Ниже — документальная история о том, как король поп-музыки умел быть «cold as ice».
Майкл Джексон vs Eminem: шутка, которая стала бизнес-реваншем
Если выбрать самый странный его конфликт, это будет биф с Эминемом. Двое из самых известных артистов планеты, которые никогда не были друзьями, внезапно оказываются по разные стороны баррикад — и решают это не лично, а клипами, интервью и… покупкой прав на каталоги.
От младенца в окне до «Just Lose It»
Точка отсчёта — 2003 год. Майкл в Берлине, на волне фанатской истерии, выходит к толпе, держа на руках восьмимесячного сына Бланкета, и на несколько секунд как бы «выставляет» его за край балкона. Видеокадры облетели мир, критика была жесткой, а сам Джексон потом оправдывался:
«Я увлёкся моментом. Я никогда бы не стал сознательно подвергать опасности своих детей».
Через несколько месяцев Эминем гастролирует в Глазго, выходит к окну гостиницы — и демонстративно «размахивает» куклой-ребёнком перед папарацци. Это был прозрачный стёб над тем самым эпизодом с Бланкетом. На этом можно было бы остановиться, но М решил разогнаться.
В 2004 году выходит «Just Lose It» — главный сингл с Encore. В клипе Эминем в пародийном костюме Майкла, сцены с париками, носом, кроватью, полицейскими — чистый троллинг. В тексте — ещё жестче:
- строчка про «pajama time» — отсылка к документалке Living with Michael Jackson, где он говорит о детях, спящих у него в кровати;
- и прямой намёк на обвинения в педофилии:
- «I done touched on everything but little boys / And that’s not a stab at Michael…»
Для Майкла, который в тот момент буквально жил в режиме «защищай своё имя в суде и в прессе», это был удар ниже пояса.
«Великие артисты так не делают»
Джексон попытался добиться бана клипа на телевидении, но безуспешно. В итоге он просто публично высказался:
«Я никогда не нападал на другого артиста. Великие артисты так не делают.
Я всегда восхищался им. И то, что он сделал — болезненно. Он должен стыдиться».
На этом этапе биф был в основном односторонним: Эминем шутит, Майкл обижается. Сам М в интервью включил свой фирменный сарказм: мол, «я просто рад, что Майкл Джексон вообще знает, кто я такой» и что ничего личного не имел в виду.
И тут, казалось бы, история затихает. Но в 2007-м Майкл неожиданно возвращается… не микрофоном, а кошельком.
«Ты меня троллишь — я владею твоими хитами»
Sony/ATV — совместное издательство, где Майкл был крупным совладельцем, — покупает каталог Famous Music у Viacom за $370 млн. Внутри этого каталога — куча авторских прав: в том числе ранние хиты Эминема вроде «The Real Slim Shady» и «Without Me».
Важно: Майкл не «специально купил только Эминема» — он купил весь пакет. Но для фанатов картинка получилась идеальная:
- Эминем несколько лет издевается над Майклом в клипе;
- через пару лет Майкл становится совладельцем его песен и зарабатывает на каждом их использовании.
Прямого доказательства, что это была осознанная месть, нет. Но как символический финал бифа — это, пожалуй, одна из самых элегантных ответок в истории поп-музыки: не дисс-трек, а чек.
Майкл Джексон vs Пол Маккартни: дружба, каталоги и «это просто бизнес»
Если история с Эминемом — остроумный эпизод, то конфликт с Полом Маккартни — почти учебник по тому, как бизнес может разрушить дружбу. Здесь всё начиналось красиво: совместные песни, ночные посиделки, разговоры о песнях… и закончилась ссорой, где каждый считал другого предателем.
«Ты должен заняться издательством» — совет, который вернулся бумерангом
В начале 80-х Майкл и Пол – реально друзья. Записывают «The Girl Is Mine», «Say Say Say», тусуются в Лондоне, Майкл живёт у Маккартни с женой, они обсуждают индустрию.
Однажды за ужином Пол достаёт тетрадь — в ней список песен, на которые он владеет правами. Он объясняет:
«Тебе нужен хороший менеджер. И тебе стоит заняться музыкальным издательством.
Это лёгкий для музыканта бизнес и очень прибыльный».
Майкл слушает очень внимательно. Настолько внимательно, что, по легенде, в том же разговоре бросает фразу:
«Я однажды куплю твои песни».
Пол подумал, что это шутка.
Как Битлз потеряли свои песни — и как Майкл их купил
У самого Пола был болезненный опыт: в 60-е из-за налоговых и корпоративных схем права на Beatles ушли в компанию ATV. Позже ATV приобрела британская телекомпания, и фактически ни Маккартни, ни Леннон уже не контролировали каталог — их попытки выкупить пакет провалились.
Майкл в 80-е постепенно входит в издательский бизнес: покупает маленькие каталоги, берёт только те песни, которые любит. Но когда у него появляются серьёзные деньги, на горизонте возникает большая цель: ATV с тысячами песен, включая 251 композицию The Beatles.
Пол теоретически хотел бы вернуть права, но:
- не готов платить за весь каталог ATV,
- его предложения были слабее, чем у других игроков.
В 1985 году Майкл через свою команду договаривается о покупке ATV за $47,5 млн. Вместе с куплей он получает контроль над основным каталогом Beatles.
«Кто-то вытащил ковёр у тебя из-под ног»
Когда Маккартни узнаёт, что права на песни, которые он писал в 60-е, теперь принадлежат его другу, он в ярости. Позже он скажет:
«Быть чьим-то другом и потом купить ковёр, на котором он стоит — это немного мутно».
Майкл, по воспоминаниям, пытался звонить, договариваться, объяснить, что это бизнес. Пол вешал трубку.
Дополнительно масло в огонь подлило использование Beatles в рекламе (типа «Revolution» в Nike):
— Пол считал, что это «удешевляет» наследие.
— Майкл отвечал: это, наоборот, даёт песням новую жизнь и приносит деньги всем участникам.
Попытки юридически выбить для Пола повышенные роялти ни к чему не привели. Юристы Маккартни заявляли, что была хоть какая-то устная договорённость «поделиться», команда Майкла всё отрицала.
В итоге позиция Джексона была простая и ледяная:
«Он имел много шансов выкупить. Не выкупил — теперь это мой актив».
Майкл позднее якобы отмахнулся словами:
«О, Пол, это просто бизнес».
И в этом – весь скрытый хищник в нём: человек, которого привыкли видеть сказочным Питером Пэном, при переговорах действовал как жёсткий корпорат.
Спустя десятилетия, уже после смерти Майкла и последующих сделок с Sony, Маккартни всё-таки добился возврата части прав – через юридические механизмы истечения срока охраны авторских прав. Но осадок от истории остался навсегда.
Майкл Джексон vs Принс: холодная война двух гениев
Ещё один крупный конфликт — с Принсом. Это была не одна драка, а долговременная напряжённость между двумя иконами 80-х. Они были почти ровесниками, оба меняли поп-музыку, оба были перфекционистами. СМИ делали своё: «кто круче – Майкл или Принс?». И в какой-то момент оба начали в это играть.
Первая встреча: Джеймс Браун, сцена и провал у шеста
1983 год. Нью-йорковский концерт Джеймса Брауна, легенды для обоих.
Сначала Браун вызывает на сцену Майкла — тот выходит, делает пару фирменных движений, зал в экстазе. Потом Майкл шепчет: «Позови Принса». Браун зовёт, Принс выходит — и пытается показать, что он не менее крут:
- гитара,
- театральные движения,
- попытка залезть на высокий реквизит (что-то вроде столба / шеста).
Что-то идёт не так: оборудование барахлит, шест падает в сцену/зал, всё выглядит немного неловко. Толпе всё равно весело, но для Принса — это эпик фейл перед кумиром и конкурентом.
По воспоминаниям Куинси Джонса, Майкл потом долго и громко смеялся над этим выступлением, а Принс был настолько в бешенстве, что чуть ли не пытался переехать Майкла на машине после шоу. Насколько это буквально — вопрос, но напряжение между артистами стало фактом.
«Your butt is mine» — строчка, которая сорвала дуэт
Дальше конфликт подогревали сами обстоятельства:
- Принс отказывается участвовать в благотворительном «We Are the World»;
- отказывается от дуэта с Майклом на песне «Bad».
Позже в интервью с Крисом Роком он объяснит:
«Первая строка песни — “Your butt is mine”.
Я сказал: кто это кому будет петь?
Ты мне — точно нет.
Я тебе — тем более нет».
В 80-х для суперзвёзд подобного масштаба такие жесты считывались как «я не признаю тебя на равных».
Майкл же в частных записях (для книги «Moonwalk») скажет:
«Я не люблю, когда меня сравнивают с Принсом.
Я доказал своё ещё в детстве.
Он ведёт себя как соперник. Он был очень груб…
Один из самых грубых людей, которых я встречал».
После смерти — позднее сожаление
При жизни конфронтация так и не была по-настоящему исцелена: редкие встречи, взаимные уколы, отказ от коллабораций.
После смерти Майкла в 2009-м, по рассказам близких, Принс отменил репетицию, закрылся у себя дома и несколько дней ни с кем не общался. На прямые вопросы о Джексоне отвечал:
«Это всегда грустно — потерять того, кого любил. Не хочу говорить. Это слишком близко».
А потом начал исполнять на своих концертах кавер на «Don’t Stop ’Til You Get Enough».
Когда в 2016-м умер уже Принс, многие из их окружения говорили, что больше всего жаль того, что два гения так и не успели по-настоящему признать, насколько похожи были их пути и демоны.
Майкл Джексон vs Джермейн Джексон: семейный биф и родной дисс-трек
Самый болезненный конфликт в карьере Майкла — это, вероятно, история с родным братом Джермейном. Здесь всё переплетено: детство, слава Jackson 5, амбиции, ревность, деньги, лейблы и, в конце концов, настоящий дисс-трек на собственного брата.
От «мы вместе» до первого раскола
Изначально лидером Jackson 5 был именно Джермейн. Пока мама не заметила, что маленький Майкл обладает уникальным голосом, пластикой и харизмой. Постепенно центром группы становится он, дуэт Майкл–Джермейн даёт группе фирменный саунд.
Сами братья какое-то время держатся очень близко:
Майкл позже скажет:
«В детстве я всегда смотрел на Джермейна.
Я подражал его голосу. Он показал мне путь».
Но индустрия работает по-своему. Лейбл Motown и пресса начинают продвигать именно Майкла как главную звезду, параллельно толкая братьев в сольные проекты. Соревнование между ними сначала выглядит невинным, но напряжение растёт.
Критическая точка — переход группы от Motown к Epic Records.
- Jackson 5 получают копейки с огромных продаж,
- семья решает уйти,
- но Джермейн остаётся на Motown — не в последнюю очередь потому, что женат на дочери основателя лейбла Берри Горди.
Группа уходит без него, меняет название на The Jacksons (старое имя юридически осталось за Motown). Для Майкла это был тяжёлый удар: он вспоминал, как болезненно дался первый концерт без Джермейна — с детства он привык видеть брата слева от себя с бас-гитарой.
Позже Джермейн всё-таки возвращается в состав, но к этому моменту траектории уже сильно разошлись: Майкл стремительно превращается в короля поп-музыки, Джермейн остаётся на приличном, но куда более низком уровне.
«Это должен был быть я» — и ревность, и обида
Джермейн открыто говорил, что считал: «по идее» этим успехом должен был быть он.
Он утверждал, что:
- остался на Motown, потому что ему обещали сольный расцвет;
- Майкл «перехватил» момент и, получив трон, уже никого рядом не подпускал.
Майкл, в свою очередь, якобы был убеждён, что:
- он умнее,
- трудолюбивее,
- и объективно талантливее брата,
- поэтому именно он заслуженно стал суперзвездой.
Это напряжение долго оставалось скорее фоном, пока в начале 90-х всё не взорвалось.
Вертолёт в Нэверленд и «cold as ice»
1991 год. Джермейн работает над альбомом с продюсерами LA Reid и Babyface — одними из самых горячих имён того времени.
Неожиданно Майкл приглашает LA и Babyface к себе в Neverland: присылает за ними вертолёт, устраивает неделю общения, музыки, планов. Для любого продюсера это мечта.
Джермейн, узнав об этом, уверен: Майкл переманивает его команду и саботирует проект.
По воспоминаниям LA Reid:
- когда они приехали, Майкл якобы сначала даже перепутал их с другими продюсерами (Jimmy Jam и Terry Lewis),
- кормил обещаниями коллабораций, но дело ни к чему не пришло,
- а когда те аккуратно подняли тему Джермейна, Майкла это мало волновало.
LA вспоминал, как сказал Джексону: «Он хочет уйти с нашего лейбла из-за этого», и получил в ответ ледяное:
— «Он подписал контракт?»
— «Да».
— «Ну тогда пусть живёт с этим. Такие правила».
Reid позже скажет: «Я был поражён. Ты не ждёшь такого от Питера Пэна. Он был холоден как лёд».
«Word to the Badd»: родной брат как объект дисса
Когда LA и Babyface вернулись к работе с Джермейном, тот выпустил песню «Word to the Badd» — фактически дисс на Майкла.
В тексте:
- обвинения в поверхностности и эгоизме,
- насмешки над пластическими операциями и изменением внешности,
- упрёки в том, что брат не отвечает на звонки и письма, оторвался от семьи и реальности.
Джермейн в интервью признавал, что долго не мог дозвониться до Майкла, отправлял письма, посылки — без ответа. Он говорил:
«Когда ты снова и снова пытаешься связаться с родным братом и он не отвечает, ты начинаешь думать, что он полностью потерял связь с реальностью».
Песня, по его словам, изначально не планировалась для широкой публикации, но в итоге утекла, и он «вынужден был признать, что да, написал её — и стоит за каждым словом».
Майкла это задело настолько, что он якобы даже тайком приехал в дом родителей, чтобы лично поговорить с Джермейном, который от него прятался.
Тем не менее, после всплеска эмоций братья всё-таки сумели договориться. Со временем их отношения выровнялись, и уже в более поздние годы Джермейн часто выступал как один из самых активных публичных защитников Майкла.
За маской «хорошего парня»
Если собрать все эти истории вместе — с Эминемом, Маккартни, Принсом, Джермейном — складывается другая оптика на Майкла Джексона.
Он действительно мог быть:
- мягким, ранимым и искренне обижаться, когда над ним шутят;
- в то же время — чрезвычайно жёстким в деньгах и правах, покупая каталоги даже друзей;
- конкурентным и уязвимым, реагируя на сравнения и отказ от коллабораций;
- закрытым — даже по отношению к собственной семье.
Часть историй — подтверждённые фактами сделки и интервью, часть — воспоминания и пересказы, где каждый участник видит правду по-своему. Но одно очевидно: король поп-музыки был не только героем сцены, но и сложным игроком в мире индустрии, где дружба, деньги и искусство постоянно смешиваются.
И, возможно, именно эта внутренняя двойственность — доверчивого ребёнка и холодного бизнесмена — во многом и сделала его таким влиятельным: человек, который умел завоёвывать сердца миллионами, и одновременно не боялся играть по самым жёстким правилам большого шоу-бизнеса.
#Музыка #Попмузыка #ЛегендыМузыки #МузыкальнаяИстория #ФактыОМузыке #Бэкстейдж