Негативные оценки людей, открыто выражающих свою сексуальность, встречаются во всех возрастных группах, а не только по отношению к пожилым. При этом реакция на таких мужчин и женщин различается: люди с повышенной чувствительностью к отвращению осуждают сексуально открытых женщин, но нередко одобряют мужчин, ведущих себя так же. К такому выводу пришли ученые из Университета Нью-Брансуика. Работа опубликована в журнале The Journal of Sex Research (JSR).
Исследование было посвящено явлению сексуального эйджизма — стереотипам о том, что пожилые люди «лишены сексуальности». Авторы хотели понять, действительно ли предубеждение связано именно с возрастом или с фактом сексуальной открытости вообще.
В первом эксперименте 303 участникам показали четыре варианта описания некой женщины по имени Элизабет — ей было либо 25, либо 65 лет, а в анкетах указывалось, что у нее либо «насыщенная романтическая жизнь», либо «насыщенная сексуальная жизнь». Затем участники оценивали героиню по шкалам «нравится-не нравится» и «безопасная-рискованная».
Результаты показали: возраст не влиял на оценки, а вот сексуальная откровенность — да. Женщину, чья жизнь описывалась как «сексуальная», участники считали менее приятной и более «рискованной», чем ту, у которой «романтическая» жизнь.
Более того, у людей с высокой чувствительностью к отвращению эти оценки были особенно жесткими: чем сильнее человек склонен испытывать чувство отвращения, тем негативнее он воспринимал сексуально открытых женщин.
Во втором эксперименте (с участием 375 человек) исследователи повторили ту же схему, но с мужским персонажем. И получили противоположный эффект: мужчины с активной сексуальной жизнью оценивались хуже, чем «романтичные», однако люди с повышенной чувствительностью к отвращению наоборот относились к ним теплее.
«Сексуальная стигма проявляется во всех возрастных и гендерных группах: и молодых, и пожилых мужчин и женщин оценивают более негативно, если они открыто говорят о сексе, — объяснила автор исследования Габриэлла Петруцелло. — Но чувствительность к отвращению усиливает гендерное неравенство: женщин за сексуальность наказывают, а мужчин — вознаграждают».