Проблема ХАМАСа сегодня не в том, чтобы получить деньги, а в том, чтобы вывести их из Газы

Проблема ХАМАСа сегодня не в том, чтобы получить деньги, а в том, чтобы вывести их из Газы. По итогам войны исламисты буквально сидят на мешках шекелевой наличности и пытаются придумать, что с ней делать.

Во-первых, они ждут, когда Израиль возобновит поддержку ликвидности местных банков. А это неизбежно, потому что по соглашениям с Арафатом Западный берег и Газа находятся внутри единой таможенной и валютной зоны с Израилем.

Вообще, Газа - уникальный пример экономической модели, построенной на смеси международной благотворительности, израильской финансовой системы и налога на террор.

Экономика до войны оценивалась примерно в 10 млрд шекелей в год (около 2.5 млрд евро).

Основные источники доходов:

• выплаты Палестинской автономии госслужащим,

• помощь через UNRWA,

• другие международные фонды,

• Катар.

Катар и UNRWA особенно важны для ХАМАСа, потому что они ввозили наличную валюту. Экономика Газы вообще держалась на наличных, но для населения основой были шекели.

Госслужащие получали зарплату на карты и в день выплаты шли к банкоматам. Те, кто получал деньги от Катара и UNRWA, приходили к менялам и меняли доллары на шекели. А у менял ХАМАС скупал доллары для себя - ведь в египетский банк с шекелями не придёшь, а с долларами - пожалуйста.

Важно: ХАМАС не нужно было «красть» эти доллары. Он зарабатывал на шекелях столько, что просто скупал катарские и ООНовские доллары по любому курсу.

ХАМАС зарабатывал на таможне и внутренних налогах. Например, если вы владелец автомобиля, нужно было купить наклейку стоимостью 1,400 шекелей в год (€350). Без неё вам могли отказать на АЗС. До войны в Газе было около 60 тысяч автомобилей - это 84 млн шекелей (€21 млн) только по этой статье.

Были налоги на торговлю, товары, и даже при обращении к адвокату клиент платил 100 шекелей «в бюджет» ХАМАСа.

Кто-то скажет: «Ну так в любой стране есть налоги». Да, но есть нюанс:

в обычных странах налоги идут на поддержание инфраструктуры,

а в Газе - полностью на террор.

ЕС строит дороги → ХАМАС взимает налог с рабочих и поставок материалов → деньги уходят в ракеты и туннели. Идеальная система.

Служащие ХАМАСа получали немного - 1,000–1,200 шекелей. Но и тут была схема: им помогали оформлять международные программы помощи, где они получали +100–200 евро… которые затем менялись на шекели, а валюта в безнале уходила ХАМАСу.

У организации были собственные школы, мечети, магазины, гостиницы, залы торжеств, сельхозфермы.

Те, кто не работал на ХАМАС, работали на Палестинскую автономию - до войны их было около 70 тыс. (сейчас 40 тыс.) или на UNRWA - около 15 тыс.

После начала войны всё изменилось.

Потребовалось больше боевиков - их стартовая зарплата 300–400 долларов.

И резко сократился поток наличности. Сначала ХАМАС разграбил банкоматы и отделения банков, но и это не спасло. Сейчас в Газе существует целая индустрия по подклейке и реставрации ветхих купюр - старые шекели считаются ценнее всего.

10-шекелевые монеты не любят - их часто подделывают.

Большая часть оборота теперь идёт через электронный кошелёк PalPay. Если платить картой - цена товаров поднимается на 30–35%: это «комиссия за обнал». Деньги, как можно догадаться, уходят через посредников на счета в Палестинской автономии.

А теперь главный вопрос: откуда у лидеров ХАМАСа миллиарды?

Частично - из вывезенных в прошлом катарских и ООНовских долларов.

Но основное — из зарубежных пожертвований, которые просто не доходили до населения. На террор денег и так хватало.

И да - только в 2024 году Газа получила от ООН 2.4 млрд долларов гуманитарной помощи. И немалая часть из этого пошла ХАМАСу. Ведь если смотреть на экономику без эмоций и лозунгов, сегодня Газа - не заложница ХАМАСа. Она его инфраструктура.