За фасадом баронских титулов, графских корон и благотворительных балов скрывалась жизнь, полная страстей, скандалов и трагедий. Строгановы умели не только зарабатывать состояния и служить государству, но и любить, ненавидеть и пускаться в авантюры, которые стоили им репутации, счастья и даже жизней.
Русский якобинец и проклятие Екатерины
Сын одного из богатейших людей империи, граф Павел Александрович Строганов, оказывается в самом эпицентре Великой Французской революции. Под псевдонимом «граждан Очер» он вступает в Якобинский клуб — организацию, которая отправляла на гильотину аристократов. Он участвует в уличных шествиях и, по слухам, даже носит красный фригийский колпак — символ революционного террора.
Это был неслыханный скандал. Императрица Екатерина II была в ярости. Последовало немедленное и унизительное наказание: молодого бунтаря выслали из Парижа и сослали в родовое имение Братцево под надзор. Именно там, в ссылке, и родился его сын, Александр. Желая оградить внука от «опасных» идей, Павел Строганов не позволил ему совершить традиционное для дворянина заграничное путешествие.
Ирония судьбы: позже Павел Строганов станет другом и сподвижником императора Александра I, членом его Негласного комитета. Но проклятие, казалось, нависло над его родом. Его единственный сын и наследник, Александр Павлович, трагически погибнет в 19 лет во время Заграничного похода русской армии в 1814 году. Юноше ядром оторвало голову. Безутешный отец, найдя тело сына после двух дней поисков, отказался от всех военных наград и вскоре умер, сломленный горем. Так пресеклась одна из ветвей графского рода.
Адюльтер, брошенные жёны и «металлические» женщины
Браки Строгановых далеко не всегда были образцом добродетели. Тот же граф Александр Сергеевич Строганов (1733–1811), президент Академии художеств, женился на Анне Воронцовой, дочери могущественного канцлера. Брак был несчастливым. Современники шептались, что граф, увлекавшийся химией, мог прибегнуть к ядам, чтобы избавиться от неугодной супруги. Ходили даже слухи о его причастности к смерти императора Петра III.
Его вторая жена, Екатерина Трубецкая, в 1779 году бросила его, сбежав к фавориту Екатерины II — красавцу Ивану Римскому-Корсакову. Этот публичный скандал стал притчей во языцех. Строганов выглядел в глазах света не только рогоносцем, но и человеком, не сумевшим удержать жену.
Внук Александра Сергеевича, Александр Сергеевич-младший (1818–1864), тоже был замешан в громких любовных историях. В 1840-х годах у него случился роман с замужней Марией Валуевой (дочерью поэта Вяземского). Скандал был настолько громким, что молодого флигель-адъютанта под благовидным предлогом перевели служить на Кавказ — подальше от столичных сплетен.
Его жена, Татьяна Васильчикова, была женщиной с характером. Мемуаристы называли её «квинтэссенцией всего наитончайшего» и... «металлической женщиной». После внезапной смерти мужа (его нашли мёртвым в постели) она на целый год затворилась в трауре, запретив в доме даже музыку. Её дочь, Елена, пережила собственную трагедию: она была страстно влюблена в герцога Сергея Лейхтенбергского, но мать запретила ей морганатический брак. После гибели возлюбленного девушка умерла от скоротечной чахотки — официально, а по сути, от разбитого сердца.
Монстр или либерал? Загадка графа-долгожителя
Александр Григорьевич Строганов (1795–1891) — фигура противоречивая. Генерал, пробывший в чинах почти 60 лет, и... либерал. Находясь на посту новороссийского генерал-губернатора, он вступил в смелую переписку с министром внутренних дел. Строганов настаивал на полном уравнении в правах евреев, снятии с них всех ограничений «Черты оседлости» и развеивал антисемитские предрассудки, царившие среди сановников. Это была неслыханная для того времени позиция, которая шла вразрез с официальной политикой.
Но у этой медали была и тёмная сторона. Этот же человек, будучи родственником Натальи Гончаровой, наотрез отказался жертвовать деньги на памятник Пушкину в Одессе. Явившимся к нему просителям он заявил с негодованием: «Я кинжальщикам памятников не ставлю!... Я до этого ещё не дошёл!... Что же это такое — Пушкину памятник!… А?… Но что же полиция смотрит?…»
Этот эпизод рисует нам человека сложного, с причудами и предрассудками, чьи либеральные взгляды уживались с консервативной брезгливостью.
Битва за наследство и «проклятие» бездетности
История Строгановых — это также история бесконечных разделов и споров за гигантские состояния. Классический пример — барон Александр Григорьевич Строганов (1698–1754). Несмотря на три брака, он так и не оставил сына-наследника. Вся его колоссальная империя — заводы, земли, промыслы — после его смерти перешла не к братьям, а к вдове, а затем через дочерей ушла в другие знатные фамилии: Голицыных и Шаховских. Для рода это был чувствительный удар.
Роковая лестница
XVIII век. Братья Александр, Николай и Сергей Строгановы делят гигантскую родовую империю. Казалось бы, у каждого — несметные богатства и великое будущее. Но судьба готовила им жестокие удары.
Возьмем, к примеру, барона Григория Николаевича Строганова (1730–1777). Он получил свою долю: соляные промыслы, почти 8 тысяч крепостных, Чермозский завод. Женился на княжне Александре Голицыной. Но брак оказался бездетным. А в феврале 1777 года с 46-летним бароном происходит нелепый и страшный случай: он падает с лестницы и умирает от полученных ушибов.
Смерть «со ступенек» для одного из богатейших людей России выглядит более чем подозрительно. Был ли это несчастный случай? Или результат дворцовой интриги? Загадка его гибели так и осталась неразгаданной.
Его брат, барон Александр Григорьевич Строганов (1698–1754), несмотря на три брака, тоже не оставил наследника по мужской линии. Его колоссальное состояние после смерти «уплыло» к вдове, а затем через дочерей — к князьям Голицыным и Шаховским. Бездетность стала настоящим проклятием для нескольких ветвей рода, ведя к дроблению и потере гигантских состояний.
Самоубийство в семнадцать лет
XIX век принес новые, уже откровенно готические ужасы. Взгляните на судьбу графа Григория Сергеевича Строганова (1829–1910), страстного коллекционера и мецената, жившего в роскошном палаццо в Риме.
Казалось бы, жизнь — как сказка: богатство, искусство, европейский блеск. Но его семейная жизнь была кошмаром. Его жена, Мария Потоцкая, «не любила ничего русского» и, по словам современников, была лишена материнских чувств. Брак был несчастливым, супруги постоянно ссорились и жили раздельно. Под конец жизни графиня и вовсе страдала «умопомешательством».
Но настоящая трагедия разразилась в 1877 году. Их сын, Сергей Григорьевич Строганов, в возрасте 16 лет покончил с собой, повесившись. Что толкнуло юношу, наследника одного из величайших состояний России, на такой отчаянный шаг? Невозможность вынести семейную атмосферу? Душевная болезнь, унаследованная от матери? Тайна его самоубийства осталась за стенами римского палаццо и петербургских дворцов.
Цена империи
Эти истории складываются в мрачную мозаику. Строгановы, построившие промышленную империю и финансировавшие государство, платили за свое могущество страшную цену. Их история — это не только гимн предпринимательскому гению, но и суровое напоминание о том, что ни богатство, ни связи не могут гарантировать простого семейного счастья и уберечь от ударов судьбы. Порой кажется, что за свои колоссальные успехи этот род расплачивался личными трагедиями, превратившими его историю в настоящую шекспировскую драму.