Снимаем квартиру вдвоем с коллегой, она стала задерживать плату, а потом и вовсе перестала давать деньги

Я больше не хочу быть спасательным кругом для утопающей, которая даже не пытается плыть. Все мы сталкиваемся с проблемами, но есть грань, за которой помощь превращается в обслуживание. Эту черту Светлана переступила, и я не намерена этого терпеть.

Со Светой мы трудимся в одной компании уже двенадцать лет. Начинали с одинаковых позиций, но со временем мои амбиции и трудолюбие открыли передо мной новые горизонты. Теперь я руковожу отделом, а она так и осталась на стартовой ступеньке. Я не виню ее за отсутствие карьерных целей, однако и не восхищаюсь таким выбором: наша фирма поощряет инициативных специалистов.

Но Света — человек привычки. Ей комфортно проводить дни за монотонным исполнением обязанностей, разбавляя рутину просмотром сериалов на рабочем компьютере. Несмотря на вечную апатию, я долго считала ее душевным человеком. Она не раз помогала мне в трудную минуту: как-то раз отвезла моего отца в поликлинику, когда у меня совещание с важными клиентами затянулось до позднего вечера.

Личная жизнь Светланы не сложилась. После десяти лет брака супруг оставил ее, предпочтя общество другой. Собственного жилья у нее не оказалось.

Несколько недель она ночевала у разных приятелей, но везде возникали трения. Меня удивляло, чем эта, казалось бы, непритязательная особа могла так досаждать окружающим. Ответ я получила, когда пригласила ее пожить в моей уютной двушке, снимаемой вместе с молодым человеком. Я шла навстречу, жертвуя личным пространством.

И сразу столкнулась с невыносимыми привычками. Мы с Артемом лишились возможности уединиться, поскольку Света постоянно вторгалась в нашу комнату без стука или с надуманными предлогами. Ее манера вести себя выводила из равновесия. Отсутствие элементарной бытовой дисциплины также раздражало: ее грязная посуда могла сутками копиться в раковине, несмотря на все мои замечания.

После расставания с Артемом мы со Светланой решили остаться в этой квартире и делить расходы пополам.

Самое удивительное началось потом. Раньше она аккуратно вносила свою долю. Но стоило нам остаться одним, от нее перестали поступать деньги. Первый месяц я ждала, но она даже не сочла нужным поднять этот вопрос.

Лишь через несколько дней, когда я сама спросила о плате, она, не глядя мне в глаза, пробормотала:

— Родственникам срочно потребовалась моя поддержка. Пришлось отправить им почти всю зарплату.

Я кивнула. Забота о семье — дело святое. Однако каково же было мое удивление, когда через пару недель ее мать и отец нагрянули к нам с визитом и при дочери вернули ей некую сумму, которую та одолжила.

Выходило, помощь требовалась лишь однажды, а не на постоянной основе, как она утверждала! Гости пробыли у нас четверо суток, даже не поинтересовавшись моим мнением. Я тогда сдержалась, ожидая получения долга.

После их отъезда мое терпение лопнуло. Оказалось, денег у нее уже не было.

— Я перевела их в фонд помощи бездомным животным, — заявила она.

Поверить в это было невозможно, но проверить ее слова я не имела возможности. С тем же бесстрастным выражением она продолжает существовать за мой счет уже четвертый месяц.

Продукты, которые я закупаю и готовлю, тают с пугающей скоростью. Раньше она иногда компенсировала часть расходов на еду, но теперь и это прекратилось. На все мои вопросы один ответ:

— Сижу на строгой диете. Только гречка и вода.

Невероятно! Значит, приготовленные мною курица и салаты испаряются сами по себе?

Позавчера я высказала ей все. Мой ультиматум был прост: в течение пяти дней она возвращает весь долг и начинает самостоятельно покупать себе еду. Мы даже разграничили полки в холодильнике.

Если она проигнорирует мои требования, наши общие знакомые по работе узнают о ее поступках. Мы давно в коллективе, и подобный скандал больно ударит по ее репутации.

Как только я получу свои деньги, я немедленно перееду, не сказав ей ни слова. Пусть сама решает, как справляться с арендой и что класть в тарелку. Хозяйку жилья я уже предупредила о своем скором отъезде.