- Те, чисто теоретически, женщина может быть ещё жива?
- Может так. Если на рану сразу наложили повязку и приняли меры. Чтоб жертва не умерла от потери крови. Если опять же не было других повреждений, не совместимых с жизнью. Под ногтями ни чужого эпителия, ни каких других следов. Она не сопротивлялась.
Вот и гадай теперь, кого искать. Живую женщину или её истерзаный труп.
Столько лет проработав в органах сердце должно было очерстветь. И так и было. Вид крови, трупов уже никак не трогал. Лишь с профессиональной точки зрения. Но когда оставался хоть малейший шанс спасти чью-то жизнь, начиналось одно и то же. И хорошо, если финал в итоге отказывался хорошим. А если нет?
Чувство горечи, безнадёжности, наваливалось с такой тяжестью, что хотелось к черту бросить все расследования, убийства. Отгородиться от всего этого. И найти спокойную работу без криминала и заплаканных глаз. Только вот как бросить свое призвание. То, что заставляет чувствовать себя нужным. И тебе не нужно ни благодарности, ни призвания. Но почему тогда так тяжело и совесть мучает.
Вот и сейчас чувство неизвестности пугало ещё больше. Сердце рвалось на части в попытках как можно быстрее разобраться в происходящим. Главное успеть! Чтоб не стало слишком поздно!