Каждый год, едва опадут осенние листья, наступает время, когда сценарии новогодних представлений обретают одно-единственное, могучее имя — «Щелкунчик». Оно, как волшебный ключик, открывает кошельки родителей, жаждущих подарить детям «настоящую сказку». Но давайте на мгновение отстранимся от гирлянд и конфетти и честно взглянем на этот феномен. Что на самом деле мы покупаем? Эрнст Теодор Амадей Гофман вряд ли писал свою историю для пятилеток, ожидающих под елкой подарков. Это сложная, порой жесткая и даже пугающая сказка-притча. В ее сердце — не только битва добра и зла, но и военное противостояние: армия кукол против полчищ мышиного короля. В мире, где и без того хватает реальных тревог, насколько уместно заставлять ребенка переживать эту миниатюрную войну под занавес декабря? А образ мышей — этих, скорее, крыс, с их ассоциациями с антисанитарией и порчей, — разве он рождает ощущение праздника? Чаще — содрогание. Сюжет «Щелкунчика» многослоен, полон фрейдистских символов и взрослой ме