В начале девяностых, когда трэш-метал шатался между славой и самоуничтожением, у фронтмена Death Angel Марка Осеугеды появился шанс, о котором мечтали бы тысячи вокалистов: заменить Джои Белладонну в Anthrax. Но история пошла иначе. Осегеда дошёл до финала прослушиваний — и проиграл Джону Бушу из Armored Saint. Причина отказа звучит почти как комплимент: «Он был слишком метал для нас».
Аудишен в духе девяностых
В свежем видео с «Another Death Angel Xmas Show 2024» Осегуеда вспоминает, как это было. После распада Death Angel он жил в Нью-Йорке, когда из лагеря Anthrax поступил звонок — мол, не хочешь прилететь в Калифорнию и попробовать себя?
«Я был одним из тех, кого действительно пригласили — не просто массовый кастинг, — рассказывает Марк. — Мы джемили пару часов в Бёрбанке. Они дали мне несколько своих песен: Indians, Time, Metal Thrashing Mad, кажется. Потом просто играли каверы — всё, на чём мы выросли. Было круто, весело, без напряга».
По слухам, тогда до финала дошли трое: Осегеда, Джон Буш и Спайк Ксавье из Mind Over Four. Позже в книге Скотта Иэна появилось уточнение: решающий выбор стоял между Марком и Бушем — и победил последний.
«Они сказали, что я слишком метал. Ну и отлично!»
С годами Осегеда научился относиться к этой истории с самоиронией. «Скотт писал, что я был слишком метал для Anthrax, — улыбается Марк. — Я подписывал фанатам ту страницу его книги! И, честно, это лучшая причина для отказа. Я с удовольствием возьму на себя звание “слишком метал”.»
С тех пор Осегеда подружился с участниками обеих групп — и с Anthrax, и с Armored Saint, и даже с Керри Кингом из Slayer, с которым он сейчас активно работает. «Всё случилось так, как должно было, — говорит он. — Для того времени Anthrax сделали правильный выбор. А я пошёл своим путём, и теперь мне есть чем гордиться».
Контекст эпохи: когда трэш искал себя
1992 год был для трэша временем растерянности: Metallica уже ушла в MTV-золотую эпоху, Megadeth флиртовали с радиоформатом, а Slayer оставались единственными, кто не моргал. Anthrax же искали новую идентичность — ту, что позже воплотится в их «Bush-эры»: более хард-роковую, сухую, с уклоном в грув и альтернативу.
На этом фоне голос Осегеды действительно мог показаться «чересчур металлом» — слишком острым, слишком сыром, слишком отголоском старого мира. Но именно этот «избыток металла» и стал тем, что позволило Death Angel выжить, а самому Марку — остаться верным себе.
Ирония судьбы
Спустя тридцать лет Осегеда всё ещё на сцене — яркий, злой и живой. Anthrax пережили свои взлёты и кризисы, John Bush записал с ними отличные альбомы, а Death Angel не только вернулись, но и нашли второе дыхание.
Так что, может, быть слишком метал — это не приговор, а лучший из возможных исходов. Ведь в конце концов, в этом жанре побеждают не те, кого выбрали, а те, кто не перестал играть.