Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Как моя семья потеряла трёшку: история детства, долгов и первой свободы.

Мои хорошие, всем привет и доброе время суток! Продолжается наша рубрика - истории моей семьи. Частенько накатывают воспоминания… А вспоминать, знаете, бывает и больно, и тепло одновременно. Сегодня хочу рассказать вам, как мы потеряли ту самую трёхкомнатную квартиру — ту, что была для меня не просто жильём, а целым миром детства. Получила её моя бабушка в 89-м году, чтобы расширить жилплощадь — тогда мы жили очень теснно. Переехали туда втроём: сначала три семьи ютились, но постепенно все разъехались — бабушка с дедушкой уехали в Мурмаши (бабушка от работы получила однокомнатную квартиру), другие родственники ушли к родителям жены( мама моей сестры Натальи), и остались только мы: я, брат Максим, мама и папа. Вроде бы — счастье! Трёшка, все прописаны, все вместе. Но тут нахлынули 90-е... Вы же помните, что это были за годы? Перестройка, ваучеры, безработица… Мой папа, который до этого был главным кормильцем, начал пить. Не выдержал, видимо. Давление времени, страх, потеря сбережений

Мои хорошие, всем привет и доброе время суток!

Продолжается наша рубрика - истории моей семьи. Частенько накатывают воспоминания… А вспоминать, знаете, бывает и больно, и тепло одновременно. Сегодня хочу рассказать вам, как мы потеряли ту самую трёхкомнатную квартиру — ту, что была для меня не просто жильём, а целым миром детства.

Фото автора. На кухне в той самой квартире. Мне здесь лет 20. Мои кошки Муська и Дуська
Фото автора. На кухне в той самой квартире. Мне здесь лет 20. Мои кошки Муська и Дуська

Получила её моя бабушка в 89-м году, чтобы расширить жилплощадь — тогда мы жили очень теснно. Переехали туда втроём: сначала три семьи ютились, но постепенно все разъехались — бабушка с дедушкой уехали в Мурмаши (бабушка от работы получила однокомнатную квартиру), другие родственники ушли к родителям жены( мама моей сестры Натальи), и остались только мы: я, брат Максим, мама и папа. Вроде бы — счастье! Трёшка, все прописаны, все вместе. Но тут нахлынули 90-е...

Вы же помните, что это были за годы? Перестройка, ваучеры, безработица… Мой папа, который до этого был главным кормильцем, начал пить. Не выдержал, видимо. Давление времени, страх, потеря сбережений — всё обрушилось на него, и он просто ушёл в бутылку.

Я тогда была ещё совсем ребёнком лет одиннадцати. Не понимала, зачем пить, если у тебя дети? Почему не поговорить, не собраться, не решить, как дальше жить?

А в тот самый год, когда мне исполнилось 11, мы даже ещё успели съездить в Одессу — на Чёрное море! Всей семьёй. Но именно в том отпуске, как потом оказалось, папа встретил тётю Иру — ту самую, к которой он в итоге и ушёл из семьи. Мама осталась одна с двумя детьми, без работы, без денег. Папа, конечно, иногда приносил что-то из еды, но всё реже и реже — скандалы заставляли его всё дальше уходить.

А платить за квартиру было нечем. Сначала отключили газ — мама как-то раздобыла электроплитку. Потом — горячую воду. Мы грели воду на конфорке, чтобы хоть помыться. Электричество хотели отключить тоже, но, слава Богу, не смогли — ведь у мамы были несовершеннолетние дети. Но письма шли одно за другим: «Вы потеряете жильё… вас переселят…».

Я тогда быстро повзрослела. В 16 лет ушла работать в ларёк, перевелась в вечернюю школу. Половину зарплаты отдавала на квартплату — но долги всё равно росли. Представляете — 72 тысячи рублей! Сейчас это как миллион, а тогда… это была огромная, давящая гора. Бабушка с дедушкой помогали, как могли, но они же уже пенсионеры…

И вот подошёл 2005 год. Я жила уже в Мурманске с первым мужчиной, измученная, измотанная. Не видела конца этой истории с долгами. И тогда я приняла решение — резкое, но необходимое. Пошла к риэлтору. Светлана, помню её имя до сих пор, предложила разменять трёшку на двушку в районе станции Кола — туда, где жильё дешевле. Разницу в цене использовать на погашение долгов.

Мама только кивнула — выбора не было. Мы собрали вещи. А я той ночью не спала. Лежала в своей комнате с балконом — и плакала. Плакала не потому, что жалко квадратные метры… а потому что прощалась с детством. С первыми играми, с любовью бабушки, с тем светом, что был в доме до того, как всё пошло наперекосяк. Я вспоминала, как в три года сюда въехала, как выбегала на балкон — и понимала: завтра всё это останется навсегда в прошлом.

Утром приехала грузовая машина. Погрузили старенький диван, стенку, кровать… и уехали. В той новой двушке я почувствовала сразу: это не мой дом. Сказала маме: «Вы здесь живите, а я — нет». И уехала к своему сожителю. А уже через три года, в 2008-м, купила свою первую однокомнатную квартиру — в Мурмашах, как символ возвращения к бабушкиным корням.

Знаете, жалею ли я? Нет. Было больно — да. Но в тот момент я почувствовала облегчение. Словно сбросила с плеч груз в 72 тысячи и всех этих лет напряжения. С тех пор у меня панический страх — даже если всё плохо, я обязательно плачу за квартиру вовремя. Прямо навязчиво — чтобы у меня никогда больше не было долгов.

Та трёшка… она осталась в сердце. Не как недвижимость, а как живой кусочек жизни — с балконом, с солнцем, с папиными шутками и бабушкиными пирогами. Такие квартиры не продаются. Они остаются внутри.

Спасибо, что выслушали. Спасибо, что вы со мной. Обнимаю всех — и до новых историй! Ваша подруга Рая.

Жду вас у себя в телеграм-канале, где собралась уже дружная компания.

Поддержать автора или Угостить чашечкой кофе можно по ссылке

Мое мнение. Раиса Зайкова | Дзен