7 ноября в Музее Победы на Поклонной горе представили обновленный проект «Семейные реликвии». Экспозиция приурочена к 84-й годовщине исторического парада на Красной площади, когда солдаты, пройдя по брусчатке мимо зачехленного Мавзолея, отправлялись прямо на фронт.
Представленные в музее артефакты позволяют прикоснуться к истории и лучше понять величие и трагизм тех событий.
Парад вопреки всему
Чтобы в полной мере осознать масштаб происходившего в 1941-м, необходимо вспомнить обстановку тех дней.
«20 октября в Москве было введено осадное положение, — рассказал член ученого совета Музея Победы Артем Драбкин. — В конце октября налеты на столицу были одними из самых яростных. Начиная с 23 октября Москву бомбили почти каждый день, и враг стоял практически у стен города».
В таких условиях сама мысль о параде казалась почти невозможной. Звезды на башнях Кремля были погашены и укрыты брезентом, а Мавзолей замаскирован под жилое здание. Все готовилось в обстановке строжайшей тайны.
«Легендарный парад проводился в атмосфере большой секретности. Решение о его проведении было принято еще в конце октября 1941 года, — добавил Драбкин. — И конечно, решение о проведении парада было актом огромной воли советского правительства, а его проведение — высочайшим мастерством».
Участники марша узнавали о том, что им предстоит идти у стен Кремля, буквально в последний момент. Тогда по главной площади страны строевым шагом прошли около 28,5 тысяч военнослужащих. Практически все солдаты и техника после парада отправились на фронт. Участников приветствовал с речью Иосиф Сталин, и это был первый случай в советской истории, когда Сталин выступил на параде.
Человек на трибуне
Среди руководителей страны, наблюдавших за историческим маршем с трибуны Мавзолея, был и нарком Военно-морского флота СССР Николай Герасимович Кузнецов. На момент начала войны ему было всего 34 года, и он был самым молодым наркомом.
Именно ему посвящена центральная витрина экспозиции в Музее Победы.
Как рассказали в музее, вклад Кузнецова в будущую победу был огромен и начался еще до первого выстрела. В ночь на 22 июня, действуя по собственной инициативе, он отдал приказ о приведении флота в полную боевую готовность. Этот шаг позволил избежать потерь кораблей и морской авиации в первые, самые катастрофические часы войны.
Позже, в августе 1941 года, в один из самых тяжелых периодов, именно по предложению Кузнецова дальняя авиация ВМФ совершила дерзкие бомбардировки Берлина, показав врагу, что дух сопротивления не сломлен.
Прикосновение к истории
Спустя 84 года в витрине музея оживает личная история адмирала. За стеклом — подлинные раритеты, переданные в дар музею вдовой адмирала, Верой Николаевной.
Это не просто экспонаты, а молчаливые свидетели эпохи. Здесь представлены элементы его адмиральской формы, сохранившие строгость и достоинство. Рядом — очки и простая авторучка, свидетели множества подписанных приказов и рассмотренных карт.
Особое внимание привлекает небольшой листок с почтовой маркой «Ракетный крейсер «Грозный» и личным автографом Николая Герасимовича. Этот корабль, созданный уже после войны, стал первым ракетным крейсером советского ВМФ — символом новой мощи флота, который Кузнецов так самоотверженно строил и защищал. Этот маленький автограф соединяет воедино его военное прошлое и послевоенное наследие.
Экспозиция «Семейные реликвии» будет открыта в Музее Победы до 23 ноября.
Фоторепортаж с выставки смотрите по ссылке здесь.
--
Автор: Валентина Леем