Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Учимся жить после 45

Мне гордой быть сейчас нельзя…

У  нас начинается новый этап восстановления папы после инсульта. Если совсем честно, то сдвиги у нас настолько крошечные, что можно сказать, что их совсем и нет. Папа по-прежнему не может себя самостоятельно обслуживать, и дни у него бывают как плохие, так и хорошие, поэтому надежда и вера на какой-то положительный результат у нас полностью отсутствует. Мы делаем все по инерции из чувства долга, потому что «так нужно делать». На прошлой неделе брат отвез в патронажный центр вещи, которые мы брали там на месячный прокат: коляску и противопролежневый матрас.  Зато теперь у нас свое собственное кресло-каталка, отрегулированное под папин рост и вес. Вот только папа самостоятельно в него сесть не может, да и катить его без посторонней помощи тоже не в состоянии. Парализованная левая часть тела как не слышала сигналов головного мозга, так и не слышит. На выходных я буду подготавливать папу к госпитализации на очередную реабилитацию. Нужно собирать все необходимые вещи и лекарства; получить

У  нас начинается новый этап восстановления папы после инсульта. Если совсем честно, то сдвиги у нас настолько крошечные, что можно сказать, что их совсем и нет. Папа по-прежнему не может себя самостоятельно обслуживать, и дни у него бывают как плохие, так и хорошие, поэтому надежда и вера на какой-то положительный результат у нас полностью отсутствует. Мы делаем все по инерции из чувства долга, потому что «так нужно делать».

На прошлой неделе брат отвез в патронажный центр вещи, которые мы брали там на месячный прокат: коляску и противопролежневый матрас. 

Зато теперь у нас свое собственное кресло-каталка, отрегулированное под папин рост и вес.

Вот только папа самостоятельно в него сесть не может, да и катить его без посторонней помощи тоже не в состоянии. Парализованная левая часть тела как не слышала сигналов головного мозга, так и не слышит.

На выходных я буду подготавливать папу к госпитализации на очередную реабилитацию. Нужно собирать все необходимые вещи и лекарства; получить на ВБ подгузники, пеленки и влажные салфетки, чтобы их хватило на три недели. 

И снова хоть немного перевести дух у меня не получиться.

Дело в том, что основной упор в центре при восстановлении такого рода идет на физические упражнения на спецтренажерах. И вот в этом и есть вся проблема. Чтобы попасть на такие занятия с тренером, больной должен быть, извините, чистым и сухим, а папа, как я уже сказала, не в состоянии себя привести в порядок. Я была в этом реабилитационном центре с папой в сентябре месяце. Видела, как там все устроено, и теперь я совершенно, ну просто ни капельки, не верю в честность и порядочность санитарок, которые там работают. Я помню, как они радостно благодарили за деньги и обещали достойный уход в мое отсутствие, но подгузники у папы всегда, когда бы я ни приезжала, были мокрыми. 

Я уверена, что и сейчас все будет так же. Конечно, какие-то процедуры папе делать там будут: типа капельниц или занятий с логопедом. Но это все не принесет того результата, на который бы так хотелось надеяться. 

Без занятий на тренажёрах это нахождение в больнице будет больше похоже на обычную «передержку», чем на полноценную реабилитацию.
-2

Хотя я тут вам и ною, но в душе уже знаю, что мне нужно делать. А мне ничего другого не остается, как идти к начальнику на поклон, и решать с ним вопрос об отпуске или изменении моего графика рабочего дня. 

Ну, и что из того, что у начальника ко мне какие-то там обиды и претензии?

Все равно, у меня иного выхода из этой ситуации нет. В таком положении я совершенно не гордая и свой характер показывать не стану.

Поэтому я пойду и буду просить.