Не всегда удаётся встретить преподавателя, чей опыт выходит далеко за рамки учебной аудитории, а вот на факультете недропользования и наук о Земле – это возможно! Учёный-буровик, участник экспедиций, человек, видевший Чукотку и о. Шпицберген – всё это о доценте кафедры технологии и техники бурения скважин, заместителе декана ФННЗ, Александре Владимировиче Хохуле. С ним беседует корреспондент студенческой газеты «Без купюр» Глеб Лысенко (факультет ИСТ, группа АСУ-22).
– Почему технология бурения?
– Я выбрал специальность «Технология и техника разведки месторождения
полезных ископаемых», потому что очень хотел быть связанным с техникой. В
ходе обучения и всей будущей работы я ни разу не пожалел, что пошёл
учиться именно сюда.
– Преподавательская деятельность – осознанный выбор или случайность?
– По окончании вуза у меня был выбор: уйти работать на производство или
поступить в магистратуру, заниматься наукой. Мне хотелось разрабатывать
установки по тематике нашей кафедры – морское бурение. И сегодня это мой
главный научный интерес. За уникальные разработки в этой области наша
кафедра в 2010 году была отмечена престижной наградой – почётным знаком
XI Международного форума «Высокие технологии XXI века» – серебряной
статуэткой «Святой Георгий» (Москва). Поэтому, когда мне предложили
остаться ассистентом на кафедре, я без сомнений согласился.
– Что Вы считаете главным в жизни?
– Главное – это поставить себе цель и до нее дойти. Препятствий будет
очень много, но важно не бросить. Моя диссертация, которую я защитил в
военном 2016 году, тому подтверждение. Я часто вспоминаю девиз главного
героя из романа В. Каверина «Два капитана»: «Бороться и искать, найти и
не сдаваться».
– Такие науки, как бурение и геология, вынуждают постоянно работать в «поле». Как Вы попали в свою первую экспедицию?
– В нашей профессии все работы – далеко от цивилизации: в поле, на море, в
тайге. Во время практики мы попали на буровую, которая стояла в чистом
поле, до города – 40 минут на автобусе. Первые командировки были во
время учёбы в магистратуре – в Крым, где мы много работали по внедрению и
усовершенствованию установок в море. Непривычные условия работы
показались сначала тяжёлыми. Вернувшись оттуда, понял – хочу ещё! Море
затягивает очень сильно.
– Расскажите о первой продолжительной экспедиции.
– Первая большая экспедиция была на Чукотку. В 2006 году к нам обратился
ФГБУ «ВНИИОкеангеология» из Санкт-Петербурга с просьбой смонтировать
нашу установку в Чукотском море, недалеко от острова Врангеля, и обучить
персонал ею управлять. Экспедиция началась во Владивостоке, откуда
корабль прошёл до города Анадырь. Тогда я впервые увидел Курильские
острова и был поражён их размерами. Затем мы перешли Берингов пролив.
Работа продолжалась там около месяца, и именно эта поездка показала мне
настоящую красоту России. Тундра, где только сопки, мох, деревьев нет
совсем. Как степь, только каменистая. Пейзажи островов незабываемые:
открытое море, штормы. В сентябре уже зима: очень сильный ветер, снег и
льды.
Однажды я случайно вышел на палубу и увидел айсберги, торчащие из-под воды.
Увидеть это, оказывается, большая удача. А по вечерам – мы попали в
переход между полярным днём и ночью – северные сияния в полутьме. Это
настолько необыкновенно, что мне захотелось снова там побывать.
– Каких животных видели?
– Мы видели много морских обитателей: киты самых разных видов, касатки.
Одна нерпа приплывала каждый день в определённое время, осматривалась
вокруг корабля, уплывала и на следующий день возвращалась. Мы уже
смеялись, что стали для нее выставочным экспонатом. Потому что этот
район работ – белое пятно на геологической карте.
– А что можете сказать о местных жителях?
– Принимали нас везде очень душевно. Вот, например, показательный случай.
Когда мы пересекали смену дат, у нас пропало 28 августа – День города
Донецка. Когда мы сказали об этом, нам устроили торжественное чаепитие. И
ещё – во всех поездках мы встречали земляков из Донбасса, узнаём друг
друга по говору. И конечно, роднит название ДПИ. География выпускников
нашей кафедры и вуза очень широкая.
– Что Вас там поразило – и в плане работы, и в плане восприятия мира?
– Спокойствие. Главное – работа.
О том, что ты на корабле, не думаешь. Мне повезло, я переношу качку очень хорошо.
Запомнился город Анадырь, будто собранный из разноцветных кубиков. Пейзажи серые, поэтому жители города красят стены домов в яркие цвета. Мне раньше казалось, что в северных морях вода чёрная, тёмная, но в открытом море в точке бурения в спокойную погоду видно на 25–30 метров в глубину. На Чёрном море такое не увидишь.
С нами ездил геолог, который увлекается картинами. Пока мы неделю стояли
возле острова Геральда, он написал пять морских картин: в тумане, в
облаках, на закате, на восходе солнца, шторм. Когда он рисовал, никто не
видел. Но в один из дней во время отдыха он позвал нас на небольшую
выставку в каюте, и мы их увидели.
– Чему, на Ваш взгляд, экспедиции учат?
– Учишься общаться с людьми и помогать. Корабельная связь с сушей есть
только специальная, а мобильная связь – только до двух километров от
берега. Со временем привыкаешь, что связи нет. И ты находишься на
маленьком корабле в течение месяца, а рядом только 20 человек. И всё
получается, если быть единым целым с командой.
– Расскажите о поездке на о. Шпицберген.
– В экспедицию в район Шпицбергена в 2024 году нас пригласила та же
организация, которая приглашала нас на Чукотку. Несмотря на 10-летний
разрыв в поездках, мы с ними связь не теряли, в том числе благодаря
сотрудничеству с СПБГУ. Экспедиция собиралась в Архангельске на
научно-исследовательском судне «Профессор Молчанов». На острова мы не
сходили, корабль почти всегда был в движении, останавливался, только
чтобы взять замеры. Работа велась круглосуточно.
– Были ли какие-нибудь забавные ситуации в этой экспедиции?
– Вечером после работ я вышел попить чай на палубу. Вдруг понимаю, что
кто-то мне по руке стучит. Я повернулся, увидел – чайка сидит и в руку
клюёт, просит еду. Привыкла, что рыбаки кормят. А потом у члена нашей
экспедиции чайки вообще шапку пытались стянуть с головы.
– Как был организован Ваш быт на корабле?
– Наш «белоснежный лайнер» был очень комфортабельный. Была целая команда,
которая обеспечивала работу корабля: штурманы, матросы, механики,
электрики, повара, буфетчики. Нам повезло, у каждого была отдельная
каюта со всеми удобствами: душевая, стол, шкафы, прачечная. На корабле
две больших столовых для научного персонала и отдельная столовая для
команды. Завтрак, обед и ужин, полдник, чай, печенье. Повара пекли
пирожки, булочки. Можно было и в весе набрать.
В это время года был полярный день, солнце – 24 часа в сутки. Чтобы
заснуть, ты должен всё закрыть шторами. Немного обидно, что по этой
причине мы не видели полярное сияние.
– Какие ещё экспедиции Вам запомнились?
– Мне очень понравилась командировка в город Вунгтау (на юге Вьетнама) в
качестве наладчика установки от российской дальневосточной компании,
директор которой – выпускник нашего вуза. Тогда я много общался с
местными жителями (некоторые учились в России и знали русский).
Запомнились разные кухни, совершенно другой менталитет.
Там вдоль дороги могут стоять пять-шесть храмов: буддистский, православный, католический, и все они построены в восточном стиле. Город насыщен движением: мотобайки, мопеды, машины и даже люди собираются в огромные пробки. Удивляешься, как вообще там кто-то проезжает.
В аэропорту по прилёте прохладно, а когда выходишь – жара 40 градусов.
Дождь идёт у них наплывами. Светло, затем резко собираются тучи, на тебя
льётся стена воды. Потом опять светит солнце – и небо чистое. Вечером
может начаться мелкий дождь на 3-4 часа, потом опять солнце, жара.
– Какие места Вы хотели бы ещё посетить?
– Очень хочу посмотреть Китай. С большим удовольствием посетил бы
Карелию. Вообще, когда я был на Дальнем Востоке, понял, что очень люблю
север, спокойствие, которое там царит. Мне нравится мощь этой
первозданной, нетронутой природы, с которой человек вынужден считаться.
Когда работал в Крыму и во Вьетнаме, полюбил и жару южных широт.
Благодаря своей работе я посетил места, в которых никогда бы в жизни не
побывал. И в этом большая прелесть нашей не всегда простой, но
интересной полевой работы буровика геологической разведки!