В течение долгого времени на территории России собственные золотые месторождения не удавалось обнаружить, и люди довольствовались готовыми ювелирными изделиями, часто доставшимися от скифов. До середины XVIII века ценное сырье ввозили из-за границы — в обмен на товары или как плату — а промышленная добыча началась только при Елизавете Петровне.
Первое сообщение о находке золота на Урале датируется 1745 годом. Первооткрывателем самородков стал простой крестьянин Ерофей Марков из деревни Шарташ, недалеко от Екатеринбурга. С 1748 года из этого месторождения извлекли приблизительно 340 килограммов металла. Вскоре выяснилось, что рудник имеет мировое значение: березовское месторождение отличалось исключительно высоким содержанием золота — около 450 г на тонну, и быстро снискало известность. К концу века в том районе обнаружили ещё порядка 150 золотоносных полос, из-за чего край стали называть «Екатеринбургской золотой долиной».
Долго россыпные залежи оставались спрятанными под тонким слоем наносов. Только в 1814 году русский горный инженер Лев Иванович Брусницын впервые выявил россыпное золото: при обследовании отвальных куч Березовского рудника он заметил зерна металла, отличающиеся от тех, что остаются после фабричной обработки. Открытие Брусницына стало важной вехой не только для российской, но и для мировой золотопромышленности.
После бурного развития добычи на Урале настоящий «золотой век» начался в Сибири: в 1820–1830-е годы там открыли множество новых районов россыпей, и по объёмам добычи Сибирь вскоре превзошла Урал и другие регионы страны.
Одновременно с ростом добычи менялись и методы оценки ювелирных изделий: совершенствовали способы определения содержания драгметалла, разрабатывали системы проб и искали удобные варианты клеймения. До эпохи глобализации у каждой страны были свои приёмы определения пробы, но в XX веке в практике утвердились лишь несколько наиболее удобных систем, которые используют и до сих пор.
