Лилли Лэнгтри, известная своей красотой и обаянием, начала актёрскую карьеру в начале 1880-х годов, после того как её скандальный роман с тогдашним принцем Уэльским (впоследствии королём Эдуардом VII) сошёл на нет.
Известная своим родством с королевской семьёй, почитаемая высшим обществом, изображённая величайшими художниками того времени, она была сенсацией и с большим успехом гастролировала по Великобритании и Соединённым Штатам.
Известная своим магнетическим обаянием на сцене, деловой хваткой и неприкрытыми амбициями, она стала звездой Голливуда ещё до его появления.
Она понимала ценность рекламы с участием знаменитостей (в 1882 году она стала лицом рекламы мыла Pear’s) и успешно монетизировала свой талант, внешность и связи в королевской семье, используя их для поддержания роскошного образа жизни.
Вам это никого не напоминает?
На этой неделе стало известно, что герцогиня Сассекская вернётся к актёрской деятельности и снимется в новом фильме вместе с Лили Коллинз, Бри Ларсон и Джеком Куэйдом.
Сообщается, что она сыграет саму себя в фильме «Близкие друзья» — комедии о двух парах, одна из которых знаменита, а другая — нет.
Конечно, нечто подобное уже было: Джулия Робертс и Хью Грант в блокбастере Ричарда Кёртиса «Ноттинг-Хилл». Несомненно, сценаристы снова воспользуются возможностью поразмышлять о превратностях славы в современном мире.
Кто знает, может быть, у нас даже будет возможность повторить знаменитую фразу Робертс: «Я всего лишь девушка, которая стоит перед парнем и просит его полюбить её». Замените «парня» на «принца», и зал взорвётся.
Это сильный ход со стороны герцогини, и он хорош. Не стоит недооценивать силу хорошего фильма. Зрители могут глубоко проникнуться хорошо прописанным персонажем, особенно если в фильме есть элемент искусства, имитирующего жизнь.
Если Меган сделает это умело и у неё всё получится, то это может стать для неё шансом изменить свою историю так, как она не смогла сделать это с помощью всех своих откровенных интервью, подкастов и телешоу.
Кроме того, это первое, что она сделала после того, как ушла из королевской семьи, и что кажется по-настоящему искренним. Давайте посмотрим правде в глаза: никто не верит, что она сама варит варенье, сушит лепестки роз или ест хоть одно из приторно-сладких и калорийных угощений, которые она запихивает зрителям в глотки.
Все эти хлопоты на кухне, расстановка фруктов, хихиканье в теплицах — всё это выглядит как притворство. Было слишком много непреднамеренно обнаживших её раздражительность вспышек, слишком много трещин в глазури, чтобы публика поверила в её образ святой домашней богини.
Мы все видели, как она становилась непреклонной, когда что-то шло не по плану. Кто может забыть её ледяное «Знаешь, теперь я Сассекская?» в адрес её голливудской подруги в первом сезоне её шоу «С любовью» на Netflix? Бедняжка Минди Калинг, наверное, до сих пор не может прийти в себя.
Нет, этот шаг кажется искренним, потому что это возвращение к истокам. До того как она встретила принца Гарри, Меган Маркл была жаждущей славы актрисой. После короткого перерыва в королевской жизни она вернулась туда, где всегда хотела быть. Только на этот раз в её дверь стучится Голливуд, а не наоборот.
Герцогине было 36 лет, когда она наконец вышла замуж (во второй раз). Кто знает, как сложилась бы её актёрская карьера, если бы она не вышла замуж за принца?
Теперь она возвращается в Голливуд с совершенно новым торговым предложением.
Полагаю, у некоторых людей в глубине души возникает вопрос: было ли это всегда частью плана? Было ли это всегда её намерением, что, выйдя замуж за принца Гарри, Меган станет мировой знаменитостью и откроет для себя возможности, недоступные актрисе, снимающейся в малоизвестном юридическом сериале?
Нужно быть немного циничным, чтобы поверить в это. Но её последующее поведение, продиктованное жаждой славы, и бесстыдное, однозначное использование своих королевских связей не дают повода усомниться в этой идее.
И, возможно, есть что-то странное в том, с какой скоростью они с Гарри сбежали от королевской жизни (всего через два года после того, как она началась).
Это не значит, что она не собиралась всерьёз выходить замуж за Гарри. Просто жизнь примерной супруги королевских кровей никогда не входила в её планы.
Интересно, что думает её муж. Официальная позиция их друзей такова: «Принц Гарри, конечно же, полностью поддерживает Меган и просто хочет, чтобы она делала то, что приносит ей радость».
Я в этом не сомневаюсь. Думаю, он готов пожертвовать жизнью, лишь бы не расстраивать её и не мешать её амбициям. Как говорится, счастливая жена — счастливая жизнь.
Но иногда он, должно быть, задаётся вопросом, к чему всё это приведёт его самого. В конце концов, актёрская игра — это профессия герцогини; логично, что она должна вернуться к ней. Помимо военной службы, единственной настоящей работой принца Гарри было быть членом королевской семьи, чего он больше не может делать — во многом благодаря ей.
Будет ли он злиться, видя, как его жена достигает новых высот славы (и, без сомнения, богатства), в то время как он сам ограничен в своих возможностях? График съёмок может быть напряжённым и требовать длительного отсутствия дома, плюс неизбежная публичность.
Станет ли он вдруг «запасным» не только в королевском смысле, а просто «плюс-один» для своей гламурной жены? Хочется надеяться, что нет. Но, похоже, герцогиня нашла смысл в своей новой жизни в Америке, а принц Гарри всё ещё в поисках своего.
Он так часто появляется в роли её неуклюжего помощника, всегда услужливого и дружелюбного, но неизменно остающегося второстепенным персонажем. Кто знает, может, он счастлив в этой роли. Но такое впечатление не складывается при чтении его книги или наблюдении за его прошлыми поступками.
В частности, его приверженность Вооружённым силам и ветеранам, а также связь с ними остаются такими же крепкими и искренними, как и прежде.
Я не удивлюсь, если, пока его жена занята на съёмочной площадке, он втайне от всех будет наводить мосты. Возможно, неслучайно, что на этой неделе он также написал небольшое эссе под названием «Узы, подшучивания, храбрость» в честь Дня памяти.
В нём он говорит о «стоическом духе», самоуничижении и юморе «нас, британцев», вспоминая о «шутках в столовой, в клубе, в пабе, на трибунах».
Он добавляет, что «Британия есть и всегда будет страной, которой я с гордостью служил и за которую сражался».
Это короткое, но искреннее послание, которое, несмотря на то, что его затмили заголовки о герцогине, говорит о тоске, которая, возможно, никогда не утихнет.