Часть 1 — Дом, который дышит чужим воздухом
Дорога назад казалась бесконечной.
Лес тянулся до самого горизонта, и даже когда первые дома мелькнули за стеклом машины, Луна не ощущала возвращения. Скорее — будто граница между мирами просто сместилась.
Лука сидел рядом, молчаливый, с взглядом, устремлённым в окно.
— Всё выглядит... как прежде, — сказала она, глядя на знакомые улицы.
— Только внешне, — тихо ответил он. — Лес не отпускает тех, кто коснулся его сердца. Он просто ждёт.
Она вздрогнула. Слова были правдой — чувствовалось это каждой клеткой.
Воздух здесь стал другим. Тяжелее. Слаще. В нём словно плавали отголоски влажной земли и мха, хотя до ближайшего дерева было с полкилометра.
Когда они подошли к дому, мама вышла на порог.
Бледная, но улыбнулась — робко, будто боялась, что это сон.
— Луна…
— Мам, я дома.
Они обнялись.
Тело матери дрожало, но от неё пахло лавандой — запахом, который раньше всегда успокаивал. Теперь же он будто мешался с чем-то металлическим.
Луна на мгновение увидела за её спиной... тень.
Форму ветвей, прилипшую к стене, хотя там не было ни дерева, ни света, чтобы её отбрасывать.
— Всё хорошо, — прошептала мать, хотя глаза выдавали тревогу.
— А папа?..
— Он всё ещё в Сардинии. Сложное дело, — коротко. — Но он звонит. Иногда.
Луна кивнула, чувствуя, что фраза “иногда” звучит слишком холодно.
Вечером она долго не могла уснуть.
Комната казалась ей иной. Стены будто дышали.
Когда она закрыла глаза, услышала тихий треск — похожий на хруст ветки под ногами.
Она открыла глаза. Всё было на месте. Только зеркало напротив кровати потемнело, словно его поверхность покрылась инеем изнутри.
Из глубины стекла донёсся тихий шёпот.
«Ты вернулась. Но не одна...»
Луна сжала ладонь — метка под кожей вспыхнула бледным светом.
Шёпот стих.
Наутро она пошла в университет.
Кампус выглядел обычным, но что-то изменилось — люди двигались чуть медленнее, лица казались усталыми.
Подруга Клаудия подбежала к ней, радостная, но взгляд её вдруг замер.
— Лу... у тебя что с рукой?
— Ничего, — быстро натянула рукав. — Просто ожог.
— Странный ожог. Он... будто светится.
Луна попыталась отшутиться, но внутри всё сжалось.
Раньше Клаудия не замечала ничего подобного — теперь лес давал о себе знать даже здесь.
На лекции мысли расплывались. Звуки голоса преподавателя перемешивались с чем-то другим — с гулом, едва уловимым, но ритмичным.
— Мы помним. Мы рядом.
Она повернулась. За последним рядом сидел мальчик лет десяти.
Маленький, с тёмными глазами — тот самый, которого они когда-то нашли у края леса.
Но как он оказался здесь, в университете?
Она моргнула — и место было пустым.
Только на парте остался след — отпечаток руки, будто оставленный в пыли, но в форме ветви.
Когда занятия закончились, Луна не пошла домой.
Ноги сами вели её в сторону старого парка у набережной.
Там пахло дождём, и ветер трепал мокрые листья.
Она чувствовала — здесь что-то ждёт.
На скамейке сидела пожилая женщина, в сером платке. На мгновение сердце Луны остановилось.
— Бабушка?..
Но нет. Женщина подняла глаза — чужие, усталые.
— Вы что-то ищете, милая? — спросила она.
Луна покачала головой, но не ушла.
Села рядом. И вдруг почувствовала под ногами пульс.
Едва ощутимый, но настоящий. Земля билась.
Женщина посмотрела на неё пристально.
— Ты чувствуешь это, да? Они все чувствуют, но делают вид, что нет.
— Кто — они?
— Те, кто забыл, что мы — часть земли. Лес пришёл за памятью.
Слова ударили, как холодный дождь.
Женщина поднялась, оперлась на трость и, уходя, бросила:
— Скажи Елене, что время почти вышло.
Луна осталась сидеть. Сердце колотилось, ладони дрожали.
Елена...
Бабушка. Но как незнакомка могла знать её имя?
Она посмотрела вниз — и увидела, что под скамейкой вырос росток.
Маленький, зелёный, прямо из трещины в асфальте.
А рядом — крошечный отпечаток ладони. Детской.
Конечно 🌑
Вот продолжение истории — плотное, тревожное, пропитанное дыханием Леса, который теперь живёт под городом.
Часть 2 — Тени под асфальтом
Город просыпался под шорох дождя.
Трамваи скользили по мокрым рельсам, прохожие спешили с зонтами, а в воздухе стоял запах железа и прелой листвы.
Луна шла быстро, чувствуя, как под подошвами странно дрожит земля — будто там, внизу, кто-то дышал.
С каждым днём этот ритм становился отчётливее.
Вначале она думала — просто воображение, последствия ночных кошмаров.
Но теперь… теперь тротуар под ногами вздувался лёгкими буграми, как если бы корни деревьев пробивали камень.
В лаборатории университета, где она проходила практику, пахло спиртом и бумагой.
На столе — папки с делами о пропавших людях.
Трое за последнюю неделю. Все — возле старых районов, где много заброшенных парков и скверов.
Профессор Риччи, седой криминолог, поднял глаза от отчёта:
— Росси, вы ведь родом из той стороны?
— Да.
— Тогда посмотрите эти фотографии.
Он положил перед ней распечатанные снимки.
На асфальте — странные следы. Не отпечатки обуви, не животного.
Что-то среднее между корнями и венами.
— Похоже на трещины, — тихо сказала Луна.
— Если бы не одно “но”: они появляются даже на бетонных крышах, — ответил профессор. — Как будто кто-то тянется из-под земли.
Луна невольно прикрыла запястье рукавом — метка снова светилась.
Профессор заметил её жест.
— Всё в порядке?
— Да, просто устала, — быстро ответила она.
После работы она вышла на улицу и заметила:
вдоль дороги, прямо из стыков между плитами, пробивались крошечные побеги.
Ещё утром их не было.
Она присела, дотронулась до одного — и в тот же миг услышала шёпот.
«Ты принесла нас сюда…»
Луна вскрикнула и отдёрнула руку. Люди обернулись, кто-то удивлённо хмыкнул.
Она поспешила уйти, чувствуя, как изнутри тело наполняется гулом, будто невидимая сила ищет выход.
Вечером позвонила мама.
Голос тихий, безжизненный.
— Луна, папа не звонил уже три дня. Я… не могу дозвониться.
— Он, наверное, занят, — попыталась успокоить дочь.
— Он всегда писал хоть сообщение… теперь — тишина.
Луна замерла.
Сардиния. Море. Камни.
И если Сердце пробудилось, его шепот мог достичь и туда.
— Я попробую ему написать, мам. Не волнуйся.
Но в душе уже росло предчувствие — лес не ограничился только этим городом.
Он искал тех, чья кровь связана с Еленой.
А Марко Росси — тоже её потомок.
Ночью Луна проснулась от звука капающей воды.
Она встала, пошла на кухню.
Под раковиной лужа — странная, густая, с зеленоватым оттенком.
Когда она наклонилась, чтобы вытереть, почувствовала запах сырости… и лесной земли.
Вода двигалась.
Тонкие струйки подползали ближе к её босым ногам.
Она отступила, и вдруг прямо из трещины между плитками вытянулся корень — живой, влажный, словно рука.
«Ты привела нас домой…»
Луна закричала.
Схватила нож и ударила.
Корень исчез, оставив после себя только мокрое пятно.
Она стояла, тяжело дыша.
Нож дрожал в руке.
Метка на запястье пульсировала в такт биению сердца.
На следующий день, в университете, Клаудия поймала её в коридоре.
— Лу, ты в порядке?
— Не спала.
— Я видела новости. Говорят, в старом районе под асфальтом нашли целый слой корней, будто подземный лес. Полиция не понимает, откуда они.
Луна почувствовала, как холод пробежал по позвоночнику.
— А где именно?
— Возле моста… того, что рядом с твоим домом.
Она не ответила.
Просто побежала.
Дома было тихо.
Мама спала на диване, усталая, с телефоном в руке.
Луна осторожно подошла к окну — и увидела, как на асфальте напротив дома проступает тёмная влага.
Круглая, пульсирующая.
Из-под земли пробился росток.
Но не зелёный — алый.
«Ты пробудила Сердце, дитя. Теперь оно ищет выход.»
Голос Елены прозвучал в голове.
Луна опустилась на колени.
— Как остановить это?
— Нельзя остановить. Можно лишь направить. Но для этого нужна кровь всех, кто связан с нами. Даже тех, кто далеко.
— Папа… — прошептала она.
Снаружи дождь усилился.
Молния осветила улицу — и в краткий миг Луна увидела, как из-под земли, из каждой трещины, вырываются тонкие корни.
Они ползут к дому.
К ней.